Всего за 179 руб. Купить полную версию
Оги – американский партнер и один из основателей «ВымпелКома» – не случайно оказался на бывшем суперсекретном объекте. «Виной» тому перестройка – лозунг, принятый миром, вмиг разрушивший железный занавес между мирами социализма и капитализма[85]. «В сентябре 91-го в Москву прибыли эмиссары американской компании сотовой телефонии Cellular, – пишет Геннадий Горелик. – В поисках возможных партнеров они посетили и РТИ. Тогда-то Дмитрий Зимин впервые познакомился с новой областью радиотехники»[86]. В октябре РТИ в рамках программы конверсии посетила другая делегация, в составе которой были отец и сын Фабела, представлявшие интересы маленькой семейной фирмы Plexsys, производившей аппаратуру для сотовой телефонии. «Вернувшись домой, – продолжает Горелик, – Фабелы пригласили своих новых российских знакомых на деловую экскурсию в Америку, чтобы показать свою фабрику в Чикаго, дать “пощупать” радиотехнику, на которой работает сотовый телефон. Когда в Чикаго пришел список делегации, имена Фабелам уже ничего не говорили – трудные русские имена-отчества-фамилии смешались в кучу. От встречи в “Вымпеле” остались скорее зрительные образы. Один особенно яркий – как русский инженер не первой молодости и небольшого роста, излучая энергию, помогал своему звучному голосу преодолевать языковой барьер с помощью энергичных жестов. Поэтому в ответном факсе в Москву Фабелы попросили, чтобы в делегацию включили того лысоватого джентльмена, который во время переговоров энергично стучал кулаками по столу».
Союз Зимина и семьи Фабела сложился не сразу: американцы сначала хотели просто продавать в России небольшие коммутационные устройства для сотовых сетей с ограниченной зоной покрытия. Но вскоре Фабела убедили Зимина в необходимости совместной работы. «Условия сделки были просты: “ВымпелКом”, которым владели РТИ, “Вымпел”, “Зимин и Ко”, под руководством Зимина должен был стать каналом проникновения на российский рынок, – пишут авторы книги “Новые лидеры российского бизнеса”. – Зимин заверил своих партнеров в том, что он полностью контролирует компанию и не зависит от решений других акционеров. Американская сторона обеспечивала начальное финансирование, маркетинговые, финансовые и управленческие навыки. «ВымпелКом» и российские сотрудники отвечали за техническую работу, стратегию и политические связи, необходимые для получения операторской лицензии»[87].
В истории бизнеса немало успешных союзов: Билл Хьюлетт и Дейв Паккард (НР), Чарльз Роллс и Фредерик Ройс (Rolls-Royce), Гордон Мур и Энди Гроув (Intel), Билл Бауэрман и Фил Найт (Nike), Джефф Безос и Джефф Уилк (Amazon), Джозеф Ричи и Петр Зрелов («Диалог»). Но в «ВымпелКоме» возникла связь мудрости и юности, подчас бесшабашной. В новой России одни собственники искали любую возможность накопить деньги для развития дела, а другие демонстрировали новые стандарты потребления. «Фабела считал каждую копейку, но на него тратились большие деньги, – рассказывал Вениамин Славкин. – Ему сняли, после двух отвергнутых, шикарную квартиру на Котельнической набережной. Когда он женился и с женой приехал в Москву, произошел такой случай. В первом же магазине жена, выбирая обстановку для московской квартиры, ткнула пальцем в дорогущий ковер ручной работы. Сопровождающий сказал, что это стоимость всех средств, выделенных для них».
Вряд ли те, кто пошел за Зиминым, обращали на этот поступок внимание: они просто работали, они шли за лидером и верили в удачу. «Такой подъем был – с ума сойти. Страшно интересное было время, – вспоминал Айзин. – Тогда мы работали часто забесплатно. Потому что денег практически не было. Хотя Зимин говорил: мы все будем миллионерами. Но мы – болтай, болтай! Не верили. Но раз денег не было, а надо все было делать быстро, люди вкалывали здесь до 12, и ночами, и никто никого не заставлял».
ПОСТ О МАРКЕ ТОРГОВОЙ И РАБОТЕ НОВОЙ, О БЫСТРОМ РОСТЕ И О ТОМ, КАК БЫЛО НЕПРОСТО
Какие «свинтопрульные» идеи запустили новый «мирный» проект Зимина? В постсоветском обществе навязчивой идеей стал доллар как символ богатства. Но и здесь надо было выбирать, каким путем идти к финансовому благополучию. Елена Батурина уверяла, что «всегда мечтала быть аналитиком»[88], но после скандальной отставки Юрия Лужкова осенью 2010 года эти слова одной из богатейших женщин страны кажутся, мягко говоря, странными – ведь речь идет о ее сказочном обогащении, и уже мало кто верит в ее «аналитические» способности. Зимин, обращаясь к своим товарищам по работе, говорил о мечтах так: «Господа! Еще одно усилие – и мы докажем всем (в первую очередь самим себе), что мы способны, занимаясь профессионально добропорядочным бизнесом, дать Москве современный вид связи, при этом обеспечив себя и свое окружение достойным уровнем жизни»[89]. Может быть, поверив в эти слова, военные инженеры и ученые напрягались, окунаясь с головой в бизнес, сохраняя добропорядочность и идеалы доброты, помноженные на усердие.
Глосса от Славкина о работе с удовольствием
В парткоме очень легко было обсуждать новые темы. Во-первых, не было никакой градации: что Зимин, что Бондаренко. Не было никаких различий, все были одного рода. В отличие от системы ПРО, когда ты 20 лет работаешь и ни хрена своих результатов не видишь, здесь буквально через месяц, через два ты видишь – вот появилась базовая станция, вот 100 абонентов уже разговаривают по телефону… Мы все говорили, что коммерческо-техническая деятельность – она, конечно, не сравнима… Человек получает радость и удовольствие от своих трудов. Он видит их. Он ощущает их. Поэтому приходит и говорит: давайте попробуем это, давайте то. Потом мы… захватили кабинеты профкома. Часть народу туда перешло. Потом стали разрастаться. Я очень долгое время ходил на работу с удовольствием. Я шел, и у меня внутри что-то там пело. Я думал: сейчас приду, сделаю вот это, вот это.
Работа в свое удовольствие подкреплялась азартом борьбы за доллары: ведь Зимин, как в книгах, посвященных приращению богатства, призывал их визуализировать: проще говоря, сделать наглядными. Для этого в компании к каждому еженедельному завтраку в кафе «Тайга» отеля «Аэростар» выпускался боевой листок – «Командный дух». «С левой стороны на этих листовках изображен градусник, красная ртуть которого показывает состояние дел по монтажу системы, а сверху изображены падающие доллары, которые начнут сыпаться на нас после окончания монтажа последней, шестой, базовой станции, – пишет Зимин в своих воспоминаниях и уточняет: – Это возбуждало»[90].
Азарт борьбы всего коллектива помог компании не просто выжить – он стал главным условием успешного старта. «Нам удалось дважды получить от производителей сотовой аппаратуры практически ничем не обеспеченный товарный кредит на оборудование для создания первых сетей сотовой связи в Москве, – вспоминал позднее Зимин. – Как потом говорил один из поставщиков-кредиторов, основанием для такого кредита стал исходящий от нас энтузиазм, драйв (подогреваемый, наверное, полуголодным существованием основателей на одном из умирающих тогда предприятий ВПК) и вера (и наша, и поставщиков) в великое будущее великой страны, в которой происходят такие позитивные и фундаментальные изменения»[91].
Глосса Зимина о компании единомышленников
В компаниях-конкурентах работали в основном наемные работники. Учредители, как правило западные компании, набирали сотрудников, которым сами же не доверяли. Сейчас бы сказали, что у них всегда был конфликт между советом директоров и менеджментом. У нас таких понятий не было. У нас вообще не было никакого совета директоров. Была команда энтузиастов, работавшая дни и ночи. Которая для того, чтобы что-нибудь сделать – поставить базовую станцию в нужном месте, – могла пойти выпить с каким-нибудь управдомом: давай, мол, вместе дело сделаем. Кроме того, у нас с самого начала работали действительно профессионалы. Мы все-таки радиоинженеры, и все, что касается прохождения радиоволн в условиях городских агломераций, – это наше. И инженерная часть работ, я думаю, с самого начала была вне конкуренции. В других компаниях этими вещами вообще никто не занимался. Там приглашали каких-то иностранцев на роль консультантов, которые рисовали аляповатые проекты. У МТС, например, в первых сетях все антенны стояли только на зданиях АТС. Создать более или менее разумный проект в таких ограничивающих условиях в принципе невозможно[92].