Прощались долго и тяжело, у брата и самого были глаза на мокром месте. За все двадцать два года мы впервые расставались на долгий срок. Лукас запретил провожать его в порт, мотивировав столпотворением, но я знала, что брат не хочет показывать свою слабость другим участникам экспедиции.
Отплытие транслировало магвидение. Экспедицию провожала вся верхушка Империи. Тамерлан произнёс напутственную речь, Верховный жрец благословил, а Верих стоял хмурый и злой. Несмотря на это, моё сердце билось чаще, когда в кадр попадала его мощная фигура и прекрасное лицо.
Уже после отплытия я ментально пожелала Люку удачи и скорейшего возвращения домой. Я знала, брат меня слышит, просто на ответ у него уходит много сил.
Остаться одной дома оказалось совсем не так весело, как я ожидала, но когда спустя день после разлуки я обнаружила, что наша связь с братом осталась и я всё так же могу дотянуться до него, стало легче.
Следующие две недели пролетели без особых событий. Погода радовала, и мы с подругами наслаждались последними беззаботными днями перед выходом на работу.
Загорали, купались, отрывались на вечеринках, обсуждали последние сплетни из жизни знакомых и не очень знакомых. Если в разговорах мелькало имя герцога Ахилатского, моё сердце неизменно замирало и сладко ныло.
О своём маленьком приключении на балу я не рассказывала никому. С одной стороны, было стыдно, что герцог принял меня за шлюшку, а с другой, глубоко спрятанной в душе, мне льстил факт, что именно на меня Верих обратил своё внимание. Воспоминания о его руках, теле, запахе и хриплом шёпоте будили толпы мурашек. Оставаясь одна в темноте спальни, я часто прокручивала их в голове.
Каждое утро я ментально тянулась к брату и с радостью нащупывала связь. Лукас посылал мне в ответ волну тепла и любви, как будто обнимал, иногда даже односложно отвечал: «Всё хорошо», «Люблю», «Скучаю».
В то памятное утро я пожелала Люку хорошего дня и услышала в ответ: «Добрались».
Мы с девчонками давно запланировали посетить выставку новомодного художника, и я принялась собираться на встречу, но смутная тревога не покидала меня всё время. Я была рассеянной, теряла нить разговора и постоянно тянулась к брату ментально, нащупывая нить.
Картины мне не понравились. Не знаю, что хотел ими донести до мира художник, но странные лица без глаз или с носом вместо уха меня скорее пугали, чем заставляли задуматься о великом. Мне хотелось скорее вернуться домой и остаться один на один со своею тревогой, поэтому я поспешно распрощалась с Каро и Лу, сославшись на головную боль.
Дома я весь вечер металась из угла в угол, не находя себе места. Щёлкала пультом от магвиза в поисках новостей об экспедиции, но там всё было тихо. Ну, а когда уже моя тревога достигла критической отметки, в голове раздался ментальный крик Люка: «Тут магии нет совсем. Нам не выбраться. Прощай. Люблю», и я грохнулась на пол.
Тело совсем не слушалось, а мозг лихорадочно работал. Что делать? Знают ли во Дворце? Скорее всего, нет. Нащупала нить, послала по ней: «Я помогу. Всё будет хорошо». Надо действовать! Что я могу? Придётся раскрыться? Плевать! Все эти мысли мелькали в голове. Чтобы хоть чуть-чуть успокоиться, я сделала несколько глубоких выдохов и побежала одеваться. Надо ехать во Дворец. Найти герцога, или самого Императора, или хоть кого-то, чтоб рассказать. Там мне помогут. Вызвала магмобиль.
Через час я уже колотила в ворота Дворца руками и ногами:
― Откройте! У меня информация об экспедиции «Марево 8»! Мне нужен Император.
Ответом мне была тишина, и ворота оставались закрытыми. Не знаю, сколько времени я провела в тщетных попытках достучаться, пока к ним не подъехал шикарный магмобиль и они не начали открываться. Я кинулась буквально под колёса. Видимо, мой ошарашенный и встрёпанный вид заинтересовал пассажиров. Магмобиль остановился, и его двери открылись.
Глава 6
Верих
К вечеру следующего после бала дня я знал о птичке всё. Её зовут Микаэла Илвар, и Лукас ― её брат. Их родители действительно пропали в Мареве, других родственников у близнецов нет, и с семнадцати лет они живут одни в своём доме. Слабенькая магичка училась средненько, вела обычную студенческую жизнь. В скандалах не замечена, к ответственности не привлекалась. Последнее время рядом мелькал Говард Шенри, который был вроде как женихом, но недавно пара рассталась. В общем, к моему глубочайшему сожалению, девчонка оказалась совсем не такой яркой и свободной, какой мне показалась. Добропорядочные монледи, мечтающие выйти замуж, меня не интересовали совсем. Решено! Завтра отправлю ей извинительный букет и выкину птичку из головы.
Последующие две недели пролетели в делах имперских. Отплытие экспедиции, подготовка к принятию делегации из Лодека. Трёхдневные переговоры, приём по случаю их окончания, так что было не до романтики. И всё же, нет-нет, да малышка Микаэла в мыслях мелькала. Выкинуть её из головы совсем никак не получалось. Может, мешали следы её коготков, оставленные на моей шее? Убирать их я не стал почему-то.
Переговоры с Лодеком шли тяжело. Три столетья наша Империя пыталась присоединить к себе Фейские острова. Особой ценности они собой не представляли: ни полезных ископаемых, ни плодородных земель, но они располагались недалеко от наших границ и имели стратегическое значение. Двуликие упорно сопротивлялись и отдавать острова не хотели ни по-хорошему, ни по-плохому. Время войн давно прошло, захватчиками мы становиться не желали, но многое готовы были отдать за треклятые острова.
Лодек был нашим северным соседом и государством двуликих, которые и составляли основную часть населения. Общество двуликих делилось на множество кланов и семей, в зависимости от своей звериной ипостаси.