И напоследок директор отдавал наиболее важное распоряжение:
— Если промажет или подранит, ты подстрахуй. Только тактично, раньше времени не стреляй.
Все это егеря отлично знали и без предупреждения.
Постоянно сопровождая гостей и руководя их добычливой охотой, иной егерь постепенно бурел. В заказнике это прозвали «звездной болезнью» — близость к высокой звезде вызывала определенные симптомы, некую эманацию значительности своей роли. Егерь проникался чувством огромного самоуважения и безнаказанности, да еще в холуйском варианте.
Для Сергея это закончилось трагически.
Он был хорошим егерем, несмотря на свою запьянцовскую душу. А может, и благодаря ей.
Находясь в постоянном подпитии, он точнее соответствовал тому легкому, праздничному настроению, в котором пребывал на охоте гость: с Сергеем было весело и беззаботно. Он забавно врал, знал много грубых солдатских анекдотов, да и довольство жизнью нравилось начальникам — это позволяло им делать широкие обобщения. Притом Сергей метко стрелял, умело делая вид, что промазал. Охотясь с ним, гость никогда не возвращался без зверя, сваленного будто бы лично им.
Слава егеря вышла далеко за пределы района. Даже Федор Корнеич несколько остерегался его: мало ли какую телегу мог покатить этот сукин сын, сопровождая высокого гостя.
Рука провидения настигла Сергея, но, не рассчитав, хватила через край.
В будний день он вышел в лес. Вышел без всякого определенного дела, как всегда обтачивая в мозгу острую, настырную надежду, что где-то в пути повстречается человек, который может поставить.
Прошлявшись по лесу часа два и накалясь от разочарования, он услышал короткий собачий лай. Пройдя на звук, Сергей увидел пса — русскую гончую. Пес медленно кружил по поляне, вывалив язык. На пне отдыхал парень с ружьем на коленях.
Егерь был простоволос, без форменной фуражки, неподпоясанный, в тапках.
— Документ! — потребовал он, снимая из-за плеча ружье.
— Какой тебе документ? — ответил парень.
— Билет на право охоты в заказнике.
— Да я и не охочусь, гуляю по лесу.
— С ружьем гуляешь, с собакой?! Браконьер, падла, сволочь!
— Эй, дядя, — сказал парень, подымаясь. — А ты кто такой, почему обзываешься?
— Я тебе сейчас покажу, кто я такой! — Егерь вскинул ружье и из двух стволов уложил пса.
И тотчас, не доведя своего ружья до плеча, парень выстрелил.
Свою изорванную дробью собаку он унес на себе, закопал голыми руками в лесном кювете и забросал листьями.
Тело егеря нашли в тот же день к вечеру.