- Мне показалось, что ребята обрадовались моему появлению.
- Тебе показалось! Они были рады, что опять есть, над кем пошутить.
- Ты хотела сказать, «поиздеваться»?Катя пожала плечами и отвернулась, переходя к следующему пульту: - Здесь учёт потреблённой энергии. Что-нибудь перепутаешь, и мы замёрзнем, или наоборот, будет жарко. Выводи все показатели сюда, здесь пожелания проживающих в каждой каюте, какую температуру воздуха они предпочитают.
- А что, нельзя в комнате регулировать?
- В комнате, само собой, только, если ты задашь отсюда минимум энергии, ниоткуда она не возьмётся, надеюсь, это понятно?
- Разве нельзя, чтобы это рассчитывал компьютер?удивился я.
- Компьютер знает, что ему делать!отрезала Катя, - Это детская станция, здесь положено обучаться, а не отдыхать! Скажи спасибо, что здесь есть роботы-уборщики. На Ганимеде15, нам приходилось полы мыть самим! Жаль, не могу тебя заставить это делать!
Я промолчал, делая вид, что очень заинтересовался видом из иллюминатора.
Вид был так себе: песчаные дюны красно-жёлтого цвета, дальше обзор закрывали округлые корпуса станции, из-за которых выглядывало какое-то огромное стеклянное сооружение, даже отсюда было видно, что до него очень далеко.
Вообще, станция для меня, как новичка и жителя начала 21 века, производила впечатление.
Центральная часть была похожа на приплюснутую сферу, опоясанную большими круглыми иллюминаторами, нижний край иллюминатора мне по пояс, размером примерно метр в диаметре. Здесь находилась кают-компания, рядом кухняавтомат, с меняющимся меню. 365 дней, 365 блюд, включая первые, вторые, завтраки, обеды и полдники. Ещё был вечерний чай.
Дальше располагались каюты экипажа. У старшей была отдельная каюта, совмещённая с кабинетом, у остальных двухместные, с санузлом, душевой кабинкой, кровати двухъярусные, диван, два стула, столик для занятий.
От центрального блока ответвлялись тоннели числом восемь, заканчивались они полусферами разного размера и назначения. Была энергосфера, изолятор, где я развлекался с Васей, оранжерея, биосфера протеиновая, биосфера растений. Насосная станция, качающая воду из скважины, Тамбур для выхода наружу, регенерационная сфера.
За всем этим присматривал дежурный, как объяснила Катя, чтобы мы учились управлять станцией в случае отказа главного корабельного искусственного разума.
- А эти виртуальные пульты?поинтересовался я, - мы через них управляем компьютером? А если они не раскроются?
- Что не раскроется?
- Вот эти, виртуальные пульты? Здесь есть дублировка? Механические кнопки, рычаги?
- Когда не раскроются эти пульты, можно только одно: ждать спасателей, или спасаться самому.
Потому что это может произойти, если прекратилась подача энергии, то есть вышел из строя энергокомплекс. Тогда дублируй, не дублируй, результат один.
- Понятно, - глубокомысленно сказал я.
Обойдя все пульты и проверив, всё ли в порядке на станции, мы вернулись в кают-компанию.
Катя включила обзорный экран, который, казалось, повис посреди помещения. Создавалась иллюзия, что стена исчезла, и мы оказались снаружи.
Ребята раскапывали какое-то поселение. Каменные стены, сложенные из грубо отёсанных камней, кое-где с остатками штукатурки, были отрыты по пояс. Мальчишки наполняли носилки породой и куда-то относили её, девочки что-то расчищали кисточками и маленькими лопатками.
- Катя, объясни мне, что мы здесь делаем?попросил я. Катя посмотрела на меня, как на насекомое: - Пфы! Ты даже этого не знаешь! Заморыш, замухрышка, да ещё тупой, как пробка! Ну вот зачем ты ожил?! Может, нас отправили бы в какое-нибудь другое место, повеселее. Есть такие планеты!мечтательно закрыла она глаза.
- А всё же?шмыгнул я носом. Катя открыла глаза и непонимающе посмотрела на меня.
- Ты ещё здесь?состроила она гримасу отвращения. Катя помолчала и удостоила меня ответом:
- Здесь когда-то жили люди. Мы раскапываем их поселения, пытаемся понять, какая раса здесь проживала, почему погибла. Сейчас на планете, кроме нас, работают ещё четыре экспедиции. Когда полностью откопаем этот посёлок, соберём все данные, перейдём на участок, где должны быть кости ископаемых динозавров, или как их здесь называли. Разберёмся с прошлым, докажем, что здесь можно открывать станции терраформирования, постепенно специалисты превратят это уныние в цветущий сад, сюда приедут колонисты, потом настоящие люди будут приезжать на отдых. А нас отправят исследовать другие планеты.
- Почему ты думаешь, что, если бы я умер, вас бы отправили отсюда? Вы же ещё и половины не откопали?с недоумением спросил я.
- Вдруг бы посчитали это место опасным? Нас бы временно эвакуировали, сюда бы прислали следователей. Всем так надоело это унылое место! Ничего не нашли, одни черепки, как будто здесь никто не жил.
- Думаешь, вы бы попали на курорт?спросил я.
- Бывает, рассказывали, недалеко от моря, ветром выдувает скелеты, их можно расчищать машинами, такие они большие.
Здесь можно только вручную. Нас вообще посылают туда, где надо копать с осторожностью. Считают, что наших сил не хватит, чтобы что-то сломать необратимо.
- Долго практика будет длиться? Потом что, в школу?Катя кивнула:
- Да, уже через месяц в школу. На Луну46.Катя опять сморщилась, - В школе все считают дни, когда отправят на практику, на практике считают дни, когда она кончится. Все надеются на каникулы, на отдых на нормальной планете, где можно ходить без скафандра. Говорят, есть такие планеты, где можно в море купаться голышом. Но это, наверно, сказки, или на таких планетах живут только настоящие люди
- Катя - я протянул руку и хотел утешить девочку, погладив её по плечу, как внезапно уткнулся лицом в стол. Катя заломила мне руку.
- Ну что ты делаешь?!взмолился я, пытаясь вырваться из захвата. Стало ещё больнее.
- Никогда не дотрагивайся ко мне!шипела Катя, - Руку сломаю, доходяга!
- Пусти, нужна ты мне, дикая кошка!девочка отпихнула меня, я не удержался, и упал на пол.
- Ещё бы чуть, сломала бы!жаловался я, потирая пострадавшую руку.
- Подожди, сейчас придут на обед ребята, я им скажу, что ты меня обижал.
- Я тебя обижал?!
- Конечно ты. Здесь же больше никого не было! Ты опасен для общества.
- Ты так шутишь, Катя?
- Какие шутки, Тоня, я тебя ненавижу, - тусклым голосом сказала Катя. Мне стало неуютно.
- Скажи, Катя, у вас за убийство не наказывают?
- За убийство наказывают, за несчастный случайнет.
- У вас несчастные случаи были?
- Был, с тобой. Жаль, неудачный.
- Может, удачный? Я ведь теперь совсем другой человек, - попытался оправдаться я.
- Какая разница, внешне-то ты не изменился!
- Тебе не нравится, как я выгляжу? Но это с возрастом пройдёт!
- Дурак ты, Тоник!Катя поднялась и ушла, где-то открылась и закрылась дверь каюты.
Я сидел на полу, и ничего не понимал.
С трудом поднявшись, я сел за стол, и, от нечего делать, осмотрел кают-компанию. Как и всё на станции, мебель здесь трансформировалась по желанию посетителей. Сейчас она выглядела, как стол в кают-компании парусного судна: один большой стол, во главе которого сидит капитан, за его спиной на стене висит штурвал, рында, старинные приборы, вроде подзорной трубы, компаса, сектанта, большие корабельные часы, разделённые на 24 деления. Тикают. На отдельной тумбочке стоит хронометр, на стенах развешаны карты доколумбовской эпохи, картина парусного судна. Наверное, фрегат, похож на «Палладу». Иллюминаторы здесь закрыты, вместо них ряд небольших, корабельных, в которых видно голубое небо с белыми облаками. Поглядев на облака, почувствовал небольшую тошноту, и понял, что пол покачивается.
Перевёл взгляд на экран, где ребята и девчата, в облегающих скафандрах, приобретших светло-салатный цвет, роются в развалинах. Причём заметил, что на девочкахрозовый поясок, а на мальчикахголубой. Иначе я перепутал бы их. Только, зачем их различать? Чтобы правильно распределить на работы?
Вполне возможно, гермошлемы зеркальные, защищают лица от слепящего солнца.
Интересно, почему Антон снял шлем? Не верю, что его до того достали, что он решил покончить жизнь самоубийством. Какая-то другая причина этому есть.
Давно хочу в туалет. Пробовал расстегнуть комбинезон, не получается. Звать Катю не хочу, снова получу на орехи, может и руку сломать. Какие здесь девочки агрессивные! Вот что я им сделал?! То Васька лупила мня, почём зря, теперь Катя. Катя мне понравилась сначала. Оказалосьдикая кошка!