- Храпел?
- Не-а, - развеселилась Марина. - Сопел. Тихо так, уютненько... Вить, а ты храпишь?
"Вить"? Да, уважаемая Алиса, вы совершенно правы - "все страньше и страньше". Что ж происходит-то? Я пытался обдумать более чем свободное и откровенно-заигрывающее поведение Марины, но понятное и уместное в этой ситуации возбуждение сильно мешало анализировать и понять, что происходит. То ли Марина - тот самый "тихий омут" с чертями, то ли сейчас у молодежи такие свободные нравы, то ли...
- Жалуются, что да.
- "Жалуются"? Мужчина должен храпеть! Мне это кажется таким ую-ю-ютным... - Она потерлась о флис моего свитера (легкую "ходовую" толстовку я на остановке, разумеется, скинул и надел "стояночный" свитер - теплый, пушистый).
В чем же дело? Марина - безусловно, не девочка. Возраст сейчас определить легко - на марш-бросок никто из девушек большим количеством косметики "для красоты" пользоваться не станет: максимум - нейтральными кремами защитить кожу лица. Так что с точностью можно сказать - от двадцати до двадцати трех. Что примерно соответствует ее "легенде" - последние курсы медицинского...
Опять-таки, какой-то медицинский институт. Если к возрастному природному любопытству (на эту тему) приплюсовать профессиональную тягу к "практическим знаниям", умножить это все на вольницу студенческого общежития (хотя, нет, не в общежитии она живет - где там рюкзак и прочую амуницию пристроишь?), то в результате получим следующее предположение: знакомство с сексом у нее состоялось уже достаточно давно. Ну и прибавить к этому более чем лояльные современные нравы (как старик заговорил, тьфу!) Да, точно - совсем и давно уже - не девочка!
Стоп! А почему детали ее биографии я мысленно называю "легендой"?
- Ты чего? - удивилась девушка, снова потеревшись головой и прижавшись совсем уж плотно... Еще и ручки прижала к груди эдак доверчиво, кулачками под подбородок "Ну, обними же быстрее же бедного котенка же!"
- Я, конечно, не Станиславский... - Осторожно начал я.
Но было поздно...
Глава 4
Перед остановкой скрипнули тормозами два микроавтобуса - первый я видел полностью, а второй показался лишь передним бампером из-за края остановки...
Не зря ты напрягся, Витя, ой, не зря!
Микроавтобусы не были черными. С поправкой на некиношную реальность - вполне обыденные светло-серые "мерсы". С сильно тонированными стеклами и (оставалось недоуменно покачать головой) небольшими красными крестами на боках.
Из первого микроавтобуса выпрыгнул улыбчивый усатый мужчина лет так пятидесяти. Молодцеватый, подтянутый, осанистый. Его усы, кстати, идеально смотрелись бы с формой и фуражкой. А форма и фуражка идеально подошли бы к выправке и общему типажу "Слуга царю, отец солдатам".
Но сейчас дядя был в обычной цивильной одежде. Никаких черных пиджаков, да. А вот черные очки были - солнце таки. Серые брюки, свитер в черно-серую широкую горизонтальную полоску, черная короткая кожаная куртка. И улыбка, конечно, обаятельнейшая. Именно так, в моем представлении, должны улыбаться тертые "профи" из наших доблестных спецслужб. В звании "майор" и выше.
Больше из машин никто не выходил.
- Утро доброе...!
Приветливая улыбка выцвела - "майор" удивленно смерил взглядом Марину, неохотно и неторопливо вывернувшуюся из-под моей руки и теперь лениво потягивающуюся.
Ну, кошка, истинная кошка!
- Доброе...
- Марина? - Улыбка "майора" снова проявилась, но стала еще шире, уползая куда-то в спектр ехидства, а брови вопросительно взлетели вверх.
Подвижное лицо и богатая мимика. А может быть это - ее папа? Или дядя? Или родственник. Муж? Нет, для мужа староват... Ну, попросила девочка родственника с машиной подбросить до города, а тут попутчик, остановка, холодно, то-се... Ну, морду лица набьют или словесно пройдутся по аморальности одного женатого остолопа. Конфуз - это ж не смертельно, это всего лишь конфуз.
Ага... и когда бы она вызвала родственника? И зачем родственнику приезжать на двух машинах для перевозки одной девочки и одного рюкзака?
- Сама удивляюсь, товарищ майор! - Со смущенной улыбкой развела девушка руками.
М-да.. Не конфуз. Не дядя. И не папа. И вообще, "врач (красивая и молодая тетя) - оказалась сотрудником каких-то спецслужб. Это хорошо или плохо, малыш?"
И уж с сотрудником спецслужбы после ТАКОГО приключения проблем может быть куда больше, чем с папой... Да я бы даже на супруга согласился бы - уж как-нибудь отбрехался бы... Ну или убежал бы... Или стерпел бы, если б догнали.
А звание я, получается, определил четко! Молодец, Витя!
- А давай-ка в машину, зайка! - Майор кивнул за спину. - Дорога длинная... Еще успеете наобниматься.
Ой-ей-ей! Как мягко мне намекают на необходимость совершить совместное путешествие! Зловеще! Особенно, в свете упоминания звания. И официальных отношений между Мариной и "товарищем майором"...
Кресты на бортах машин давали, правда, какую-то надежду на отсутствие перспектив общения с "ректальными криптоанализаторами"... И надежду на случайность нашей встречи. И с Мариной, и с майором... Но, возможно, для того они и были там нарисованы, чтобы давать таким, как я, хоть какую-то надежду.
А майор протянул руку.
- Майор Колокольцев! Лев Давыдович.
Ну, что ж... По первым признакам, "силовых вариантов", о которых я читал, слышал и смотрел в кино, пока не предусматривается. Представитель... непонятно чей, представитель - приветлив и вежлив.
- Виктор Ткачев, - пожал. Рука сухая, крепкая.
- А по батюшке?
- Кириллович.
- А подброшу-ка я и вас, Виктор-свет-Кириллович, до столицы... - Обрадовано решил майор и наивно так поинтересовался. - Вы ведь не возражаете, да?
Любой "совок" нашей "огромной и необъятной" знает на уровне подкорки, что с представителями властей надо вести себя очень осторожно, как с диким хищником или с пьяным агрессивным приматом (любой степени разумности - неважно). Даже если не в форме. Даже если он представляет непонятно какую военизированную организацию. Не раздражать, не возражать, не спорить, а если спорить, то - мягко и осторожно, как на минном поле. Это - первая заповедь совка-интеллигента при общении с высокопоставленными представителями "органов". А тут - майор! Не лейтенантишка какой...
Кстати, еще один штрих. Попробуйте-ка ответить отрицательно односложно и, самое главное, вежливо на смысловое содержание вопроса "Вы не возражаете, да?" - кивком или мотанием головы... Что получилось? То-то же... Ерунда какая-то получается - что киваешь, что головой мотаешь: "да, не возражаю" или "нет, не возражаю".
И приходится давать более расширенные ответы и ввязываться в дискуссию.
А вступать в дискуссию надо. Хотя бы для того, чтобы обозначить рамки независимости и некоторое понимание изменившихся в последние десятилетия политических и общественных реалий.
- Лев Давыдович, - Изображаю слегка извиняющуюся улыбку. - А удостоверения у вас случайно не завалялось?
- Ах! - Майор картинно шлепает себя ладонью по лбу и лезет во внутренний карман куртки... "нечаянно" "засветив" рукоять пистолета в наплечной кобуре... м-да... - Вот, пожалуйста!
Удостоверение мне не просто демонстрируют (быстрым взмахом перед глазами), а спокойно отдают подержать, полистать и почитать. И даже с интересом ожидают моей реакции...
Красная книжечка с толстыми мягкими "корочками" и золотой надписью "Министерство Обороны Российской Федерации". Внутри: золотая чаша со змеей на зеленом фоне в обрамлении дубовых листьев с двуглавой нашей птицей (вверху) и красным крестом (внизу), надпись "Главное военно-медицинское управление МО РФ", "Колокольцев Лев Давыдович, майор". И фотография серьезного Льва Давыдовича в форме майора (а ведь не так давно получил, если судить по свежести фото)... форма ему, действительно, идет, а вот само фото - неудачное - ну не смотрится Лев Давыдович с серьезно-напряженным лицом в ожидании "вылета птички". Подписи, печати. Какие-то шифры и непонятные сокращения.