Я не могу принять от вас такой дорогой подарок.
– Мол одой человек, – вздохнул Синдбад, – не думайте, пожалуйста, что я отдаю вам последнюю рубашку, – тут он улыбнулся, видимо вспомнив наш спор по поводу заповеди, – для меня это ничего не значащий пустяк. Вам же предстоит долгое путешествие в мире, где деньги играют первостепенную роль…
– Но я в состоянии сам заработать себе на жизнь…
– Не сомневаюсь, – кивнул Синдбад, – но прежде выполните взятое на себя поручение. А по поводу денег… если вам будет от этого легче, обещаю, что эту сумму мне вернет ваш работодатель – шах Гарзинкул.
* * *
– Опять он появился в здешних местах, – послышался голос рядом. – Что-то должно случиться…
Я повернулся на звук голоса. Рядом со мной стоял плотно сбитый, весь перевитый мускулами человек с широким кожаным поясом в руках.
– Извините, кого вы имеете в виду?
– Синдбада, кого же еще, – человек кивнул в сторону моря.
– А что может произойти? – полюбопытствовал я.
– Не знаю, – пожал плечами собеседник. – В прошлый раз, когда его корабль появился в этих местах, скончался отец нашего эмира, да святится имя его, и чуть не вспыхнула резня, пока пустовал трон…
– Бар! – раздался оклик с соседнего причала. – Ты долго будешь лясы точить?! Быстро на разгрузку!
– Извините! – окликнул я грузчика, бросившегося на зов своего бригадира. – Не подскажете, где можно найти сотника Бекара? Или кого-то из его подчиненных?
– В казармах у Черной башни.
Шемсум. Казармы
– Ничего не вышло! – Бекар саданул кулаком по столу, заставив подпрыгнуть многочисленную посуду.
– Почему? – Халк вопросительно посмотрел на сотника. – Тысячник отказался?
– Нет, – качнул головой Бекар, – Шамиль был у Махмуда-эффенди, но тот не будет сообщать визирю о подданном шаха Гарзинкула.
– Почему? – Халк задал тот же вопрос.
– «Почему, почему»! – передразнил своего подчиненного Бекар. – Не хочет портить отношения с начальником Пограничной стражи.
– Боится этого взяточника?! – изумился Халк.
– А ты сам у него спроси при встрече, – язвительно ответил Бекар.
– И что же теперь делать?
– Ничего, – качнул головой Бекар. – Придется твоему северному варвару гнить на каторжных работах…
– Но он же будет ждать…
– Пусть ждет! – прервал подчиненного Бекар. – Всем приходится чего-то ждать…
– Но не в таких условиях, – возразил Халк, – и потом, он же будет ждать нашей помощи.
– Твоей, – уточнил сотник. – Я ему ничего не обещал.
– Хорошо, моей, – согласился Халк.
– Что ты на меня так смотришь?! – вызверился на десятника Бекар. – Я тебе не пророк Мухаммад и даже не его дядя! Все, что мог, я сделал!
– И все-таки не может быть, чтобы не было способа помочь этому несчастному, – не унимался Халк.
– Ты меня достал, – покачал головой Бекар. – Он кто? Твой родственник? Или близкий друг? Что ты за него уцепился?
– Просто я, как и ты, привык держать слово, – ответил Халк. – И пообещал этому северному варвару помощь. Тем более что в том караване швали, который мы перегоняли на каторгу, он оказался единственным ни в чем не виновным человеком…
– А то ты не знаешь, как в нашем благословенном Шемсуме легко угодить на каторжные работы.
– Прекрасно знаю, – согласился Халк. – И меня бесит, что мы не в состоянии помочь даже одному человеку.
– Ну ладно, – внезапно остыл Бекар. – Ты меня убедил, и, если предложишь реальный план действий, так и быть – я на твоей стороне.
– Нет у меня плана, – уныло ответил Халк. – Если тысячник ничего не смог сделать… вот если бы шах Гарзинкул узнал о судьбе своего посланца, может, дело и сдвинулось бы с мертвой точки…
– А в твоей идее есть рациональное зерно, – вдруг оживился Бекар. – Я, кажется, знаю, как это сделать.