— Она всегда так говорит, — окончательно развеселилась Гессия, — вы бы послушали, как она пеняет Бэзилу за то, что он относится к ее обожаемому графу без должного уважения, — немного помолчав, девушка продолжала, — у Бэзила никогда не было терпения. Он прямо заявил тете Саре, что все это — полнейшая чушь. Именно так он и выразился. Я много раз говорила ему, что нужно быть помягче с тетей, ведь это никому не мешает.
— Я тоже так считаю.
— Лично я всегда с ней соглашаюсь.
— Да, именно поэтому она считает, что вы — милая крошка.
Они рассмеялись и почувствовали себя знакомыми гораздо дольше, чем это было на самом деле.
— Мне кажется, мы найдем с вами общий язык, кузина Норма. Скажите, это правда, что вы жили в Америке? Мама никогда не говорила о своем младшем брате, но изредка все же могла проронить словечко — другое.
— Да, я жила в Америке.
— Мама говорила, что дядя Рональд уехал туда. Я как-то слышала, как она рассказывала об этом папе. Как будто он совершил что-то такое, о чем не принято говорить в приличном обществе. Вы случайно не знаете, что именно, кузина Норма?
— Ну, если об этом не принято говорить в приличном обществе, то я, пожалуй, помолчу, — фыркнула девушка.
— Но вы знаете? — настаивала Гессия.
— Я, как и вы, кое-что слышала. Но подробностей не знаю.
— Так скажите мне, если это не совсем неприлично.
Норма хихикнула.
— Говорят, он уехал в Америку из-за связи с какой-то особой.
— А-а, так вот, в чем дело! — воскликнула кузина, — не пойму, что в этом неприличного. Обычное дело.
Норма признала правильность этого утверждения. В самом деле, такие случаи происходят сплошь и рядом.
— Глупо делать из этого такую тайну. Да если бы все, кто связывался с этими особами, эмигрировал в Америку, там уже давно не осталось бы места.
Теперь девушки захихикали вместе. Эта мысль показалась им забавной.
— Наверное, было что-то еще, — продолжала форсировать эту тему Гессия.
— Говорят, такое поведение возмутило родителей папы, и они лишили его наследства, — заметила Норма.
— Ну, это уже просто возмутительно. Делать такую трагедию на пустом месте. Наверняка, он бы уже через полгода позабыл, как ее зовут и как она выглядит. Какая жалость! Да, я слышала, что дедушка был очень суров в этом отношении. Наверное, потому, что сам в молодости был далеко не образцом для подражания.
— А может быть, наоборот, — предположила Норма, — может быть, у него самого не было такой возможности.