- Ну да. Заказчики - братва правобережная. У нас с Гундосым отношения нормальные, но если отбреем его - такой штраф наложат. Надо искать "шестерку".
- Ночью стремно, - возразил Гулиёв. - Говорят, ментов сейчас месячник борьбы с угонами. Влетим.
- Ну и что теперь? - зло воскликнул Соболев.
- Ну если только, - Гулиёв поднялся со стула, доле на полку и достал оттуда никелированный кастет. - Вот.
- Тычего это? - удивился Соболев.
- Нанять извозчика, а потом с кастетом попросить его выйти из авто.
- Совсем с ума съехал?
- А чего? Кто найдет? В городе - полтора миллиона человек. А мы живем даже не в городе, а в пригороде. Не найдут.
- Кто же такую морду опойную в машину посадит? - Соболев окинул Гулиева выразительным взглядом.
- Посадят, - Гулиёв изложил свою идею.
- Да? - озадаченно досмотрел на приятеля Соболев. - А что, можно попробовать.
- А меня возьмете? - спросил Сева.
- Да уж без сопливых как-нибудь, - отмахнулся Соболев.
- Не очень-то и хотелось, - вызывающе, но с внутренним облегчением произнес Сева…
Военная хитрость заключалась в том, чтобы взвалить на плечо ковер и взять хозяйственные сумки. Кто подумает, что разбойники идут на дело с ковром? Да никто.
Операция прошла удачно. Достали именно ту шестерку, которую хотели. На следующий день, смотря телевизор в гараже, Гулиёв обрадованно воскликнул:
- Кардан, смотри, кого сделали! Судебно-медицинс-кий эксперт. Граерман.
- Ну-ка, - мастер присел у телевизора. "Если вы видели этих людей, сообщите по телефонам 22-78-66 или 23-78-49", - заявил сотрудник пресс-центра УВД, ведущий ежедневную программу "Сирена" на областном телевидении.
У подельников душа ушла в пятки. Они ожидали увидеть на экране собственные физиономии. Возникли составленные со слов потерпевшего два фоторобота. Если по ним кого-то и можно было узнать, то только не Соболева и Гулиева.
- Ха, я же говорил, нас долго искать будут, - обрадовался Гулиев. - Куда проще, чем по ночам шариться.
- Не, я так больше не играю, - покачал головой
Соболев.
- Больше ни разу.
- Погодим-поглядим…
С полгода проблем не возникало. А потом вновь - понадобилась машина - синяя "восьмерка",
- Надо опять на дорогу, - сказал Гулиев.
- Хрен тебе, красная шапочка, - воскликнул Соболев.
- Хрен не хрен, а надо идти.
- Не пойдешь, - гнул свое Соболев.
- Хрен я тебя спрошу.
Гулиев успел с утра немного поддать. Он выудил из-за пустых канистр флягу с водкой, сделал большой глоток, взвалил на плечо сверток с тем самым ковром, с которым грабили судмедэксперта, и отправился восвояси.
- Интересно, куда это он? - озадаченно спросил Соболев.
- На дорогу, говорит, - пожал плечами Сева.
- Вот пьянь. Попадется - сдаст ментам.
- Да ты что. Мухтар - мужик что надо.
- Ха, - Соболев иронично поглядел на Севу. - За бутылку он и атомную бомбу на родной огород сбросит. Сиди теперь, жди, один Мухтар придет или с ментами…
Между тем Гулиев, покачиваясь, брел по утренним улицам.
В его затуманенном алкоголем мозгу крепко засела мысль, которую он время от времени повторял вслух:
- Умники. Я им покажу, чего Мухтар стоит. Постепенно он протрезвел. И через полчаса набрел на нужную машину. Выдумка с ковром действительно оказалась удачной. Водитель - плотный мужчина лет под пятьдесят на вид, согласился за две сотни добросить до Камышинска. Дальше все развивалось по известному сценарию.
- Притормози, шеф, - попросил Гулиев. - Тут деревня. За магнитофоном сходить надо.
- Пожалуйста, - водитель затормозил, не задумываясь над дуростью такой просьбы.
- Ну ты, того, карманы выворачивай, - Гулиев вытащил кнопочный нож с длинным острым лезвием.
- А…
Увидев истерично перекошенное лицо пассажира, водитель примирительно произнес:
- Ладно, только не нервничай… Слушай, денег-то немного. На такое дело из-за мелочи идти.
- Пасть закрой. Давай местами меняться!
В тесноте салона они умудрились поменяться местами.
- Деньги все отдал? - подозрительно осведомился Гулиев, презрительно глядя на две десятитысячные купюры. - Пришью ведь, падла.
- На, зараза алчная! - водитель вытащил из кармана кошелек и протянул Гулиеву.
- Та-ак, - Гулиев раскрыл кошелек, набитый купюрами.
В этот момент резким движением водитель вырвал нож.
Гулиев успел среагировать и с размаху саданул кошельком по руке с ножом, выбив его.
В салоне началась ожесточенная схватка. Несмотря на молодые годы, пропойный Гулиев начал сдавать. Противник впился в его шею жесткими стальными пальцами и с наслаждением сжал их. Сознание начало оставлять разбойника,
- Ладно, ладно, - из последних сил захрипел он и заколотил ладонью по сиденью, прося пощады, как борец, взятый на болевой прием. - Все.
Хватка ослабла, и Гулиев начал хватать ртом воздух.
- Все, пора расходиться, - выдавил он.
- Кто держит? - спросил водитель, поигрывая ножом.
- Ну да. Я вылезать буду, а ты меня ножом в спину.
Выброси в окно. Водитель пожал плечами и забросил нож подальше.
- Спасибо, - кивнул Гулиев, выдернул ключи зажигания и выпрыгнул наружу, подбирая нож. - Вот теперь поговорим, - улыбнулся он, поигрывая орудием.
- Ах ты, - только и прошептал пораженный таким коварством водитель и выпорхнул из машины.
- Ты куда… Ну, козел, иди сюда.
Пару минут они играли в салочки вокруг машины.
- Ну, падла, все равно достану, - запыхавшийся. Гулиев прислонился к капоту, поджав губы, рассматривая хозяина.
- Тебе чего надо? - спросил тот.
- Чтобы ты шел отсюда и рот на замке держал. Ментам не скажешь - завтра получишь свою машину. Оставлю у Центрального универмага в городе.
Хозяин отошел от машины и со вздохом смотрел, как она катит прочь, набирая скорость…
- Открывай ворота! - заорал Гулиев, колотя ногой по дверям гаража.
- Чего разошелся? - спросил Соболев, приоткрывая дверь.
- Принимай товар, - Гулиев кивнул на новенькую "восьмерку", как раз такую, как заказывали. - Чего, не рад?
- Ох, допрыгаемся мы, - грустно вздохнул Соболев.
- А чего допрыгаемся? Хошь, завтра еще две тачки приведу? - раздухарился Гулиев.
- Еще не хватало. Не, с такими делами надо завязывать, И завязали. На три месяца, пока не понадобился "Москвич". На новый разбой взяли Севу. Прошло чисто. Еще месяца через четыре заявился новый клиент, которому никак нельзя отказать, с грудой металлолома, еще недавно называвшегося "Жигулями" девятой модели.
- Сделаешь, треть цены - твоя, - услышал мастер привычное предложение.
- Сделаем, - кивнул он, бросая задумчивый взгляд на все валяющийся в углу волшебный коврик.
Глава десятая
БЕЛАЯ СМЕРТЬ
Место в жизни Бакир нашел тогда, когда после русского плена перед ним встала та же проблема - деньги. И снова он отправился к своему дальнему родственнику Ибишу Дергахову.
- Знаю, воевал за правое дело, - кивнул Дергахов, опять принявший Бакира у себя дома. Они снова сидели за столом и потягивали из хрустальных армудов крепкий чай, с сахаром вприкуску. - Раненому в бою прощаются грехи.
- Я старался.
- Как дальше думаешь жить?
- Не знаю. Я хотел, чтобы кто-нибудь думал за меня. Дергахов вопросительно приподнял бровь.
- Точнее, я хочу, чтобы за меня думал такой мудрый и уважаемый человек, как вы, Ибиш Гудрат-оглы.
- А ты знаешь, чем я занимаюсь?
- Нет. Но Ибиш Дергахов не станет заниматься недостойным делом. И я готов помогать ему во всем.
Бакир лукавил. Он прекрасно знал то, что знали почти все в городе, - Дергахов держит в своих руках торговлю наркотиками. На двух московских рынках заправляют этим делом его люди. В любое время туда может прийти страждущий наркоман, шепнуть кому надо пару слов и в глубине дворов получить коробок или газетный кулек с анашой, а то и ампулу с метадоном. Торгуют там зельем молодые, симпатичные смуглые мальчики, все в фирменных спортивных костюмах, а зимой - в норковых шапках и кожаных плащах. Время от времени они нарываются на неприятности, и оперативники Управления по незаконному обороту наркотиков с тумаками препровождают их за колючку. Но судьба розничных торговцев мало кого интересует. Это разменный материал. На одно место Дергахов найдет десять таких замученных безработицей и безденежьем, запуганных приближающимся призывом в воюющую армию, манимых огнями больших городов мальчиков.
Но Бакир, учитывая прошлые заслуги, боевой опыт и родственные связи с Дергаховым, рассчитывал на большее. И не ошибся.
- Ты мне нравишься, Бакир. Первый разряд по боксу.
Молодой. Сильный. Красивый. Честный. Воин. Я хочу доверить тебе важное дело. Не побоишься?
- Страх во мне больше не живет.
- И кровь тебя не пугает?
- Нет.
- Мы жили с ними душа в душу, мы шли навстречу во всем, и они решили, что мы слабы и о нас можно вытирать ноги. Их надо проучить. Завтра отправляешься в Москву.