В целом, несмотря на существенное повышение в периферийных странах темпов роста численности населения (в среднем с 0,20,3 % в 18001870 гг. до 0,50,6 % в 18701913 гг. и 0,91,0 % в 19131938 гг.), связанное прежде всего с усилением контроля за распространением эпидемий и некоторым увеличением экстренной помощи голодающим (табл. 4), возросли также темпы роста подушевого ВВП. Однако речь не идет о жесткой прямолинейной тенденции.
В целом, несмотря на существенное повышение в периферийных странах темпов роста численности населения (в среднем с 0,20,3 % в 18001870 гг. до 0,50,6 % в 18701913 гг. и 0,91,0 % в 19131938 гг.), связанное прежде всего с усилением контроля за распространением эпидемий и некоторым увеличением экстренной помощи голодающим (табл. 4), возросли также темпы роста подушевого ВВП. Однако речь не идет о жесткой прямолинейной тенденции.
Таблица 4
Динамика численности населения некоторых периферийных стран, %[3]
В Индии среднегодовой показатель прироста ВВП в расчете на душу населения увеличился соответственно с 0,50,6 % в 18701913 гг. до 0,80,9 % в 19131929 гг., а в Китае с 0,20,3 % в 18901913 гг. до 1,01,1 % в 19131933 гг. В странах Юго-Восточной Азии в целом также отмечалось ускорение темпов подушевого экономического роста: в Индонезии с 0,20,3 % в год в 18801900 гг. до 1,41,6 % в начале ХХ в., в Таиланде с 0,10,2 в 18701900 гг. до 0,91,1 % в начале ХХ в. (однако уже в 19131929 гг. отмеченный индикатор сокращался на 0,30,4 % в год).
Экономическая модернизация ближневосточной периферии также сопровождалась ускорением темпов подушевого экономического роста. В Турции этот показатель в 18901929 гг. достигал примерно 0,91,0 % в год. В Египте в 18851911 гг. он составлял около 0,81,0 % в год (однако в 19111928 гг. понизился до 0,40,5 %). В Алжире среднегодовые темпы прироста подушевого ВВП возросли с 0,20,3 % в 18801910 гг. до 1,11,2 % в 19101930 гг. Примерно такая же картина наблюдалась в Тунисе и Марокко.
Обобщая данные по 14 странам, охваченным расчетами (в начале ХХ в. этих странах проживали 4/5 населения будущего третьего мира), следует отметить, что средневзвешенный показатель подушевого экономического роста в этой группе государств в конце XIX начале XX вв. составлял примерно 0,650,75 % в год. Этот темп, поддерживаемый на протяжении почти полувека в ряде крупных и средних стран Азии и Африки, во-первых, превосходил известные нам ретроспективные показатели их экономического роста, а во-вторых, был, в целом, выше средних индикаторов по ныне развитым странам в последние десятилетия их предмодернизационного периода.
Оценивая тенденции, особенности и факторы экономической эволюции колоний и полуколоний в конце XIX первой половине XX в., нельзя не учитывать различные негативные обстоятельства, острые коллизии и противоречия. Многие из периферийных стран выплачивали метрополиям немалую дань. Ее размеры в Индии (3,3 % ВНП в 18651913 гг.) хотя и уступали грабительским налоговым и иным изъятиям Моголов, тем не менее серьезно ограничивали инвестиционные возможности этой страны: реальный фонд накопления был меньше потенциального в 18651913 гг. примерно вдвое. Англичане, составлявшие всего 0,05 % населения Индии, присваивали 5 % ее национального дохода. На долю голландцев в конце XIX в. приходилось примерно 0,30,5 % населения Индонезии, однако они располагали по меньшей мере 78 % национального дохода этой страны в 1870-е гг. и 1517 % в начале ХХ в., а чистый трансферт ресурсов в метрополию достигал соответственно 66,5 и 1011 % национального дохода Индонезии.
В целом на грани XIX ХХ столетий изъятия прибыли из колониальных и зависимых стран (без Китая) были эквивалентны 2,12,3 % их совокупного ВВП. В Китае этот показатель был несколько меньше (в 19001933 гг. примерно 1 % его национального дохода), хотя выплаты в счет погашения долга достигали в отдельные периоды, например, 1/3 расходной части бюджета.
Экономический рост колоний и полуколоний был в целом весьма нестабильным. При этом коэффициент флуктуации темпов ВВП варьировался в последней четверти XIX первой трети ХХ в. в достаточно широком диапазоне: в Индонезии 115125 %, в Индии 450460 %. В среднем по группе крупных колониальных стран отмеченный показатель составил 260280 %. Следовательно, он более чем в 1,5 раза был выше по сравнению с ныне развитыми странами на этапе их «промышленного рывка» и, возможно, соответствовал аналогичным индикаторам ряда западноевропейских государств на заключительной фазе их прединдустриального роста (XVIIXVIII вв.).
В конце XIX начале ХХ вв. под воздействием внешней, а также внутренней конкуренции (со стороны крупных и средних предприятий, созданных к тому времени в ряде колоний и полуколоний) происходило не вполне компенсированное разрушение некоторых видов традиционных промыслов, обусловившее стагнацию и даже относительное сокращение занятости в индустриальных отраслях и сфере услуг. В результате доля населения, преимущественно связанного с сельским хозяйством, увеличилась в Индии с 6265 % в 7080-е гг. XIX в. до 6769 % в 1901 г. (и 7274 % в 1911 г.), в Таиланде 7577 % в 1929 г. до 7980 % в 1937 г., в Индонезии до 7273 % к началу ХХ в. В Египте этот показатель, составлявший, по некоторым оценкам, в 1882 г. 6163 %, повысился до 6869 % в 1937 г.