Он вцепился обеими руками в коновязь с такой силой, что два охранника-толстяка не могли оторвать его от нее.
– Пусть тебя кочевники щадят! – орал толстяк. – На рынок его! – скомандовал он охранникам. – На соляные рудники!
Приглядевшись повнимательнее, я узнала того шустрого паренька, что показал нам дорогу в “Серебряную розу”. Я огляделась. Буфетчик безучастно наблюдал из-за стойки разворачивающееся действо. Я спросила:
– В чем там дело?
– Оборванец задолжал за воду владельцу колодца.
– И чем ему это грозит?
– Продаст его хозяин воды караванщикам с соляных рудников.
– В рабство?
– Ну да.
– И что дальше? – поинтересовалась я.
– А ничего, из Степи еще никто не возвращался обратно.
– И в Златограде разрешают вот так продавать жителей?
– А что поделаешь? – рассудительно ответил буфетчик. – Город перенаселен. Одним нищим больше, одним меньше. Власть уже давно смотрит на это сквозь пальцы.
К этому моменту дюжие охранники отодрали пальцы водоноса от коновязи и поволокли сопротивлявшегося парня через площадь. Мне вдруг стало жалко этого смышленого паренька, и я решила вмешаться в происходившие события.
– И не пытайтесь! – предостерег меня буфетчик, увидев, что я с решительным видом приподнялась из-за стола. – Оборванцу уже ничем не поможете, а с Абделем наживете себе неприятностей. Он целую улицу держит в должниках. И стража вся у него на откупе.
– Эй, почтеннейший! Абдель, кажется? Хозяин колодца, услышав свое имя, оглянулся.
– Сколько задолжал тебе этот парень? – Я шагнула из дверей гостиницы на площадь.
– Серебряную монету, – ответил Абдель. – И не только он, но и вся его семья, забери их оборотень!
– И что ты с ним собираешься делать?
– Продам на соляные рудники! – ответил толстяк. – Чтобы другим неповадно было тянуть с долгом.
– Но он же обещал расплатиться? – попыталась я остановить Абделя.
– Я сыт по горло их обещаниями! – Абдель бросил презрительный взгляд на мою скромную одежду. – Что тебе надо, женщина? Уж не хочешь ли ты выплатить долг этого нищего?
– Заплачу, если ты не согласен подождать.
– Так давай сюда! – он протянул вперед жирную лапу.
– Сейчас подъедет мой муж…
А-а! прошипел Абдель. – Так у тебя нет денег! Да ты такая же нищая, как и этот водонос! С дороги! Не мешай мне!
Он с угрожающим видом надвинулся на меня. Я вздохнула и, отступив от надвигающейся на меня туши владельца колодца, положила руку на рукоять клинка.
– Хватайте ее! – заорал Абдель, увидев мое движение. – Стража! Эта женщина угрожает мне!
Один из мордоворотов толстяка отпустил продолжавшего упираться из последних сил водоноса и двинулся ко мне. Я сделала шаг назад, поближе к стене. Хоть со спины никто не подойдет. Прав оказался все-таки Артем – нечего было высовываться из номера. Теперь я стояла перед дилеммой: или ретироваться обратно в гостиницу, оставив на произвол судьбы беднягу-водоноса, или схлестнуться с охранниками хозяина колодца. И дело даже не в том, что мне противостояли двое здоровенных мужчин. С ними обоими я без труда справилась бы. Такие качки привыкли изгаляться только над беззащитными людьми. Встретив настоящий отпор, они мгновенно исчезают. Вот только они не привыкли к отпору со стороны женщин. А значит, мне надо одного убить или покалечить. И здесь возникает не очень приятное продолжение второй части дилеммы: городские власти или уличная стража. Как они прореагируют на то, что приезжая покалечила слуг очень даже небедного, а посему уважаемого человека города? Неизвестно. Но и бросить начатое я уже не могла. Да и, в конце концов, Артему этот город активно не понравился. Нам в нем не жить, а одного хапугу я успею наказать.