Артур Хейли - Колеса стр 17.

- Конечно, это хорошая машина. - Бретт проглотил еще кусок, тогда как двое молодых будущих дизайнеров с любопытством смотрели на него. - Если составить перечень вершинных машин нашего века, мы обнаружим там и "фольксваген" наряду с "пирсэрроу", "фордом" - модель "Т", "шевроле-шесть" тысяча девятьсот двадцать девятого года, "паккардом" до сороковых годов, "роллс-ройсом" до шестидесятых, "линкольном", крайслеровским "эйрфлоу", "кадиллаком" тридцатых годов, "мустангом", "понтиаком-гранд-туризм", двухместным "тандербердом" и некоторыми другими. И все же в случае с "фольксвагеном" имел место грандиозный блеф, так как реклама внушила людям, что машина уродлива, а это неверно, иначе она столько времени не продержалась бы на рынке. На самом же деле "фольксваген" отличают и форма, и балансировка, и чувство симметрии, и даже что-то гениальное: будь это скульптура в бронзе, она стояла бы на пьедестале рядом с творениями Генри Мура. Но поскольку публике все время вбивали в голову, что "фольксваген" уродлив, она этому поверила, как и вы. Впрочем, все владельцы машин любят заниматься самообманом.

- Вот тут речь пошла обо мне, - заметил кто-то. Заскрипели отодвигаемые стулья. Большинство начало расходиться по своим лабораториям и бюро.

- Если вы, как советовал этот сосунок, профильтруете то, что он выдает, - послышался голос начальника лаборатории красок и отделки, остановившегося за стульями двух студентов, - то, пожалуй, одну-две жемчужины найдете.

- К тому времени, когда я кончу излагать им свои идеи, - Бретт вытер салфеткой пятнышко от яйца и кофе, - у них будет столько жемчужин, что они смогут приготовить из них джем.

- Как жаль, что я не могу остаться! - уже с порога дружелюбно заметил Хеберстейн и кивнул. - Загляните ко мне попозже, Бретт, хорошо? Мы получили данные об одном материале, которые, я думаю, могут вас заинтересовать.

- Это у вас всегда так? - Парнишка, снова принявшийся было чертить свои параболы на скатерти, с любопытством взглянул на Бретта.

- Здесь - да. Но не обманитесь насчет трепа. В процессе такого обмена обнаруживается немало полезных идей.

И это было действительно так. Руководство автомобильных компаний всячески поощряло дизайнеров - равно как и представителей других творческих профессий - вместе завтракать и обедать в специально отведенных для них столовых, которые тем приятнее, чем выше ранг тех, кто туда допущен. Причем разговор за столом - на любом уровне - неизбежно заходит о текущих делах. Собеседники зажигают друг друга, работа мозга обостряется, и поистине блестящие идеи рождаются порой за закуской или десертом. Столовые для руководящего состава обычно приносят убытки, но правление компании охотно восполняет дефицит, считая, что эти деньги с лихвой окупятся.

- А почему вы сказали, что владельцы машин любят заниматься самообманом? - спросила девушка.

- Мы это знаем. Такова человеческая природа. - Бретт отодвинулся от стола и качнулся на стуле. - Большинство наших милых граждан Джо, живущих в тесном сообществе, любят броские машины. В то же время они любят считать себя людьми рациональными. Что же происходит? Они себя обманывают. Ведь они даже в мыслях себе не признаются, что́ побуждает их купить очередную новую торпеду.

- А вам откуда это известно?

- Все очень просто. Если гражданин Джо хочет иметь надежное средство передвижения - а очень многие говорят, что именно этого они и хотят, - то ему следует купить дешевую, простую, экономичную модель без всяких украшательств, какой-нибудь "шевроле", "форд" или "плимут". Однако почти все хотят бо́льшего - они хотят лучшую машину, потому что проехаться в роскошной машине - все равно что пройтись под руку с аппетитной крошкой или иметь элегантный дом - это греет душу. И тут нет ничего плохого! Но наш Джо и его друзья считают, что есть, - вот почему они себя и обманывают.

- Так, значит, исследование покупательского спроса…

- Это для дураков! О'кей, мы посылаем на улицу дамочку с блокнотом спросить первого попавшегося человека, какой он хочет видеть свою будущую машину. Он тотчас соображает, что должен произвести на нее хорошее впечатление, и начинает перечислять общеизвестные вещи: надежность, расход бензина на милю, безопасность, продажная цена. Если же ответы просят дать в письменной форме, без подписи, он дает такие, чтобы произвести благоприятное впечатление на самого себя. В самом конце в обоих случаях он упомянет про внешний вид машины, а то и промолчит. Однако когда наступает время покупки и этот же самый Джо является в демонстрационную, как раз внешний вид машины - признается он себе в этом или нет - все и решит. - Бретт встал и потянулся. - Есть люди, которые скажут вам, что публика разлюбила машины. Ерунда! Мы с вами, детки, еще долго продержимся на плаву, потому что старина Джо, что бы он там время от времени ни выкидывал, по-прежнему любит нас, дизайнеров.

Бретт взглянул на часы: оставалось еще минут тридцать до встречи с Адамом Трентоном возле автодрома, значит, он успеет заскочить в лабораторию красок и отделки. Выходя из столовой, Бретт спросил студентов:

- Так что же вы все-таки вынесли из своей практики?

Это было ему небезынтересно. Не так давно он сам проходил такую практику. Автомобильные компании регулярно приглашают на свои предприятия студентов-дизайнеров и обращаются с ними, как авиакомпании с особо важными персонами. Студенты же знакомятся с атмосферой, в которой им предстоит работать. Автомобильные компании обхаживают студентов и во время их обучения в школах. Представители Большой тройки по несколько раз в год посещают школы дизайнеров, открыто конкурируя друг с другом, чтобы заполучить наиболее многообещающих выпускников (так же вербуют они и ученых, инженеров, юристов, счетных работников и специалистов по сбыту); в итоге автомобильные компании, с их щедрой оплатой труда и системой поощрения в виде участия в прибылях, а также заранее запланированным продвижением по службе, "снимают пенки", набирая талантливых профессионалов. Иные - в том числе и думающие люди в самой автомобильной промышленности - считают этот процесс несправедливым, ибо компании забирают себе лучшие умы мира, обедняя тем самым цивилизацию в целом, которой не хватает мыслителей для решения стоящих перед человечеством неотложных и весьма непростых проблем. Но так или иначе, ни одной организации или отрасли промышленности пока еще не удалось добиться столь постоянного притока первоклассных знатоков своего дела. К числу таких высокоталантливых людей принадлежал и Бретт Дилозанто.

- Это безумно интересно, - отвечая на его вопрос, сказала девушка с живыми глазами. - Самой творить, создавать что-то реальное… Страшновато, конечно. Ведь столько конкурентов надо одолеть, да еще когда ты знаешь, какие это специалисты! Зато если удастся чего-то здесь достичь, сразу будет имя.

"У нее правильное отношение к делу, - подумал Бретт. - Остается лишь, чтоб был талант да чтобы кто-то подтолкнул и помог преодолеть предубеждение, существующее в автомобильной промышленности против женщин, которые хотят работать не просто секретаршами".

- А ты что скажешь? - спросил Бретт юношу.

Тот неуверенно помотал головой и насупился.

- Не знаю. Да, конечно, все это безумно интересно - берись за любую идею и вкалывай, и наверняка работать тут увлекательно… Она правильно сказала, - добавил он, кивнув на девушку. - Только вот что я думаю: а стоит ли этим заниматься? Может, я так, сбрендил; правда, уже поздно что-либо менять - ведь я почти закончил обучение и, можно сказать, без пяти минут дизайнер. И все равно невольно задаешься вопросом: стоит ли настоящему художнику заниматься этим? Хочешь ли ты посвятить всю свою жизнь автомобилям?

- Чтобы работать тут, надо, конечно, любить автомобиль, - сказал Бретт. - Он должен стать для тебя самым главным. Дышишь, ешь, спишь - и все время думаешь об автомобиле. Просыпаешься ночью, и перед глазами у тебя возникает автомобиль - тот, что ты создал, тот, что хотел бы создать. Это твой бог, твоя религия. И если ты этого не чувствуешь, - сухо добавил он, - тебе здесь не место.

- Я люблю машину, - возразил парень. - И всегда любил, сколько себя помню. Только вот последнее время… - Он не докончил фразы, словно не хотел вторично впадать в ересь.

Бретт не стал продолжать разговор. Мнения, оценки такого рода - дело сугубо личное, и решение должен принимать человек сам. Никто тут не поможет, потому что в конечном счете все зависит от того, что ты думаешь, что ты ценишь, да еще - что тебе подсказывает совесть. А кроме того, было кое-что, чего Бретт вовсе не собирался обсуждать с этими ребятами: в последнее время у него самого появились такие же вопросы и сомнения.