Хеллиер, конечно, миллионер, но по сравнению с воротилами наркобизнеса – он просто жалкий нищий. Ради таких барышей люди готовы на все, не остановятся они и перед убийством".
Чья-то тяжелая рука хлопнула его по спине так, что он поперхнулся виски.
– Привет, доктор! Топите в вине свои печали?
Уоррен оглянулся.
– А, привет, Энди. Присоединяйтесь.
– Очень любезно с вашей стороны, – сказал Эндрю Тоузьер, – но позвольте мне. – Он вытащил довольно толстый бумажник и достал оттуда банкноту.
– Ни в коем случае, – запротестовал Уоррен. – Вы ведь все еще без работы. – Он кивнул бармену и заказал два виски.
– Да, – сказал Тоузьер, убирая бумажник. – Что-то в мире все спокойненько. Мне это не нравится.
– Вы, видимо, не читаете газет, – возразил Уоррен. – Русские опять мутят воду, да и война во Вьетнаме на полном ходу.
– Ну, это глобальные катаклизмы, – сказал Тоузьер. – Таким, как я, подавай что-нибудь попроще. Но крупный бизнес вытесняет малый, что ж поделаешь! – Он поднял стакан. – За ваше здоровье!
Уоррен взглянул на него с неожиданным интересом. Майор Эндрю Тоузьер. Профессия – наемный солдат. То бишь, наемный убийца. То есть просто так он, конечно, убивать не будет, но если надо построить полк полуобученных черных солдат и повести его в атаку, он всегда готов. В общем – ходячий символ нашего сумасшедшего мира.
– За ваше здоровье! – рассеянно откликнулся Уоррен. Он погрузился в свои мысли.
Тоузьер кивнул в сторону двери.
– Ваши пациенты, доктор.
Уоррен увидел входивших в кафе четырех молодых людей. Трое были его пациентами, а четвертого он не знал.
– Не представляю, как вы общаетесь с этими подонками, – сказал Тоузьер.
– Должен же их кто-то опекать, – сказал Уоррен. – А что это за парень – новичок?
Тоузьер пожал плечами.
– Еще одна заблудшая душа устремилась в ад. Вы познакомитесь с ним, когда ему потребуется ширануться.
Уоррен кивнул головой.
– Стало быть, вы не у дел, Энди.
– Сплошная невезуха.
– А может, у вас ставки завышены? Спрос регулирует предложение или что-то вроде этого, не так ли?
– В таких делах ставки не могут считаться завышенными, доктор, – сказал Тоузьер грустно. – Ну вот вы, во сколько бы вы оценили свою шкуру?
– Именно это я и хотел у вас узнать, – ответил Уоррен, мысленно возвращаясь к Хеллиеру. – Какова сейчас такса на подобные услуги?
– Пятьсот в месяц и солидный гонорар по завершению операции. – Тоузьер улыбнулся. – Хотите кому-нибудь объявить войну?
Уоррен посмотрел ему прямо в глаза.
– Не исключено.
Улыбка сползла с лица Тоузьера. Это произвело на него впечатление.
– Да вы, кажется, всерьез что-то затеяли. Против кого? Против столичной полиции?
Он снова улыбнулся.
Уоррен сказал:
– Вы когда-нибудь выполняли частные заказы? Я имею в виду, так сказать, частные войны в отличие от гражданских?
Тоузьер покачал головой.
– Я всегда старался быть в ладах с законом. Хотя вообще-то есть молодчики, которые финансируют частные разборки. Я надеюсь, вы не собираетесь поставлять оружие какому-нибудь нуворишу из Сохо? Или его охране?
– Не угадали, – ответил Уоррен.
Он пытался припомнить, что он, собственно, знал об Эндрю Тоузьере. У него, безусловно, были свои идеалы. Не так давно Уоррен спросил Тоузьера, почему тот не поехал в одну из южноафриканских стран, когда там вспыхнул конфликт. Тоузьер равнодушно ответил:
– Господи, это же стычка двух банд высокопоставленных головорезов. Зачем же я буду зазря косить этих сукиных детей, крестьян, которые ни при чем? – Он посмотрел на Уоррена и решительно добавил: – Я, знаете ли, разборчив.
Уоррен подумал, что если бы он одобрил безумную затею Хеллиера, такой человек, как Тоузьер, пришелся бы очень кстати.