Всего за 119 руб. Купить полную версию
– По данным Канариса, в портах Исландии и у берегов Англии скопилось более сотни судов, ждущих своей очереди отправки в Россию. Каждый караван судов, беспрепятственно прошедший в Россию, – это живительная инъекция колоссу, которого я уже поверг к стопам рейха. Я больше не могу мириться с этими конвоями, – распаляясь, закричал Гитлер. – Слышите, Редер, не могу! Но я не могу допустить того, чтобы из-за каких-то паршивых судов с десятком танков на них потерять флот и остаться перед англичанами с голыми руками. Адмирал, вы гарантируете безопасность линкоров в предстоящей операции?
– Мой фюрер! – ответил Редер, поднимаясь. – Поскольку Германия не располагает авианосцами, любой выход флота в море из норвежских баз не безопасен.
– Это я знаю не хуже вас, адмирал! – резко прервал Редера Гитлер. – Какие ваши предложения?
– Флот выполнит поставленную вами задачу, если наши ВВС, – Редер склонил голову в сторону Геринга, – смогут с абсолютной уверенностью установить местонахождение сил противника и окажутся способными нейтрализовать все находящиеся поблизости авианосцы.
Гитлер знал о серьезных разногласиях между штабами ВВС и ВМС, но ничего поделать с этим не мог, и это уже не раз доводило его до бешенства. И сейчас, видя несогласованность двух высших чинов рейха, он пришел в исступление, долго кричал на обоих, топал ногами, обвиняя в предательстве общих интересов рейха, и только после получаса настоящей истерии, немного успокоясь, спросил рейхсмаршала:
– Геринг! А вы в состоянии выполнить мой приказ?
Геринг, напуганный истерией Гитлера, решил словчить и тут же пообещал фюреру и Редеру, что 5-я воздушная армия будет решать задачи воздушной разведки в интересах ВМС, добавив при этом, что задача будет выполнена не в ущерб действиям бомбардировочной авиации, так хорошо показавшей себя при атаке предыдущих конвоев. Далее, пытаясь перехватить пальму первенства и успокоить взбешенного Гитлера, Геринг заявил, что штабом ВВС уже разработана крупная операция по разгрому конвоя под кодовым названием "Вайсе нахт". Для участия в операции привлекаются, и тут Геринг, хорошо зная феноменальное умение Гитлера запоминать десятки цифр и названий и ценить тех, кто так же на память мог "жонглировать" цифрами, перечислил все то, что есть на севере Норвегии. Успокоенный Гитлер внимательно выслушал поток цифр, удовлетворенно поддакнув Герингу, тем самым, утверждая план предстоящей операции. Напоследок задав еще несколько вопросов Редеру и Герингу и убедившись, что их ответы не расходятся с его желанием разгромить конвой, довольный Гитлер отпустил своих подчиненных.
…В штабы частей и соединений ВВС и ВМС полетели уточняющие распоряжения.
Атлантика – Норвежское море, 20-29 мая.
Конвой PQ-16 вышел из портов Исландии 20 мая. В его составе было 35 судов, и по количеству он был самым большим из всех, отправленных до этого в порты России. Шел в составе конвоя и советский теплоход "Старый большевик".
Через пять дней относительно спокойному плаванию пришел конец – фашистское командование начало операцию "Вайсе нахт".
Фашистские самолеты появились неожиданно. Соскользнув к морю, они снизились до уровня корабельных мостиков, и казалось, что не летят, а ползут по воде, как стая волков. Это были "хейнкели", срочно переоборудованные в торпедоносцы, – торпеды, подвешенные под фюзеляжем, напоминали поплавки гидросамолетов. Разделившись на две группы, они начали атаку каравана. Одна группа атаковала с бортов, другая заходила с носовых курсовых углов, пытаясь сбить суда с курса и нарушить систему оборонительного огня.
Эскорт каравана и суда опоясались вспышками залпов. Капитан "Старого большевика" И. И. Афанасьев, стоя на мостике, мельком заметил, как на соседнем американском транспорте моряки, сорвав с танков на палубе чехлы, начали палить из башенных пушек. "Молодцы, – подумал он, – надо и нам такое применить. Может быть, эффект от этого будет и небольшой, но страху нагнать можно".
Вот самолеты один за другим начали сбрасывать торпеды, сбрасывать издалека, поскольку адский огонь со всех кораблей и судов испугал летчиков и заставил их спешить. Торпеды, тяжко плюхнувшись в воду, зарывались носами, пока приборы не выводили их на заданный курс, и устремлялись к судам. Их бурный след был виден издалека, и многие суда и корабли охранения переносили огонь на них, стараясь сбить с курса или потопить.
От пуль, снарядов и бомб кипела вода. Нарушая строй, суда шарахались в стороны, сближаясь до опасной близости. Рикошетируя от воды, пули и осколки свистели на палубе и мостике. Одна из торпед, в конце концов, нашла свою жертву. Врезавшись в бок идущего напротив "Старого большевика" "американца", она взорвалась в котельной. За первым взрывом последовал второй, еще более сильный, вспучивший палубу, от чего танки, из которых только что вели огонь американские моряки, как детские игрушки, посыпались в воду. Транспорт сразу осел, словно натолкнувшись на стену, и через минуту-другую, накренившись, стал погружаться. Вот уже на нескольких судах вспыхнули пожары, густые дымы их напоминали дымовые шашки.
Если первый день для теплохода обошелся удачно, то на второй день, уклонившись от нескольких торпед, он не успел уклониться от бомб, сброшенных пикирующим бомбардировщиком. Одна из них разорвалась на палубе, вызвав большой пожар, другая – в машинном отделении, порвав трубопроводы и ранив несколько человек. Теплоход встал, окутанный дымом и паром, а мимо него, уходя вдаль, проходили суда каравана. Вскоре к судну подошел небольшой тральщик из эскорта и предложил морякам покинуть судно, чтобы в соответствии с английской инструкцией потопить поверженный теплоход. Капитан "Старого большевика" И. И. Афанасьев отказался.
Конвой ушел, бросил на произвол судьбы горящее судно, людей, грузы. Сутки экипаж "Старого большевика" боролся с пожарами и устранял повреждения. А через сутки догнал караван. И вновь в составе конвоя ему пришлось отражать атаки вражеских самолетов, сбив при этом один бомбардировщик.
28 и 29 мая количество самолетов заметно уменьшилось, а на подходе к советской зоне ответственности за конвой моряки вздохнули облегченно.
Заполярье, 30 мая.
Этот день стал завершающим днем борьбы за конвой PQ-16. На воде, в воздухе и на суше развернулось крупное сражение, охватившее обширный район. Первыми в это сражение вступили летчики 36-й авиационной дивизии АДД. Ранним солнечным утром лучшие экипажи 455-го и 42-го полков вылетели на задание. Оно было необычным для них, действовавших до этого на сухопутных фронтах. Необходимо было сразу же после взлета на бреющем полете уйти над морем на север от Норвегии, а через два часа развернуться влево и с южным курсом выйти к берегу, найти и нанести удар по аэродрому Лаксельвен, на котором скопилось много вражеских самолетов, атакующих конвой. Первую группу дальних бомбардировщиков возглавил майор Головатенко. В боевом порядке летели опытнейшие летчики Вячеслав Кибардин, Иван Федоров, Николай Белоусов и другие. Немцы не ждали удара, и аэродром не был прикрыт зенитной авиацией. И как только внизу показались стоянки, забитые готовящимися к вылету бомбардировщиками, вниз посыпались бомбы. Удар двух полков превзошел все ожидания. По данным разведки в этот день на аэродроме Лаксельвен было уничтожено 60 самолетов, убито и ранено большое количество летно-технического состава.
Озлобленное неудачами в борьбе за конвой фашистское командование бросило в тот день в бой не только авиацию, но и подводные лодки, торпедные катера.
К середине дня, как только конвой оказался на траверзе Мурманска, над караваном появились 45 "юнкерсов" в сопровождении "мессершмиттов". В бой вступил полк истребителей, возглавляемый подполковником Сафоновым. Один за другим фашисты теряли свои самолеты, но нанести существенный ущерб конвою и охраняющим его судам не могли.
В этот день истребители Бориса Сафонова сбили 10 самолетов, два из которых поджег командир полка. Перед завершением воздушного боя на КП полка приняли еще одну радиограмму Сафонова: "Подбил третьего стервятника, сдает мотор…". Это была последняя радиограмма. Одновременно с атакой "юнкерсов" на конвой ринулись и торпедные катера. Команде теплохода "Старый большевик" пришлось пустить в ход все оружие, в том числе и пушки стоявших на палубе танков. Шестьдесят вторая атака противника за пятые сутки была отбита. Теплоход в целости и сохранности доставил весь груз в порт назначения. Английское адмиралтейство объявило благодарность команде теплохода.
Вместо эпилога
Результаты операции "Вайсе нахт" оказались плачевными для фашистского командования. Совершив более 250 самолето-вылетов бомбардировщиков, торпедоносцев, противник потопил пять судов, один тральщик и повредил три транспорта. В сражении за конвой в период с 20 по 30 мая потеряно на земле и в воздухе 76 самолетов, одна подводная лодка и два катера. Наши потери в три раза меньше. В бою погиб Герой Советского Союза Б. Сафонов. Подвиги моряков, летчиков и всех тех, кто принимал участие в битве за конвой, по достоинству оценены Советским правительством. Теплоход "Старый большевик" награжден орденом Ленина, а три члена его экипажа – капитан И. И. Афанасьев, первый помощник капитана М. П. Петровский и рулевой Б. И. Аказенок – получили Золотые Звезды Героев.
Посмертно второй Золотой Звездой награжден подполковник Б. Сафонов.
…Так закончилась проводка конвоя PQ-16, доставившего в северные порты нашей страны оружие и боевую технику.
Пять дней из двухсот
