***
Ну, да-да, классика жанра - в воде была какая-то снотворная гадость. Сильная, зараза! Такое впечатление, что из тела разом выбили все мышцы, заменив их подушками... ну и подушкой же врезали по голове... мягонько так. Начисто вышибив из нее сознание.
А сейчас: глаза, будто припорошенные песком, сухость во рту, тяжесть в голове и ломота в теле. Полный похмельный набор.
Лежу на столе в центре затемненной комнаты. Надежно зафиксированный. Голый. До груди укрыт простыней.
У стен - какие-то агрегаты и приборы. Перемигиваются индикаторы, изгибаются синусоиды и диаграммы. Одна из стен - справа - огромное окно в другое помещение. Там тоже полумрак, но настольные лампы в той комнате освещают не только утИллитарно-медицинскую обстановку "моей" комнаты, но и лица двух людей, сидящих... то ли за приборами, то ли за мониторами, то ли за столом.
Правда, разглядеть их не удается - в глазах все еще "песок", а протереть не могу - руки привязаны. И ноги. Как лягушка на прозекторском столике.
Какая-то суета за стеклом - кто-то поднялся и отошел, кто-то поднял лицо и всмотрелся в комнату.
Помигав и пощелкав, разгорелась ртутная лампа где-то над головой. Зажмурился - свет оказался ярким.
Пока моргал, раздался звук едущего по роликам механизма откуда-то из-за головы, куда я посмотреть не мог. Раздвижные двери, как в метро? Надо мной кто-то склонился и знакомый голос тихо поинтересовался:
- Вить, слышишь меня? Ви-и-ить?
- И даже вижу, - немного проморгался. Правда, не прокашлялся. Вместо голоса какой-то надсадный хрип. - А халатик сестрички тебе идет, Марин. Секси.
Хотел поднять руку и показать большой палец, но забыл, что рука зафиксирована. Ничего - и так сложу древний жест одобрения из непослушных ватных пальцев.
- Ой, правда? - Марина отскочила от стола вбок, так, чтобы я видел, и покружилась на месте. Ну, до чего ж легкомысленная и импульсивная особа! - И под ним ничего нет! Совсем-совсем!
Если она хотела меня ошеломить очередной скабрезностью, то ничего не вышло - эмоциональный порог на сегодня, судя по всему, решил улететь в заоблачные выси, защищая ошалевшее сознание от потрясений. Картина мира уже даже не трещала по швам - несколько часов назад она рухнула и разрушилась. А потом - еще раз.
А, может, снотворное виновато. "Один фиг", как модно нынче выражаться...
Халат ей, действительно, шел. Во-первых, из-за цвета: соломенные волосы и смуглая кожа отлично оттенялись тканью цвета слоновой кости. Во-вторых... есть что-то такое, неуловимо эротичное в медицинских халатах, надетых на стройное женское тело. И даже волосы, частично убранные под одноразовую шапочку-берет не портили картину... Да и вряд ли у них была такая возможность - женщины как-то умудряются красиво пристроить на себе любые, даже самые неудачные, детали туалета.
Ну, и, в-третьих, действительно, доверительно преподнесенная информация об отсутствии под халатом нижнего белья подняла общую привлекательность еще на несколько пунктов. "Плюс десять к привлекательности", как, опять-таки, модно сейчас говорить...
А пуговички на халате расстегнуты - кто б сомневался! - чуть ли не до солнечного сплетения. Грудь у Марины, правда, не настолько большая, чтоб своими волнообразными колебаниями повергать самцов в шок... Скромная, скажем прямо, грудь. Но это ж ровным счетом ничего не значит! Других-то грудей в ближайшем окружении нет! - взгляд все равно притягивается, как магнитом.
Картину завершали изящные очки в тонкой оправе-проволочке. Студентка медицинского. Умница, отличница, скромница... Пока рот на замке держит...
Я ощутил прикосновение.
... и пока руки не распускает. Маринины пальчики медленно крались по бедру. Вверх. По внутренней стороне. Лицо у нее в этот момент было... Расширенные зрачки, старательно высунутый кончик языка, напряженное личико экспериментатора, проводящего опасный, но крайне интересный опыт. Получение нитроглицерина, например.
- Марин... - прокашлялся я.
- Маринка, ты чем там занимаешься, а! - одновременно окликнул ее мужской голос.
Ну, вот... "Нитроглицерин" таки взорвался. Разочарование на девичьем личике, но и решимость продолжить опасный опыт потом, после восстановления лаборатории.
Ладошка исчезла. Я перевел дух и оценил выражение искреннего возмущения и огорчения на лице девушки.
- Ничем, - недовольно фыркнула она. - Уже.
Тут же многообещающе улыбнулась и, погладив меня по голове, пулей вылетела из комнаты. Дверь на роликах прогрохотала еще раз. Я даже воды попросить не успел.
- Может, кто-нибудь что-нибудь мне объяснит? - в пространство спросил я.
На ответ особо не рассчитывал, но мне все-таки ответил тот же мужской голос - уже через динамики:
- Не переживайте, Виктор Кириллович! Сейчас подойдет Лев Давыдович и все объяснит.
- А когда...?
- Минут через десять-пятнадцать. Мы уже сообщили, что вы пришли в себя.
- А отвязать...?
- Пока не можем. Потерпите, пожалуйста, Виктор Кириллович.
- Вить, все будет в порядке! Не ссы! - Радостно ляпнул голос девушки.
Ну, и? Кто не мечтал о приключениях? Чтоб попасть в другой мир и без потерь (сигара и пара рюмок ликера - смешно!) вернуться. Чтоб - магия, чтоб - девушки. И спецслужбы... чтоб их. Хорошо мечталось на диване, ах, хорошо! А уж про "плохо - хорошо" как гладко рассуждается за бутылочкой пива на том же диванчике...
А теперь и рефлексировать некогда - либо события сменяют друг друга с неприятной быстротой, либо внимание занимают эльфы, озабоченные "нимфетки" и снотворное в бутылочках питьевой воды.
Вот, кстати, десять-пятнадцать минут у меня есть - как раз хватит на один-два сеанса рефлексий. И себя пожалеть, и жертвой себя почувствовать в полном соответствии с жанровым каноном... У читательниц должны увлажниться глаза, а у читателей - сжаться кулаки и в голове возникнуть что-то вроде: "Не раскисай, тряпка! Прорвемся! Я же вижу - книга толстая! У тебя еще приключений будет - ого-го!"
Ну-ну... Хотите на мое место? Хотите, спрашиваю?
- Мариночка!
- Да, солнышко! - С готовностью отозвалась девчонка.
- Водички не принесешь?
- Ой-ё!
Кто-то явно схватился за голову, потом этот кто-то бомбочкой вылетел из операторской и спустя минуту я с наслаждением пил чуть тепловатую водичку с какими-то медицинским привкусом.
- Меня дома не позже девяти ждут. Потом искать будут! Звонить по милициям-больницам... - Отдышавшись, забросил я удочки.
- Сегодня суббота, одиннадцать-ноль-пять, - Меня прекрасно просчитали и снисходительно обломали. - Ты не боись - мы тебя посветим чуток, анализы всякие возьмем и завтра дома будешь. Или сегодня даже. - И - с громким вздохом сожаления. - К жене под бочек...
- Маринка... - Лениво попытался "заткнуть фонтан" мужской голос из операторской.
- Маринка, а ты не влюбилась там часом? - Спросил я.
- Кто знает - кто знает. - Она невзначай гладила меня по груди. - Но я считаю, что это все физиология виновата! А я - невиноватая!
- Какая удобная у тебя физиология...
Думать о проблемах совершенно не хотелось - хотелось отвлечься. А что может быть отвлечь лучше, чем разговор с красивой девицей, которая к тому же флиртует на грани пристойности. И флиртует ли?