Роулинг Джоанн кэтлин - Гарри Поттер и Кубок Огня

Книга, покорившая мир, эталон литературы, синоним успеха. Книга, ставшая культовой уже для нескольких поколений. "Гарри Поттер и Кубок Огня" - история продолжается.

Для среднего школьного возраста.

Содержание:

• Глава первая. Дом Реддлей 1

• Глава вторая. Шрам 3

• Глава третья. Приглашение 5

• Глава четвёртая. Возвращение в "Гнездо" 6

• Глава пятая. "Удивительные ультрафокусы Уизли" 8

• Глава шестая. Портшлюс 10

• Глава седьмая. Шульман и Сгорбс 12

• Глава восьмая. Кубок мира 15

• Глава девятая. Смертный Знак 18

• Глава десятая. Переполох в министерстве 23

• Глава одиннадцатая. В "Хогварц-экспрессе" 24

• Глава двенадцатая. Тремудрый Турнир 26

• Глава тринадцатая. Шизоглаз Хмури 29

• Глава четырнадцатая. Непростительные проклятия 32

• Глава пятнадцатая. "Бэльстэк" и "Дурмштранг" 35

• Глава шестнадцатая. Кубок Огня 38

• Глава семнадцатая. Четыре чемпиона 41

• Глава восемнадцатая. Взвешивание палочек 43

• Глава девятнадцатая. Венгерский хвосторог 47

• Глава двадцатая. Первое испытание 51

• Глава двадцать первая. "Купи Адежду Колдовским Народам-Изгоям" 55

• Глава двадцать вторая. Неожиданное испытание 58

• Глава двадцать третья. Рождественский бал 61

• Глава двадцать четвёртая. Сенсация Риты Вритер 65

• Глава двадцать пятая. Глаз и яйцо 69

• Глава двадцать шестая. Второе испытание 72

• Глава двадцать седьмая. Возвращение Мягколапа 77

• Глава двадцать восьмая. Безумие мистера Сгорбса 81

• Глава двадцать девятая. Сон 85

• Глава тридцатая. Дубльдум 87

• Глава тридцать первая. Третье испытание 91

• Глава тридцать вторая. Плоть, кровь и кость 95

• Глава тридцать третья. Упивающиеся Смертью 97

• Глава тридцать четвёртая. Приори инкантатем 99

• Глава тридцать пятая. Признавалиум 101

• Глава тридцать шестая. Пути расходятся 104

• Глава тридцать седьмая. Начало 107

Дж.К. Роулинг
Гарри Поттер и Кубок Огня
(в переводе Марии Спивак)

Посвящается Питеру Роулингу, памяти мистера Ридли, а также Сьюзен Слэдден, которые помогли Гарри выбраться из чулана

Глава первая. Дом Реддлей

В деревне Малый Висельтон этот особняк по старинке называли "домом Реддлей", хотя семья Реддлей давно уже здесь не жила. Особняк высился на холме над деревней. Окна тут и там были заколочены, с крыши постепенно осыпалась черепица, а по фасаду буйно и беспрепятственно расползался плющ. Когда-то прекрасный, всё в округе затмевавший величием, дом Реддлей стоял теперь замшелый, заброшенный и необитаемый.

Малые висельтонцы сходились во мнении, что старый дом - "жуть, да и только". Полвека назад в нём случилось нечто странное и ужасное, нечто такое, о чём старожилы до сих пор любили посудачить, когда иссякали другие темы для сплетен. От бесконечных пересказов история обросла цветистыми подробностями, и никто уже не знал, где правда, а где нет, но все версии начинались одинаково: с прекрасного летнего утра пятьдесят лет назад, когда солидный дом Реддлей ещё блистал своей лощёной красотой. В тот день на рассвете служанка вошла в гостиную и обнаружила всех троих обитателей дома мёртвыми.

Служанка заголосила и помчалась с холма, поднимая деревню:

- Лежат! Холодные как лёд! А глаза-то открытые! Как были - в вечерней одёже!

Вызвали полицию. В Малом Висельтоне бурлило потрясённое любопытство и плохо скрываемое возбуждение. Никто особо и не пытался притвориться, что жалеет Реддлей - их не любили. Эти богачи, старый мистер Реддль с женой, только и умели, что нос задирать да на всех гавкать, а их взрослый сын Том и подавно. Жителей деревни волновало одно: кто убийца? Ясно же, что три вроде бы вполне здоровых человека не могут дружно помереть своею смертью в одну ночь.

В тот вечер в "Висельчаке", деревенском пабе, не успевали принимать заказы; народ пришёл обсуждать убийство. И люди не пожалели, что покинули родные очаги: явилась кухарка Реддлей и драматически объявила притихшему собранию, что арестовали Фрэнка Брайса.

- Фрэнка?! - вскричало сразу несколько человек. - Не может быть!

Фрэнк Брайс работал у Реддлей садовником и жил при особняке в полуразвалившемся домике. Он, как вернулся после войны с искалеченной ногой и огромной неприязнью к шуму и толпам, так и поступил к Реддлям.

Кухарку поспешили угостить стаканчиком, ибо жаждали услышать подробности.

- А я всегда говорила, дурковатый он! - сообщила она напряжённо внимающей толпе после четвёртого хереса. - Смурной какой-то вечно. Я ж к нему и с чайком, итак и этак, посидим-де, потолкуем, а он - бирюк бирюком!

- Бросьте, - вмешалась женщина у стойки, - как-никак человек прошёл войну. Фрэнк любит покой. С какой стати...

- А у кого ж ещё был ключ от задней двери? - бухнула кухарка. - Сколько себя помню, всегда у садовника запасной ключ висел! Дверь-то не взломана! Окна не разбиты! Фрэнку всего-то и надо было, пробраться в большой дом, пока все спят...

Народ мрачно переглянулся.

- Мне он никогда не нравился, вот хоть режь, - проворчал мужик у стойки.

- Это он на войне сделался такой странный, - сказал хозяин заведения.

- Помнишь, я же говорила, что Фрэнку под горячую руку не попадайся, помнишь, Дот? - жарко заговорила женщина в углу.

- Ужасный характер, - рьяно закивала Дот. - Помню, когда он был ещё пацанёнком...

К утру никто уж и не сомневался, что Реддлей прикончил Фрэнк Брайс.

Однако неподалёку, в соседнем городке Большой Висельтон, в сумрачном и грязном полицейском участке Фрэнк упрямо твердил, что не виноват, а возле дома в день убийства видел разве только незнакомого паренька, бледного и темноволосого. Больше никто в деревне никакого паренька не приметил, и в полиции были уверены, что Фрэнк его выдумал.

Над головой бедного Фрэнка сгустились тучи, но тут прибыл рапорт о вскрытии - и ситуация совершенно переменилась.

Полицейским никогда ещё не попадался рапорт необычнее. Патологоанатомы всесторонне исследовали тела и пришли к заключению, что ни один из Реддлей не был отравлен, зарезан, застрелен, задушен, не задохнулся сам и (насколько можно судить) вообще не пострадал. Собственно говоря, сообщалось в рапорте с явным изумлением, все Реддли отменно здоровы - правда, мертвы. Доктора, впрочем, не преминули указать (как бы пытаясь отыскать хоть что-нибудь несообразное), что на лицах у покойных застыло выражение смертельного ужаса - но слыхано ли, разочарованно заметили полицейские, чтобы людей, троих разом, взяли и запугали до смерти?

Поскольку доказательств, что Реддлей убили, не нашлось, Фрэнка отпустили. Реддлей похоронили при маловисельтонской церкви, и одно время их могилы сильно привлекали любопытных. Фрэнк Брайс, ко всеобщему удивлению и несмотря на косые взгляды, вернулся в свой домик в поместье Реддлей.

- А я вам говорю, это он их порешил, и мало ли чего там считает полиция, - заявила Дот в "Висельчаке". - Была б у него совесть, он бы здесь не остался, коль уж мы все знаем, что он убийца.

Но Фрэнк не уехал. Он остался и ухаживал за садом для следующего семейства, поселившегося в доме Реддлей, а потом и для следующего - долго в особняке никто не задерживался. Из-за Фрэнка или ещё почему всякий новый владелец объявлял атмосферу в доме неприятной, и так, в отсутствие обитателей, особняк приходил в упадок.

Нынешний состоятельный владелец не жил в доме Реддлей и вообще им не пользовался; в деревне говорили, что он купил дом "по налоговым соображениям", но не умели толком объяснить, что это значит. Состоятельный владелец тем не менее продолжал платить Фрэнку за садовничество. Фрэнк готовился отметить своё семидесятисемилетие. Он почти оглох, хромал сильнее прежнего, но в хорошую погоду исправно тыкал совком в клумбы, хотя сорняки уже грозили прорасти сквозь него самого.

Фрэнку приходилось сражаться не только с сорняками. Деревенские мальчишки взяли дурную манеру бросаться камнями в окна особняка. Они гоняли на велосипедах прямо по газонам, за которыми Фрэнк так старательно ухаживал. Пару раз хулиганы вломились в старый дом на слабó.