Лицо Шелы ещё недавно приобретшее цвет алого заката стремительно побледнело до белоснежных тонов горного снега. Девушку пугала возможная реакция мужа на тайну её происхождения, однако она ничего не могла с этим поделать. Не накидываться же в самом деле на свекра, чтобы заткнуть ему рот!
— И о чем же умолчала моя драгоценная женушка? — приступил к допросу он. — Надеюсь ты не состоишь в родстве с болотными троллями?
— А у вас какие-то проблемы с болотными троллями, шан Эрлиаль? Болезненный разрыв с одной из зелёных невест? — съехидничала Шела, раздраженная его вечным сарказмом.
У молодого эльфа нервно задергалась щека.
— Зря я полагал, что твоё воспитание может подождать, — как-то неожиданно спокойно заговорил он, ослабив Шелину бдительность. И, когда младший шан Эрлиаль внезапно оказался рядом с ней, она подпрыгнула на месте от его оглушающего выкрика: — Я займусь этим немедленно!
Шела боязливо сжалась, опасаясь того, что может вытворить злой эльф.
— Дети, не ссорьтесь! — всунулся между ними свекор. — Вы устали и наверняка голодны, а в столовой нас как раз ждет обед. Идем, отведаем стряпню моего повара.
Младший шан Эрлиаль зло зыркнул на Шелу, но решил не спорить с отцом.
За обеденным столом каждый был занят своим делом.
Старший шан Эрлиаль увлеченно рассказывал о своём новом изобретении — памброзиусах. Но поскольку выражался он исключительно научной терминологией, из всей его бравады Шела поняла только, что памброзиусы — это цветы, обладающие прожорливой натурой, острыми зубами и мерзким характером. Зачем же свекор создал кусучих «милашек», она так и не услышала.
Младший шан Эрлиаль изредка подковыривал вилкой рыбу, вольготно расположившуюся в его тарелке, но даже не смотря на её привлекательный вид, так и не притронулся. Чем были заняты его светлые думы, Шела так и не узнала.
Сама же девушка поначалу стеснялась, но заметив, что поддержания беседы от неё никто не требует с аппетитом набросилась на предложенные блюда. Благо выбирать было из чего.
По завершению трапезы Эдвин шан Эрлиаль пригласил супружескую пару пройти в одну из гостиных на втором этаже замка.
— Сын мой, — торжественно начал он, — я счастлив видеть, что боги услышали мои молитвы!
— Отец, единственный раз, когда ты посещал храм случился на твоей свадьбе, — перебил его сын.
— Терри, сейчас это не имеет никакого значения! — ничуть не смутившись отмахнулся от него старший шан Эрлиаль. — Моему счастью нет пределов и в скором времени я ожидаю от вас внуков, — свекор бросил на Шелу многозначительный взгляд и подмигнул. — Однако помимо желания одинокого старика видеть в своем доме кучу детишек, есть и другая причина, вынуждавшая меня настаивать на браке Териаса.
— О, у твоей маниакальной идеи оказывается есть причина, — саркастично подметил младший шан Эрлиаль.
Эдвин грозно свёл брови, но предпочел не отвлекаться на постоянные выпады сына.
— Наш род издавна хранит одну большую тайну, — загадочным тоном искусного сказочника продолжил говорить он. — Высоко в горах, средь белых снегов и ледяных глыб, там, где царит вечный холод и властвует снежная пурга, находится небольшое озеро — Ауриика. Оно было названо в честь нашей далекой родственницы Ауриики шан Эрлиаль. На дне этого озера вот уже много веков покоится сундук.
— С сокровищами? — увлеченная красивой легендой, заинтересованно спросила Шела.
— С лягушками да пиявками, — посмеялся Териас над наивной девчонкой, за что удостоился её гневного взгляда.
— Нет, Терри, ты не угадал, — опроверг слова сына Эдвин. — В сундуке лежит древний гримуар с заклинаниями. Вещь бесценная и уникальная. Многие поколения шан Эрлиалей пытались достать его, в том числе и я с твоей матушкой, но, увы, никто так и не смог этого сделать.