Возможно, в самой жизненной силе есть что-то такое, что реагирует на этот луч и уничтожает жизнь, температуру, материю. Подумай, что это значит!
Она вздохнула и покачала головой.
- Извини, Сид, но я просто не могу тебя понять. Дэнжерфильда где-нибудь найдут. Может, в той комнате был тайный выход. Если здесь нашлись два, в той комнате должны быть другие. Работа тебя переутомила. Пойди домой и поспи чуть-чуть, пожалуйста.
Он угрюмо покачал головой.
- Я знаю, что вышел на верный след.
Она отодвинулась от него.
- Послушайся моего совета, Сид. Мне надо передать литобработчику по телефону репортаж, и еще написать несколько слезливых статей. Газета даст дополнительное место этому делу. Думаю, здесь больше ничего не будет.
Сид Родни смотрел, как она уходит.
Он пожал плечами и перевел взгляд на пустую клетку.
Его челюсть была выпячена вперед, губы сжаты в твердую прямую линию.
Капитан Гардер лежал на больничной койке, его усталое лицо вытянулось и поседело. Кожа казалась странно молочной, глаза покраснели. Но неукротимый дух по-прежнему поддерживал его.
Сид Родни сидел в ногах кровати и курил сигарету.
К левому уху капитана Гардера была пристегнута телефонная трубка. Линия была прямо соединена с правлением. Он передавал своим людям подробные приказы.
В перерывах он говорил с сыщиком.
Трубка затрещала металлическими шумами. Капитан Гардер прервал разговор, выслушал сообщение и хмыкнул.
Он повернулся к Сиду Родни.
- Они буквально ободрали ту комнату, где мы нашли пустую одежду, сказал он. - Там нет ни малейшего следа выхода. Только твердая сталь, покрытая асбестом, прямо на бетоне. Явно место для экспериментов…. О Господи, как замерзло мое плечо! Да, что-то еще.
Телефонная трубка опять пробурчала сообщение.
Глаза капитана Гардера едва не выскочили из орбит.
- Что? - закричал он.
Трубка продолжала бурчать.
- Ничего там не трогайте. Сделайте фотографии. Снимите отпечатки пальцев. Посмотрите, не остановились ли часы, и если остановились, то сообщите в котором часу.
Он вздохнул, отвернулся от микрофона и посмотрел на Сида Родни с чем-то похожим на панику во взгляде.
- Нашли одежду Артура Соломана, Банкира!
Сид Родни нахмурился.
- Одежду?
Полицейский вздохнул и слабо кивнул.
- Да, одежду.
- Где?
- За рулем машины Соломана. Машину занесло на тротуар. Одежда так сидит, как будто в ней кто-то был и исчез, растворился в воздухе. Ботинки зашнурованы. Одна нога, вернее, один пустой ботинок, находится на педали тормоза. Рукава пиджака свесились на руль. Воротник повязан галстуком… То же самое, что в случае с Дэнжерфильдом. Машину обнаружил полисмен и доложил. Команда, которая занимается делом Дэнжерфильда, сразу же выехала…
Трубка снова забормотала, и он умолк.
Он выслушал, нахмурился и хмыкнул.
- О'кей, проведите доскональный осмотр, - сказал он и опять повернулся к Сиду Родни.
- Часы остановились и пошли, только когда полицейский достал их из кармана пустого костюма и при этом слегка встряхнул их. Стрелки показывали точно тринадцать минут одиннадцатого.
- Это было, - заметил Родни, - больше, чем через два часа после смерти Альберта Крома и после исчезновения белых крыс.
Капитан Гардер помотал головой по подушкам.
- Дались вам эти крысы, Родни. Вы просто создаете сенсацию, которая до смерти перепугает публику. Она и без того постоянно в панике. Я бы иначе взглянул на это, если бы чувствовал, что в этом что-то есть.
Родни кивнул и встал с кровати.
- Ладно, капитан, когда мне сказали, что вы по-прежнему курируете дело, я решил забежать к вам и рассказать, чтобы вы были в курсе. Но я говорю вам, я своими глазами видел, как эти крысы исчезли.
Капитан ухмыльнулся.
- Я сам такое видел в цирке. Я видел, как одна женщина исчезла, а другую перепилили надвое. Я даже видел розовых слонов в ногах кровати, но это было давно.
Сид Родни улыбнулся в ответ, похлопал капитана по ноге под безукоризненно больничной белой простыней.
- Подумай о здоровье, старик, и не давай этому делу отбивать у тебя сон. Ты потерял кровь, и сон тебе нужен. Где нашли одежду банкира?
- На углу Семьдесят первой и Бойл Стрит.
- Они ее там оставили?
- Пока да. Я прослежу, чтобы машину проверили на отпечатки пальцев от капота до бака с горючим. А потом парни встанут в цепь и прочешут улицу. Мы ничего не упустим, чтобы отыскать улики. Если хочешь заехать туда, там Сельби за старшего. Скажи ему, что я распорядился держать тебя в курсе всех новостей. А если ты найдешь что-то еще, скажешь мне, ладно?
- Конечно, кэп. Обязательно.
- О'кей. Пока.
И капитан Гардер прерывисто вздохнул.
Сид Родни быстро прошел по коридору больницы, сел в машину и сразу поехал на Семьдесят первую.
На месте происшествия полицейские в форме оттесняли толпу зевак.
Сид показал удостоверение, прошел сквозь кордон, нашел детектива-сержанта Сельби и узнал все новости.
- Мы дождались, когда Соломан вернется домой. Он пришел, и жена сказала ему, что мы пытались связаться с ним. Он подошел к телефону, очевидно, чтобы позвонить в управление, и телефон зазвонил как раз в тот момент, когда он потянулся к трубке. Он поздоровался и затем с сомнением сказал "да". Его жена слышала только это, а потом вышла в другую комнату. После этого она слышала, как Соломан повесил трубку, пошел в прихожую и оделся. Он ни слова ей не сказал о том, куда собирается. Просто вышел, сел в машину и уехал. Она подумала, что он едет в управление.
Сид закурил.
- Выяснили, кто ему звонил?
- Ни малейшего указания.
- Он был возбужден?
- Его жена подумала, что его что-то взбесило. Он хлопнул дверью, когда выходил.
- Он был в этой одежде?
- Да.
Сид Родни кивнул.
- Похоже, еще один случай из той же серии. Спасибо, Сельби. Увидимся.
- Не теряй головы, - сказал полицейский детектив.
Сид Родни отправился в дом Артура Соломана.
Там уже были газетные репортеры, фотографы и детективы. Миссис Соломан смотрела на всех в трансе, на вопросы отвечала механически и позировала фотографам.
Она была высохшей маленькой женщиной с усталыми глазами. В ней была заметна та покорность, которая появляется у тех, чей дух был полностью сокрушен постоянным подавлением со стороны супруга-властелина.
Сид Родни задавал рутинные вопросы и получал рутинные ответы. Он проводил расследование по всем правилам, но его снедало смутное беспокойство. Казалось, что через границу его сознания пробивается какая-то мысль, ускользающая как сон, важная, как назначенная, но забытая встреча.
Сид Родни отошел чуть в сторону и попытался не обращать внимания на бубнящие голоса и фотовспышки.
Пока что лишь несколько человек могли оценить полное значение одежды на сиденье водителя.
Зазвонил телефон, звонки звучали с неповторяющейся настойчивостью механического безразличия. Наконец кто-то ответил. Из беспорядочного движения показался манящий палец.
- Родни, это тебя.
В недоумении Родни приложил трубку к уху. Ему хотелось о чем-то подумать, что-то сделать, и немедленно. Но мысль ускользала от него. Звонок был просто раздражающим фактором, который не дает как следует сконцентрироваться и получить искомый ответ.
- Алло! - бросил он, не скрывая раздражения.
На линии оказалась Руби Орман, и при первом же звуке ее голоса Сид Родни обратился во внимание.
Он внезапно понял, что же его беспокоило.
Руби должна была присутствовать в доме Соломана, сочиняя сентиментальный вздор об оставшихся без отца детишек и пораженной горем вдове, которая пытается держаться, сохраняя надежду несмотря ни на что.
- Что случилось, Руби?
Ее слова вылетали быстро, как из пулемета.
- Слушай, Сид, и внимательно, я думаю, что это важно. Я не поехала к Соломану, потому напала, кажется, на горячий след. Я хочу, чтобы ты мне кое-что объяснил, это может быть ужасно важно. Что общего порошок, рассыпанный в волосах, может иметь с исчезновением, таким, которое ты имел в виду?
Сид Родни хмыкнул, демонстрируя раздражение.
- Чего ты хочешь, Руби - разыграть меня?
- Нет, нет. Скажи мне. Это вопрос жизни и смерти.
- Я не знаю, Руби. А что такое?
- Я случайно заметила, что у Соломана в волосах был какой-то порошок. Понадобилось лишь легкое движение запястья, чтобы сбросить его туда. В то время я не обратила на это внимания. Это было похоже на сигаретный пепел, но я заметила, что порошок раздражал его, и он все время почесывал голову. Ты это заметил?
- Нет, - резко сказал заинтересованный Сид. - Почему ты думаешь, что это имеет какое-то отношение к тому, что случилось потом?
- Потому что я стала расспрашивать об этом порошке, и мимоходом упомянула о твоей теории, и вдруг почувствовала покалывание на макушке, и тогда я поняла, что мне в волосы попал этот порошок. Не знаю, что теперь…
Сид Родни мгновенно обратился во внимание.
- Где ты?
- Дома. У меня назначена встреча. Это очень важно. Тебе сюда нельзя. Если это то, что я думаю, тайна будет раскрыта. Ты прав. Это абсолютный нуль, и… о Боже, Сид, становится холодно….
И дальше ничего, только равномерное постукивание - трубка, качаясь, билась об стену.
Родни не стал искать шляпу. Он выбежал из комнаты. Его увидел один газетный репортер, позвал его, побежал за ним. Сид не остановился. Он прыгнул в автомобиль, и его нога нажимала на газ, прежде чем он успел взяться за руль.