Беспримерный переход боевого флота под командованием опытного адмирала 3. П. Рождественского начался в октябре 1904 года. Сразу же встал вопрос: каким маршрутом идти в Порт-Артур? Средиземное море и Суэцкий канал напрашивались сами собой, но союзницей Японии была Британия — владычица морей. Нет, объявленного нейтралитета англичане не нарушали, но многочисленные жесты английской стороны и враждебность общественного мнения Туманного Альбиона заставляли опасаться, что русскую эскадру не пропустят через Суэцкий канал, которым владела Англия. Поэтому был выбран изначально более сложный и продолжительный маршрут вокруг Африки. Поход этот ещё до его начала многие называли авантюрой: экипажи балтийских кораблей не имели не только боевого опыта, но даже опыта плавания в открытом море, большинство кораблей морально устарели и нуждались в ремонте, и, главное, в случае падения Порт-Артура (как оно и случилось вскоре) балтийцы уходили в никуда: других военно-морских баз на Дальнем Востоке у России не было. Об атмосфере неуверенности и даже страха на русских судах свидетельствует трагический эпизод, произошедший с эскадрой в Северном море, за многие тысячи километров от театра военных действий. В густом утреннем тумане была обстреляна флотилия английских рыбаков, много людей погибло, один траулер пошел ко дну. В течение нескольких дней Россия находилась на грани войны с Англией, но общими усилиями разрыва избежать удалось.
Плавание вокруг Африки было ужасным. Тропическая жара, непривычная для северных моряков, испорченные холодильники на кораблях, постоянные проблемы с углем, падающая дисциплина — всё это делало шансы на удачное окончание экспедиции ещё более призрачными. Одна за другой приходили удручающие новости: падение Порт-Артура, Кровавое воскресенье, баррикады и уличные бои в Москве. Несмотря на все это, когда 8 апреля 1905 года эскадра достигла Сингапура, наблюдатели отмечали, что русский флот хотя и выглядит потрепанным тяжелым переходом, все же сохранил боеспособность и слаженность действий. 9 мая в заливе Ван Фонг (французский Индокитай) эскадру адмирала Рождественского догнала 3-я Тихоокеанская эскадра — остатки Балтийского флота под командованием адмирала Небогатова, появились какие-то надежды на успешное окончание перехода. Но самое тяжелое испытание, встреча с боевыми японским кораблями, было ещё впереди.
Объединенная эскадра стремилась во Владивосток. Чтобы попасть туда, нужно было пройти между побережьем Японии и островом Цусима. Именно в этом проливе русских моряков, утомленных тяжелым переходом поджидал сильный японский флот. Надежды на победу в этом бою было мало, но того, что произошло, никто не мог бы представить себе и в кошмарном сне. Чудовищный разгром, который учинили японцы русскому флоту, практически лишил Россию статуса морской державы и сделал слово «Цусима» нарицательным, обозначающим полное поражение, вызванное собственными ошибками и самоуверенностью. За недооценку противника, за устаревшее вооружение, недостаточную скорость судов, несогласованность действий и отсталую тактику морского боя Россия заплатила девятью броненосцами, шестью крейсерами, пятью миноносцами, несколькими транспортами и, главное, пятью тысячами жизней русских моряков погибших 14-15 мая около Цусимы. Помимо этого, семь тысяч человек попало в плен, захвачены были несколько кораблей. Как показала начавшаяся через девять лет Первая мировая война, этот горький урок ничему не научил военную и административную верхушку Российской империи.
К концу 1905 года стало окончательно понятно, что «Маленькая победоносная война» — не более чем глупая, плохо подготовленная авантюра. Революционные настроения в обществе, для борьбы с которыми и была развязана эта война, под впечатлением от огромных потерь на русско-японском фронте, от бездарности командования, от гомерического казнокрадства военных интендантов лишь усилились. Антиправительственная агитация левых партий имела все больший успех у простого народа. Все более радикальной становилась деятельность многочисленных рабочих кружков, профсоюзных организаций.
Очень популярно в Санкт-Петербурге было «Собрание русских фабрично-заводских рабочих», которым руководил молодой священник Георгий Гапон. Талантливый агитатор и исключительно тщеславный человек, Гапон попал в очень сложную ситуацию. Дело в том, что «Собрание русских фабрично-заводских рабочих» было из числа организаций, созданных по инициативе правительства, пытавшегося ослабить влияние революционных партий на рабочих. Но вынужденно умеренная, осторожная деятельность, преимущественно просветительского характера, под покровительством министерства внутренних дел, в новых условиях перестала удовлетворять рядовых членов «Собрания...». Честолюбивый Гапон вынужден был учитывать эти настроения, и на свои страх и риск он задумал выступить перед властями, как представитель рабочих, умеренный защитник их интересов. Судя по всему, его инициатива не нашла поддержки у правительства, но подталкиваемый логикой событий отступить он уже не мог; избранный им путь неумолимо вёл его к бесславному концу. В самом начале января 1905 года в Санкт-Петербурге, на нескольких крупных заводах началась масштабная забастовка, в которой рабочие из организации Георгия Гапона играли очень важную роль. В среде забастовщиков появилась идея: организовать массовое шествие к Зимнему дворцу и вручить императору Николаю II специально составленную петицию, в которой перечислялись бы все основные народные нужды и заботы. Специально подчеркивался мирный характер шествия, царь виделся защитником, от которого нерадивые чиновники и алчные богачи скрывали бедственное положение простого народа. Представители многих партий указывали на наивность подобных взглядов, но к ним не прислушались.
6 января в трактире «Старый Ташкент» на совместном собрании нескольких рабочих организаций был составлен и утвержден текст петиции. Вопреки первоначальному замыслу окончательный вариант вышел довольно решительным и резким. Петиция требовала широких политических свобод в Российской империи, революционных перемен в сфере земельных отношений, создания парламента. На собрании было также решено, что именно Гапон возглавит шествие и вручит петицию царю. Само шествие было намечено на воскресенье 9 января.
К сожалению, Николаи II и его правительство отнеслись к инициативе рабочих без должного внимания. Во всяком случае о том, чтобы встретиться с представителями петербургского пролетариата император не хотел и слышать. И само шествие, и передача петиции хотя бы какому-нибудь правительственному чиновнику были строжайше запрещены. Сейчас историки много говорят и пишут о том, что подобное поведение властей в тот момент было на удивление недальновидным, что пойди Николай навстречу рабочим, многое в истории России могло пойти по-другому. Сам Николай II 9 января даже не планировал быть в столице. Зато в город специально «для борьбы с беспорядками» были стянуты воинские части.
Утром 9 января в разных частях Санкт-Петербурга собралось свыше двухсот тысяч человек, которые несколькими колоннами начали движение к Зимнему дворцу. Люди шли с портретами царя» иконами... Их встречали мощные кордоны из солдат и полиции, которые никого не пропускали к центру города. Поначалу военные требовали от рабочих разойтись по домам, пытались разогнать шествие без применения огнестрельного оружия. Потом прозвучали сигналы горна, предупреждавшие о возможном применении силы. Затем в разных частях города прозвучали ружейные залпы, январский снег обагрила кровь убитых и раненых, после чего перепуганные люди были рассеяны энергичными действиями кавалерийских частей.
По разным оценкам, число убитых в тот роковой для монархии день достигало от ста до тысячи человек, счет раненых шел на тысячи. Но независимо от числа жертв, авторитету царской власти был нанесён непоправимый урон — как принято считать, в Кровавое воскресенье «была расстреляна вера в доброго царя». Уже днём 9 января на улицах Санкт-Петербурга появились первые баррикады, началась первая русская революция. Печальна была судьба неудачливого рабочего вожака Георгия Гапона — он был обвинен в провокации, и в марте 1906 года повешен боевиками партии социалистов-революционеров в небольшом дачном поселке под Санкт-Петербургом.
Понятие «добровольчество» имеет в русской культуре большую и богатую историю. Ещё в допетровское время во время войны на самые рискованные» смертельно опасные задания вызывались добровольцы, или, как их тогда называли, «охотники», т. е. люди, делающие что-либо по своей охоте. В XIX веке мощный всплеск добровольческого движения случался во время Отечественной войны 1812 года, Севастопольской войны, Русско-турецкой войны 1879 года, когда десятки тысяч патриотов добровольно шли в ополчение, чтобы послужить Родине как на поле боя, так и в тылу. Эта традиция сохранилась и в Первую мировую войну, и особенно, в Великую Отечественную. В эпоху СССР понятие «добровольцы» не теряло своего смысла и в мирное время, добровольцами ехали на Целину, на строительство Байкало-амурской магистрали. В постсоветское время этим словом называют людей, которые безвозмездно выполняют необходимые обществу, но не самые престижные работы, например, уход за больными или уборку улиц.
Но все же наиболее ярко и убедительно добровольчество проявило себя в самый трагический период нашей истории — во время Гражданской войны 1918-1920 годов. Десятки тысяч людей шли добровольцами как в Красную, так и в Белую армии, потому что тот трагический разлом, который прошел по русской жизни в 1917 году, не позволял честным, верящим в Россию людям оставаться дома и ждать повестки от любой власти, которая в данный момент была на той или иной территории. Уже этот простой факт, наличие и красного и белого добровольчества, должен заставить любого ответственного историка или политика отказаться от навешивания ярлыков при оценке тех страшных событий, отнестись с уважением, или хотя бы с пониманием, к выбору людей, готовых заплатить за него ценой своей жизни.
Тем не менее если говорить о гражданской войне» то со словом «добровольцы» сейчас чаще связывают боевое подразделение только одной из воюющих сторон — Добровольческую армию» главную ударную силу Белого движения на юге России. Начало Добровольческой армии было положено в декабре 1917 года, когда противники Советской власти, в основном из числа кадровых офицеров старой российской армии, приняли решение о начале вооружённой борьбы с большевизмом. Вместе с офицерами основу Добровольческой армии, формировавшейся на Дону, составили юнкера и студенты различных учебных заведений. Под ударами превосходящих сил Красной армии, добровольцы были вынуждены оставить Донскую область. Был совершен героический Ледяной поход, когда Добровольческая армия с боями пробилась на Кубань. В августе 1918 года была проведена первая мобилизация в части Добровольческой армии, но в основном сюда влились идейные противники новой власти, которые продолжали массово прибывать на юг России. Численность Добровольческой армии к этому моменту возросла с начальных 3 тысяч уже до 35 тысяч человек. В ноябре 1918 года закончилась Первая мировая война и правительства мировых держав получили возможность принять участие в русских событиях. Конечно же, они выступили на стороне белых, не желая победы большевиков. В Россию были посланы воинские контингенты, началась массированная помощь оружием, обмундированием, продовольствием. Именно в это время Добровольческая армия превратилась из героического, но разношерстного ополчения в собственно армию. В январе 1919 года Добровольческая армия стала главной составной частью Вооружённых сил юга России, а бывший командующий добровольцев, генерал А. И. Деникин, возглавил ВСЮР (Вооружённые силы Юга России). Гражданская война вошла в решительную фазу, бои становились все более кровопролитными, начал обозначаться решительный перевес Советской власти, поддержанной массами крестьянства. Потери белых армий, в том числе и Добровольческой армии, были очень велики, и уже не могли восполняться только при помощи идейных врагов большевизма. Началась массовая мобилизация, в том числе и принудительная, кроме того, в состав Добровольческой армии вошло и множество пленных красноармейцев, что никак не могло повысить её боеспособность. Тем не менее летом 1919 года добровольцы были на острие мощного наступления деникинских войск на Москву, которое Красной армии удалось отбить с большим трудом. После этого Добровольческой армии пришлось отступить на Кубань, а после эвакуироваться из Новороссийска в Крым, где добровольцы влились в состав Русской армии барона П. Н. Врангеля и вместе с ней испили горькую чашу разгрома Белого движения в 1920 году.
В феврале 1917 года Россия, на третьем году мировой войны, свергла царя Николая II и из империи стала республикой. Отречение императора не принесло успокоения в российскую общественную жизнь, не привело к консолидации сил, да и не могло привести. Напротив, каждый вопрос внезапно стал принципиальным, каждое разногласие, о котором ещё недавно сравнительно мирно спорили на страницах газет и на заседаниях всевозможных общественных комитетов, делало теперь злейшими врагами даже близких родственников. Главной проблемой, стоявшей на повестке дня в измученной войной стране, был вопрос о мире. Партия большевиков, которая решительнее всех выступила за немедленное окончание войны, была поддержана подавляющим большинством простых солдат, не понимающих, во имя чего ведётся эта бойня, и в октябре 1917 года захватила власть в Петрограде и Москве.
В марте 1918 года был заключён мир с Германией (так называемый Брестский мир) на крайне невыгодных для России условиях. Этот мир окончательно расколол нашу страну на тех, кто поддерживал новую власть, и на тех, кто считал большевиков изменниками России, с которыми необходимо вести решительную борьбу. По всем важнейшим вопросам: о мире, о земле, о власти, буквально по всем, разногласия были таковы, что компромисс был невозможен, а силы сторон были приблизительно равны. Гражданская война стала неизбежной.
Ещё до заключения Брестского мира несогласные с политикой большевиков офицеры русской армии устремились на юг, в область казачьего Донского войска, где генералы Алексеев, Корнилов, Марков и некоторые другие начали собирать силы для борьбы с большевистским правительством. Практически единогласно было решено, что командовать новой армией будет генерал Л. Г. Корнилов, пользовавшийся у военных большим авторитетом.
Было сформировано несколько пехотных и кавалерийских частей, состоящих почти исключительно из кадровых офицеров и юнкеров военных училищ. Юнкера же обслуживали две артиллерийские батареи. Общая численность этой армии, которая стала именоваться Добровольческой, не превышала 5 тысяч человек, и на фоне наступавших частей Красной армии казалась каплей в море. Генерал Корнилов принял решение оставить Ростов, где проходило формирование, и пробиваться с боями за Дон.
Несмотря на огромный численный перевес сил противника, Добровольческая армия, используя свое преимущество в воинской выучке, дисциплине и опираясь на высокий моральный дух, сумела прорвать кольцо окружения и уйти на юг Донской области, где получила возможность отдохнуть и пополнить свои ряды.
По воспоминаниям участников похода, небольшая, почти безоружная, обремененная обозом со стариками и женщинами, Добровольческая армия находилась в состоянии боя едва ли не круглосуточно. Красных было намного больше, но их полки были разрознены и очень плохо обучены, военные профессионалы-добровольцы всякий раз тактически переигрывали красных командиров. Название «Ледяной поход» этот героический рейд получил по первому бою Добровольческой армии, прошедшему 15 марта 1918 года у станицы Ново-Дмитриевской, во время которого моросящий дождь сменялся заморозками, из-за чего драться приходилось в заледеневшем обмундировании. Сам же поход закончился 30 апреля 1918 года.
С чисто военной точки зрения итоги Ледяного похода были невелики, но благодаря ему Белое движение получило свои первые победы, первых героев, первые ордена, получило костяк будущих Вооружённых сил Юга России. Оценивая итоги похода, не следует, конечно же, забывать печально известный приказ генерала Корнилова: «...пленных не брать. Ответственность за этот приказ перед Богом и русским народом я беру на себя». Маховик кровавой братоубийственной войны неумолимо раскручивался обеими сторонами.
После нападения гитлеровской Германии 22 июня 1941 года, Советский Союз в первые же несколько недель войны оказался на краю катастрофы. Колоссальная мощь немецкой военной машины, эффективность её новой военной стратегии — блицкрига, внезапность нападения, неготовность советских войск к масштабным боевым действиям, последствия репрессий 30-х годов и уверенность главы советского государства И. В. Сталина в том, что Гитлер не нападёт на Советский Союз (или, по крайней мере, нападёт позже) — все это привело к самым трагическим последствиям. К концу 1941 года почти никто из политиков или военных во всем мире не верил в то, что Советской России удастся выстоять. Последствия победы Германии для народов Европы и Азии были бы поистине ужасны. Великобритания могла ещё более или менее эффективно противиться переправе германской армии через пролив Ла-Манш, но вести военные действия на континенте в одиночку была уже неспособна. США, обладающие колоссальными людскими и экономическими ресурсами, имели в то время армию, равную по численности армиям второразрядных европейских государств. Франция была раздавлена нацистами в считанные месяцы, а две другие могущественные мировые державы, Италия и Япония, готовились вместе с Гитлером продиктовать свою волю всему Восточному полушарию. Последним препятствием на пути к осуществлению этих планов оставался истекающий кровью Советский Союз.
Эта была война не за колонии, не за спорную приграничную территорию, и не за торговые привилегии. Перед народами СССР вопрос стоял ребром: победа или смерть. Несмотря на явное военное и стратегическое преимущество, Германия также напрягала все свои силы, стремясь победоносно окончить войну в максимально короткие сроки. На гигантском фронте от Балтийского до Черного моря были сосредоточены все силы воюющих держав. СССР отчаянно нуждался в союзниках. Англия, как вы знаете, уже находилась в состоянии войны с Германией, в декабре 1941 года в войну были вынуждены вступить Соединенные Штаты. После оформления военного союза документально, казалось, СССР был вправе рассчитывать как на масштабную экономическую помощь союзников, так и на начало военных действий на западе Европы. Экономическая помощь была оказана, причем в самый критичный момент. Когда была потеряна огромная часть советской промышленности, США и Англия поставляли нам танки, самолеты, стратегически важное сырье. Но вот воевать союзники не торопились...
Конечно, первое время, до середины 1942 года они ещё могли оправдывать свое нежелание нести людские потери неготовностью к войне. Но все равно, вот уже несколько десятилетий военных историков мучает несколько важных вопросов. Ещё до начала Второй мировой войны западные демократии обещали маленьким европейским странам любую помощь, вплоть да объявления войны, в случае германской агрессии. Теперь же оказывалось, что за громкими фразами о помощи практически ничего не стояло. Также известно слишком много высказываний высокопоставленных политиков как в Англии, так и в США о том, что в интересах Запада было бы неплохо, чтобы советский и фашистский режимы воевали как можно дольше и нанесли друг другу максимальный урон. Негативное отношение к коммунизму в США и Англии понять можно, но за такой излишне прагматичный подход расплатились своей жизнью десятки миллионов простых советских людей. Скольких жертв можно было бы избежать, если бы второй фронт был бы открыт не в 1944-м, а в 1942 году! И наконец, главный вопрос: почему Гитлер в течение нескольких лет был так уверен в том, что второго фронта не будет? Ведь основные силы рейха были брошены на Восток против СССР, а на Западе оставались немногочисленные и второсортные в военном отношении части. Массированный удар в незащищенный тыл Германии мог бы окончить войну в течение года.