Я постарался сохранить непроницаемое лицо, но, видимо, чем-то все же себя выдал; а может, ситуация оказалась уж настолько несуразной, что Берта обо всем догадалась и завопила:
- Дональд! Опять твои идиотские шуточки! Да ты… - Она схватила разукрашенную корзину и стала размахивать ею, явно собираясь шмякнуть ее посреди моей каюты.
- Она стоит двадцать четыре доллара семнадцать центов, включая доставку, - успел сказать я.
Берта застыла на месте и уставилась на меня, а потом на корзину..
- Черт бы побрал тебя с твоими расчетами!
- И все это еще можно съесть, - добавил я. Берта сорвала с корзины желтый целлофан и стала вышвыривать оттуда фрукты, конфеты, орехи и баночки с мармеладом.
- Не надо ее здесь разгружать, - сказал я. - Это тебе.
Берта не останавливалась.
- Я же не буду это есть, - продолжал я. - Придется выкинуть.
Она все равно не останавливалась.
- И деньги пропадут, - не унимался я. - Отличные фрукты, дорогие; и конфеты такие, что…
Берта глубоко вздохнула, отшвырнула обертку, потом побросала фрукты и конфеты обратно в корзину и направилась к двери.
- Дональд, - укоризненно сказала она, - ты прекрасно знаешь, что я не позволю, чтобы это пропало. Теперь я все съем.
- Можешь кому-нибудь раздать, - осторожно предложил я.
- Кому?
- Кому-нибудь, кто проголодается.
- На этом корабле никто не проголодается, - грустно заметила она и добавила: - И потом, какого черта мне отдавать товары на двадцать четыре доллара семнадцать центов кому-то, кого я даже не знаю?
- Можешь угостить этого денверского полицейского, - подсказал я, - Эдгара Ларсона. У вас завяжется крепкая дружба.
Берта посмотрела на меня испепеляющим взглядом и потащила корзину к себе в каюту.
Глава 5
Нарочно спустившись в столовую несколько позже назначенного времени, я обнаружил, что за моим столом, накрытом на шесть персон, уже сидят четверо.
В компании ощущалась некоторая напряженность, обычная для первых часов морского путешествия. Все уже готовы вступить в приятельские отношения, но никто пока не знает, как их завязать. Каждый предпочитает, чтобы первый шаг сделал кто-то другой.
- Добрый вечер, - сказал я, усаживаясь за стол. - Моя фамилия Лэм. Кажется, нам предстоит провести несколько дней вместе.
Норма Радклиф оказалась слева от меня. Лет двадцати семи, рыжеволосая, с голубыми глазами, лукаво поглядывавшими то на одного, то на другого, она имела вид человека, давно познавшего все жизненные проблемы и большинство из них для себя решившего.
Справа от меня сидела еще одна девушка - блондинка, представившаяся как Филис Итон. Ее характер сразу угадать было трудно. Должно быть, и ей доводилось пленять мужские сердца, но сейчас она сидела скромно потупив взор и разговаривала так тихо и невнятно, что приходилось напрягать слух.
Прямо напротив меня расположился мужчина, назвавшийся Сиднеем Селмой. Это был законченный хам, фальшивый, как трехдолларовый банкнот, явно склонный к пошлостям самого низкого пошиба.
Сидевшая рядом с ним молодая женщина, Роза Флакстон, видимо, пришла за стол первой; Селма явился вторым и, естественно, уселся рядом с ней. Она была, пожалуй, немного полновата, лет тридцати с небольшим, однако на вид свойская, добродушная бабенка без всяких предрассудков.
Через минуту появился и наш последний сосед по столу - Эдгар Ларсон. Это был сухой, жилистый субъект лет сорока, высоколобый, с пронзительным взглядом и плотно сжатыми губами, одетый в серый костюм с серым же галстуком. Видимо, он старался ничем не обращать на себя внимания, однако, как это часто бывает, именно этим старанием и выделялся.
Увидев его, я сразу понял, что сел он за этот стол не случайно. Ни один приличный стюард не посадил бы его сюда без специального указания, подкрепленного либо деньгами, либо властью.
Для игры, которую я затевал, лучшую исходную позицию придумать было трудно. Этот Селма был настолько прямолинеен в своем идиотском донжуанстве, что мне оставалось лишь расслабиться на своем стуле и предоставить первое слово ему.
Болтал он без умолку. Пространно и с подробностями разглагольствовал о самом себе, о своем происхождении, изрекал житейские мудрости. Правда, чем он зарабатывал на жизнь - не сказал, и никто его об этом не спросил. Посмотрев на него повнимательнее, я вдруг подумал, не кроется ли под его личиной типичного сыночка богатых родителей что-нибудь мерзкое: он вполне мог подрабатывать подставным игроком в заштатном казино или просто сводничать. Я решил, что Сидней Селма успеет всем надоесть задолго до окончания путешествия.
Сыщик Ларсон, казалось, слушал глазами. Как только кто-нибудь заговаривал, он поднимал на говорящего свои серые глаза и пристально его разглядывал, после чего снова опускал взгляд в тарелку. Иногда он загадочно улыбался. За все время ужина мы не услышали от него и десяти слов.
Официант сумел обслужить нас так, что все были готовы подняться из-за стола одновременно. Однако, выйдя на палубу, мы обнаружили, что там не очень уютно: дул прохладный ветер, увеличивалась зыбь. Норма Рад-клиф объявила, что ей нужно разобрать вещи, после чего она обязательно сделает кружок по палубе перед сном. Похоже было, что Берта ошиблась в ней на сто процентов: не станет она цепляться за меня только для того, чтобы не отдать другой. Тем не менее я некоторое время слонялся по палубе - на случай, если она вдруг выйдет. Другие пассажиры не знали, чем себя занять. Видимо, все устали после сборов и проводов, поэтому постепенно стали расходиться. Замерзнув, я тоже спустился к себе в каюту, где развернул обогреватель так, чтобы удобно было посидеть в кресле и почитать. Но в девять часов дверь затряслась от грохота. Это мог быть только один человек. - Войдите, - пригласил я.
Берта влетела в каюту и оглушительно захлопнула за собой дверь.
- Что ты расселся?
- Читаю.
- Ты сейчас должен строить глазки Норме Радклиф. - Ты же сказала, что она возьмет инициативу в свои руки, - возразил я.
- Чего же ты он нее ждешь, черт возьми? - взревела Берта. - Чтобы она пришла сюда, сорвала дверь с петель, схватила тебя за шиворот, утащила к себе и прицепила на тебя багажную бирку "В каюту"?
- Нет, - устало проговорил я. - Просто я сделал то, что ты сказала. Говоря откровенно, особого интереса ко мне она не проявила.
- Умные девушки так и не начинают, - сказала Берта.
- Но почему ты так уверена на ее счет?
- Да ты вылези на палубу и посмотри, что делается на этом корыте, - начала втолковывать Берта. - Люди едут на Острова, чтобы развлечься. Кто они? Здесь есть высокооплачиваемые секретарши, скопившие деньги на морское путешествие. Несколько молоденьких вдовушек. Некоторое количество замужних женщин, чьи мужья погрязли в работе, а жен отослали отдыхать. Есть люди, которым перевалило за семьдесят. Они подумали: что толку баловать правительство налогом на наследство после смерти? И, подчинившись здоровому импульсу, ушли на пенсию. Беда только в том, что никаких других импульсов у них не осталось; они просто катят в Гонолулу. Так вот, - продолжала она, - все молодые женщины осматриваются вокруг и ищут подходящих мужчин. Сколько приличных мужиков может быть на этом корабле?
Я проигнорировал этот вопрос.
- Никаких иллюзий! - провозгласила Берта. - Пока молодой человек оканчивает колледж, служит в армии, пытается что-то сделать в бизнесе, у него нет денег на то, чтобы укатить в Гонолулу на шикарном лайнере и бездельничать там три недели. Здесь есть, конечно, несколько богатеньких отпрысков и несколько коммивояжеров, подделывающихся под богатеньких отпрысков. Женщине нужно, чтобы было с кем прошвырнуться по палубе, потанцевать. Пусть другие видят: все, что необходимо, чтобы покорить молодого мужчину, - все при ней!
- Тогда Норме нужен приятель вроде этого типа, по имени Сидней Селма, - предположил я.
- И будет нужен, - с напором откликнулась Берта, - если ты его не обскачешь.
- Так что, она сейчас на палубе?
- Да, она гуляет на палубе, - сказала Берта.
- Она говорила что-то вроде того, что ей нужно разобрать веши, а потом она сделает кружок по палубе перед сном.
Берта застонала.
- О Господи! Да она ведь тебе сказала, где и когда будет! Опомнись, черт побери! Марш на палубу и дай хотя бы шанс бедной девушке!
Я надел кепи, выключил свет и вышел на палубу.
Нормы Радклиф я не нашел. Зато встретил Сиднея Селму, гулявшего сразу с тремя женщинами - Розой Флакстон, Филис Итон и еще одной, которой я не знал. На первый взгляд всем им было ужасно весело.
Я хотел было вернуться, но потом решил сделать еще круг. И тут заметил в тени женскую фигуру, кутавшуюся в меховое манто. Вглядевшись, я узнал Норму Радклиф.
- Вы, кажется, прячетесь? - спросил я, подойдя к ней.
- Нет, - засмеялась она, - просто укрылась от ветра и дышу свежим воздухом на сон грядущий.
- Наверно, нелегкая была работенка - разобрать все вещи, развесить все по вешалкам? - Чтобы завязать разговор, я нес какую-то чушь.
- Конечно.
- И все равно, у вас такой вид, словно вы прячетесь.
- Ладно, сдаюсь. Я действительно прячусь. Я недоуменно поднял брови.
- Серый волк под горой, - сказала она, кивнув в сторону веселого квартета.
Небольшая качка давала Селме повод то и дело приникать к одной из дам, поддерживать ее рукой за талию, а потом убирать руку так, чтобы слегка провести ею по бедрам.
- Довольно шустрый, - заметил я.
Она снова кивнула и начала что-то говорить, но передумала и замолчала.