Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
Куай-Гон заговорил с Леедом. — Принц, если Вы на самом деле хотите остаться на Сенали, то Вам бы следовало оговорить это решение с Вашим отцом.
Леед решительно покачал головой. — Ничто не заставит меня вернуться. Он не отпустит меня. Это может закончится даже моим пленением. И, прошу Вас, не зовите меня принцем. — Он улыбнулся Дренне. — На Сенали мы не придаем значения титулам.
— Вы поедете, если мы дадим Вам слово, что не позволим Вашему отцу принуждать Вас? — спросил Куай-Гон.
— Не то, чтобы я не верил в могущество великих джедаев, — медленно проговорил Леед. — Я никак не хочу вас обидеть. Но мой отец способен на подлости, которых вы не знаете. Есть вещи, от которых вы не сможете меня защитить.
— Это не правда! — возразил Тароон.
— Если Вы и правда так считаете, то у нас возникает некая сложность, — ответил Куай-Гон Лееду. Его голос звучал дружественно, но твердо. — Вы не хотите возвращаться на Рутан. А мы вряд ли покинем Сенали без Вас.
Леед уверенно выдерживал взгляд джедая. Никто из них не шелохнулся. ОбиВан смотрел то на одного то на другого. В глазах обоих он видел непоколебимую решимость. Куай-Гон был столь сильной личностью, что, казалось, почти невозможным пойти против его воли.
И все же он, Оби-Ван, сделал это однажды.
На Медила-Даане они с учителем разошлись во мнениях. Их пути также разошлись. Оби-Ван всем сердцем верил, что был прав. Но потом он осознал, что его ослепило дело, которое не было его.
Но как было с Леедом? Он большую часть своего детства провел на Сенали. Он здесь вырос. Оби-Ван хорошо понимал его желание. Было очевидно, что он любил своего брата. Но так же ясно было и то, что его связь со своей приемной сестрой не менее крепка.
Тут, с неожиданностью, напоминающую Оби-Вану перепады в настроении отца Лееда, принц разрядил напряжение теплой улыбкой. Он пожал плечами. — Теперь вы мои гости, так что давайте я отведу вас в мой дом.
Леед повел их по болотистому лабиринту заросших троп. Он легко передвигался по утопающим камням, не видимым для остальных. Они быстро добрались до твердой земли. Воздух был тяжелым. Везде жужжали разноцветные летающие твари.
Наконец они выбрались по скале далеко над берегом. Эти скалы были похожи на те, что они только что покинули. Только море здесь казалось нежнее, а изогнутая линия берега сформировала естественную гавань. Вдалеке виднелась цепь островов. Они спустились на пляж, где Леед и Дренна убрали в сторону несколько гигантских пальмовых листьев, под которыми пряталась лодка.
Не отдаляясь особо от берега, они поскользили на этой лодке по спокойной гладе моря до лагуны, окруженной крохотными островками. Недалеко от суши, на плавающей платформе, стояла хижина из трех деревьев и сплетенных трав. Леед прицепил лодку к платформе, и они вышли.
— Клан Нали-Ерун живет на дальнем острове, — сказал Леед, показывая на густо заросший, зеленый остров в нескольких километрах. — Они присмотривают за мной.
— Все сеналийцы присматривают друг за другом, — добавила Дренна.
— Почему Вы скрываетесь в такой дали, Леед? — спросил Куай-Гон. — Вы боитесь, что могущество Вашего отца простирается так далеко?
Леед кивнул, присаживаясь на корточки и вытягивая из воды рыболовную веревку. — Я часто говорил со своим отцом. Я периодически контактировал его и Тароона тоже. Однако после того, как я сказал ему о моем решении, он прекратил общение. Он не желал меня слушать. Говорил, что Меенон на меня влияет. Почему я должен с ним говорить, если его так ранит услышать глубочайшее желание моего сердца?
Куай-Гон присел рядом с Леедом на причал, чтобы их глаза были на одном уровне. Мастер помог ему с веревкой.
— Потому что он Ваш отец, — ответил он. — И он боится, что теряет своего сына. Леед замер.