Конечно, мне интересно твое мнение. Кстати, у меня к тебе есть просьба.
Все, что угодно.
Послезавтра будет торжественный вечер в честь двадцатилетия одной крупной компании, с которой хочет сотрудничать отец. Отец сказал, что сам приедет на несколько дней позже, когда будет заключаться договор, но для формирования хороших отношений я должен туда обязательно прийти в качестве его представителя. Я и прилетел раньше из-за этого.
И чем я могу тебе помочь?
Ты не могла бы составить мне компанию?
Но я ничего не понимаю в деловых разговорах.
Вечер будет не совсем деловым, и отец хочет, чтобы я был в паре. И потом я совсем не знаю русского языка, и ты бы мне очень помогла.
Я не знаю.
Пожалуйста. Твоя мама сказала, что ты с удовольствием пойдешь.
Рада расхохоталась. Теперь понятно, откуда растут ноги у этой истории. Почтенный мистер Томас Гарди тоже включился в эту интригу?! «Да уж, подумала она. Прав был Денис, когда сказал, что все это не просто так. Видимо, мама решила, что если провести атаку в стиле блицкриг 41-го года, то враг будет взят. Все-таки, она прирожденный стратег».
На Раду удивленно смотрели две пары глаз: Эндрю и Антона. Англичанин никак не мог понять, чем вызвал такой взрыв хохота, Тоха подозрительно взирал на девушку через зеркало заднего вида.
Я сказал что-то смешное?
Нет, Эндрю, прости, восстанавливая дыхание, отозвалась она. Просто не знала, что в этом замешана моя мать.
Что это значит?
Я тебе попозже расскажу. Это долгая история.
Хорошо. Так ты пойдешь со мной на этот вечер?
Да, Эндрю. Тебе невозможно отказать.
Я ведь не нарушил твои планы?
В пятницу у меня только литература и английский.
О, думаю, ты в нем не очень нуждаешься. У тебя прекрасный английский!
Спасибо. Я вот тоже думаю, что мой английский не пострадает, если я пропущу один урок.
«Зато, может, немного пострадает преподаватель», подумала Рада.
Извини, что я спрашиваю такие вещи, но Эндрю замялся.
Что?
Это официальный вечер, и там должна быть соответствующая форма одежды.
Об этом я не подумала
Тебе есть что надеть?
Найду что-нибудь, не переживай.
Видишь ли, Тамара передала тебе свою кредитную карточку и еще какие-то пакеты.
Хорошо.
Спасибо, Рада.
Эндрю взял ее ладонь в свои теплые пальцы и коснулся губами ее руки.
Ты такой галантный, она улыбнулась, мстительно отметив в водительском зеркале хмурую физиономию Тохи. Эндрю перехватил ее взгляд и заговорщически подмигнул.
Думаю, мы весело проведем время, прошептал он.
О, не сомневайся! Со мной скучно не бывает, кивнула Рада.
«Наконец-то хоть один нормальный парень за последнее время. Пусть и не выйдет из него настоящего жениха, зато можно будет отлично потрепать нервы всяким вредным личностям», думала она, глядя на пролетающие мимо витрины и вывески.
До дома они добрались довольно быстро. Антон выгрузил чемоданы Эндрю, скомкано с ним попрощался, и, даже не взглянув на Раду, пошел ставить машину в гараж.
Он жил в том же доме, что и семья Панфиловых, только в другом подъезде. В детстве Денис с Тохой сдружились, носились вместе по двору, строили шалаши, играли в казаки-разбойники и скоро стали не разлей вода. Антон жил с матерью, с которой отношения у него не сложились: он никак не мог простить ей развода с отцом. Дачи у них не было, поэтому его его мама с радостью отпускала сына на каникулы к Панфиловым в Малаховку. С тех пор каждое лето Тоха проводил на даче с лучшим другом и его сестрой. Да и в Москве частенько у них засиживался, с другом Денису было интереснее, чем с сестрой. Ребята даже решили поступить в один институт. И со временем Рада привыкла готовить на троих, зная, что в любой момент в квартире может материализоваться голодный Тоха. Антон периодически приносил большие сумки с продуктами и всегда в отличие от Дениса покупал что-нибудь для Рады: шоколадку, йогурты, фрукты. И она встречала его по детской привычке вопросом: «А что ты принес вкусненького?»
После страстной влюбленности в Антона и его решительного отказа, Рада с трудом пережила школьный выпускной и улетела в Лондон к матери. Там ее ждала буря новых впечатлений и знакомств, чувства утихли. Следующей весной, вернувшись в Москву, она обнаружила, что спокойно реагирует на свой бывший предмет обожания, снова относится к нему, как к брату, и жизнь потекла своим чередом.
Рада провела Эндрю в комнату и выдала ему чистое полотенце.
Ужин будет готов через час. Можешь пока принять душ, отдохнуть, в холодильнике есть сок, фрукты, пиво. Если захочешь поспать, я сложила твое постельное белье на диван.
Спасибо, я, наверное, подожду до вечера.
Хорошо. Если чтоя на кухне или в своей комнате. Да, вот эта комната, напротив, моя, а в коридоре дверь в комнату Дениса. Он сегодня будет поздно, но не пугайся, если ночью натолкнешься на него в кухне.
Думаю, ночью я буду спать, улыбнулся Эндрю.
Ладно, чувствуй себя как дома.
Она переоделась в домашнее и отправилась готовить ужин. В голове роились мысли, встреча с Романовым выбила ее из колеи. Казалось, она действует и разговаривает на автопилоте. А внутри нее царил полнейший хаос. Теперь, оказавшись наедине с собой, Рада достала курицу из холодильника, подставила тушку под холодную воду и прикрыла глаза.
Романов. Что он чувствует? Что думает? Вспоминает сейчас о ней? Может, он просто поддался минутному порыву. Да и был ли этот порыв? Или она снова все придумала себе сама Ведь даже из одного поцелуя ничего не следует, а тут и поцелуя-то не было. Почему же тогда так тянет в груди, и хочется кричать, кричать, кричать, пока все не встанет на свои места?
Она положила курицу на доску, достала специи и стала натирать мясо. Антон ведь сказал, что Романов по-особенному смотрел на нее. Значит, что-то все-таки было. Иначе зачем ему было снимать очки? Ох, Антон, ну почему ты пришел так не вовремя! Неужели, наконец-то, она встретила Того Самого, Мужчину своей мечты?
Рада засунула приправленную курицу в духовку и поставила вариться рис. Все это она делала машинально, как-никак два с лишним года жизни с вечно голодным братом и его товарищем. Кулинарные тонкости ей пришлось осваивать самостоятельно, причем с самого детства, потому что все мамины упражнения на кухне, как правило, заканчивались редкостной дрянью. Тамара Игоревна увлекалась разными диетами, модными системами питания, изысканными рецептами «от лучших шеф-поваров мира». От этого больше всего доставалось Раде и Денису, потому как на ужин им частенько приходилось лицезреть в своих тарелках какую-то загадочную вареную курицу с апельсинами. Поэтому они приспособились чистить картошку, варить сосиски и делать прочие мещанские блюда, наслаждаясь мамиными кулинарными шедеврами только по особо крупным праздникам. Хорошо еще, что у второго мужа Тамары Игоревны, хирурга Скобельникова, была домработница.
Рада вынула из холодильника свежие овощи, помыла, и приготовилась было готовить салат, как раздался телефонный звонок. Она торопливо вытерла руку о фартук и взяла трубку. Мелодичный высокий голос на том конце мог принадлежать только одному человеку.
Да, мам, привет, устало сказала Рада и подумала: «Сейчас начнется». И в этом она была абсолютно права.
Радушка, солнышко, здравствуй, мурлыкала Татьяна Игоревна. Вы встретили Эндрю?
Да, мам.
Он хорошо долетел? Ты хорошо разместила его?
Да, мам. Вот сейчас готовлю ужин.
Умничка! Ты просто молодец!
Рада вздохнула, перенесла трубку к другому уху, зажала ее плечом и стала нарезать помидоры.
Солнышко, Эндрю уже поговорил с тобой о вечере?
Да, мам.
Я надеюсь, ты ему не отказала? Это ведь не только для него или для меня, это в первую очередь для Тома, ты же знаешь, как хорошо он к тебе относится, хотя бы ради этого
Мам, я пойду.
Пойдешь? Вот, умничка. Я знала, что ты согласишься, но зная твой вкус, решила тебе немного помочь в подготовке к вечеру.
Какой подготовке?
Как какой? Нужно посетить салон, сделать прическу, маникюр, макияж, ты же будешь представлять компанию Тома.
Мам, перестань, я и сама могу прилично заколоть волосы!
Ничего подобного. В общем, я предвидела эти трудности и записала тебя в «Ля Фамм» на Покровке. Послезавтра к одиннадцати подъедешь. Я назвала им весь список процедур, ты только дай кредитку, которую тебе привез Эндрю. Они все сделают за тебя, это отличный салон!
Ну, мам! Я терпеть не могу все эти парикмахерские!
Ничего, потерпишь. Нельзя же все время думать только о себе.
Рада закатила глаза. Если мать села на своего конька, препираться с ней бесполезно.
Теперь об одежде, продолжила Тамара Игоревна.
Мам, я разберусь как-нибудь!
Я все сделала за тебя, Эндрю отдал тебе пакеты?
Нет еще.
Я прислала тебе платье с жакетом и еще колье с серьгами, а туфли наденешь те, что мы с тобой летом купили. Черные.
Мам, я не могу ходить на каблуках.
Все могут, а она не может!
Ты же знаешь, что не могу! Хочешь, чтобы я упала прямо посреди этого банкета?
Никуда ты не упадешь! Тем более, ты сопровождаешь Эндрю и будешь все время держать его под руку.
Мы едва знакомы с ним!
Ничего, познакомитесь. Сколько можно капризничать, Рада, ты не маленькая девочка, можно же хоть один вечер вести себя как настоящая женщина!
Это как? Ходить, раскачивая задом, и посылать всем томные взгляды?
Перестань ерничать! Сделаешь, что я сказала.
Рада вздохнула. Пересыпала нарезанные помидоры в салатную миску и взяла огурец.
Да, мам.
И последнее.
Что? спросила Рада бесцветным голосом, зная мамину традицию оставлять напоследок самое неприятное.
В тех пакетах, которые тебе даст Эндрю, есть грация.
Что?!
Специальное утягивающее белье.
Я задохнусь!
Ничего, меньше съешь за ужином.
Мама!
И не забудь: в пятницу в одиннадцать ты записана в «Ля Фамм». Адрес я скину тебе на телефон. И не опаздывай, пожалуйста.
Да, мам.
Все, солнышко, мне пора бежать, целую тебя, Дениске привет.
Пока, мам, сказала Рада и отсоединилась.
Глава 7
Рада села на диван и с сомнением посмотрела на то, что лежало перед ней. Грация казалась размера на два меньше, чем она сама. Если прическа пойдет коту под хвост, пока она будет залезать в это, пускай мама пеняет только на себя. В конце концов, это была ее идея сначала отправить Раду в салон красоты, а одежду оставить на потом.
Нет, в салоне было очень ничего. Ей сделали приятный массаж с душистыми маслами, наложили маску, которая тут же окаменела, и Рада уж было подумала, что ее по ошибке обмазали гипсом. Потом натерли какой-то серо-зеленой жижой, якобы это были японские водоросли, и завершила курс процедур ванна Клеопатры.
После ванны девушка расслабилась и вполне благосклонно перенесла восковую депиляцию и прочие мучения. А в кресле парикмахера на нее напала такая апатия, что ей стало абсолютно наплевать на то, что с ней делают. Она даже испытала какое-то мстительное удовольствие от того, что так щедро опустошает мамину кредитку. Потому что стоили все эти мероприятия, очевидно, целого состояния. И не зря.
Когда молодой мастер-визажист повернул Раду к зеркалу, она не узнала себя. Из огромного блестящего зазеркалья на нее глядела свежая и изысканная умопомрачительная девушка, похожая на Одри Хепберн. Ей сделали длинные ресницы, модные стрелки и аккуратную гладкую высокую прическу. Мама была права: сама бы она так не справилась. Эх, ну почему она идет именно с Эндрю? Такой ее сейчас должен видеть Романов, и тогда
До дома она заказала такси: не шлепать же по улице с вечерней прической. Да и прическе предстояло дожить до вечера.
Теперь же Рада размышляла о том, влезет она в это изобретение текстильной индустрии или лучше даже не пытаться. Она вздохнула, развязала халат и стала натягивать узкую вещицу. До середины бедер грация налезла без особых проблем, а потом на ум пришли пассатижи. Она выдохнула, изо всех сил втянула живот и стала рывками натягивать злополучную тряпку, немного подпрыгивая от усилия в такт рывкам. Натянув белье, Рада облегченно выдохнула, продела руки в бретельки, поправила грудь, которая в тесной грации была сжата так сильно, что появилась даже соблазнительная ложбинка.
Наконец, она удовлетворенно оглядела свое отражение в зеркале. Талия, плоский животик А что, неплохо. Дышать, конечно, неудобно, сгибаться тоже, ну да она и не собирается сгибаться на этом приеме. Надела черное атласное платье до колен и белый жакет. Нитка жемчуга, жемчужные сережки, и можно было отправляться прямиком на конкурс двойников Одри. Рада и сама не подозревала, что может выглядеть так элегантно с использованием женских хитростей, которые всегда презирала.
Ну что ж, элегантностьэто хорошо. Главноене упасть в грязь лицом, как она это частенько делает. Она влезла в туфли, напомнив себе сводную сестру Золушки, так было неудобно ногам. Стопу словно сжало тисками, и мышцу скрутила судорога. Рада стиснула зубы и немного помяла несчастную конечность. Вроде, отпустило. Ладно, что уж теперь. Сама полезла в эту авантюру, самой терпеть и расхлебывать. Как там говорили пингвины из мультика? «Улыбаемся и машем, улыбаемся и машем» Вот-вот. Рада вздохнула, взяла маленькую сумочку и вышла из комнаты.
В гостиной, где теперь обитал английский гость, сидели Денис, Тоха и сам Эндрю. Девушка вскинула голову, гордо сделала два шага в их сторону, а затем ненавязчиво облокотилась на комод, равновесие на шпильках держать не удавалось. В награду она получила три удивленных взгляда.
Эндрю первым пришел в себя.
Ты восхитительна! Роскошно выглядишь!
Рада улыбнулась и неопределенно махнула рукой. Мол, ты мне льстишь, но я-то знаю, что в твоих словах есть доля правды.
Эндрю, надо сказать, тоже выглядел неплохо. Волосы, обычно взлохмаченные, были аккуратно причесаны, щеки гладко выбриты, а стройное тело облачено в ослепительно белую рубашку, черный костюм и модный узкий галстук. В нем сложно было узнать вольного фотографа. Весь его вид демонстрировал преуспевающего наследника крупной корпорации. «То-то сейчас был бы доволен Том», подумала Рада. Она украдкой перевела взгляд на Антона. Тот уже справился с удивлением и теперь подчеркнуто безразлично разглядывал свое колено. Она презрительно хмыкнула и посмотрела на брата. Денис одобряюще кивнул.