Она ободряюще кивнула мужу, увидев подходящего к нему офицера, с которым Майкл затем обменялся парой тихо произнесенных слов. Другой коп сумрачно смотрел на Майкла, но напарник вернул Джиллиан права мужа и паспорт на автомобиль. Секунду спустя оба офицера уже направлялись к своей машине.
Джиллиан осталась стоять на месте, наблюдая за тем, как они садятся в патрульную машину и отъезжают. Ее полицейский помахал ей рукой, когда они проезжали мимо. Минутой позже Майкл остановился рядом с ней у дороги, позвякивая ключами на пальце.
— Хочешь сама вести машину? — спросил он.
— Нет, — ответила она, сама удивившись язвительности своего тона.
Они с Майклом ссорились нечасто, и в этих редких случаях происходили скорее дружеские дискуссии, чем ожесточенные споры. Сейчас, однако, у нее не было настроения участвовать в дружеской дискуссии.
— Сам веди, — сказала она, обходя машину кругом. — А по пути объяснишь, какого черта тут произошло.
В летние месяцы перед выпускным курсом Эмерсон-колледжа Майкл работал помощником секретаря в офисе муниципалитета, что на Бикон-Хилл в Бостоне. Он вырос в Садбери, в тридцати минутах езды к западу от города, и эти поездки выводили его из себя. Но доставка пиццы и продажа видеокассет слишком ему надоели, хотелось нормальной работы, найденной по резюме. И чтобы эта работа ему досталась, как всегда, пришлось потянуть за нужные ниточки. Более десятилетия тому назад его отец был членом палаты представителей от Садбери. Когда Майкл учился в средней школе, отец умер от рака, но связи его сохранились. Тереза Дански сделала несколько телефонных звонков по поводу сына, и он быстро был оформлен на должность.
Если не считать самого места — Майклу очень нравилось бостонское здание муниципального совета и законодательного органа штата, — работа была ничем не примечательна. Он отвечал на телефонные звонки и занимался бумагами; около десяти служащих отдела выполняли работу, рассчитанную на двоих. Он часто делал наброски для обложек воображаемых компакт-дисков и книг, а иногда даже читал за своим рабочим столом.
Но он не считал эту работу напрасно потерянным временем. Если бы он все лето не катался в Бостон, если бы отец не был государственным лицом, а мать не позвонила потом нужным людям, он никогда не повстречал бы Джиллиан.
Однажды июльским утром он сидел за столом, набирая на компьютере какую-то анкету и пытаясь не обращать внимания на раздражающую духоту в комнате. Вентиляторы под потолком хрипели, словно на последнем издыхании. Его стол стоял ближе всех к окну. Солнце палило ему в спину, а кондиционеры отказывались работать, и все это вместе делало рабочее пространство удушающим. Предполагалось вскоре приступить к ремонту кондиционеров, но Майкл не верил в эти намерения. В конце концов, здание было правительственным. Двое выполняли половинную работу одного, поэтому вероятность того, что работники не бездельничают, была ничтожной. Майкл предположил, что они приступят к ремонту кондиционеров как раз ко времени наступления холодов.
В офисе стоял неумолчный гул голосов. Майкл набрал дату составленного документа и вывел файл на принтер. Потом встал, чтобы размяться, и осмотрелся. Клара, руководитель отделения, разговаривала по телефону. Шейла склонилась над компьютером. Он понятия не имел, куда подевались сотрудники. Их комнатка была отделена от более просторного помещения со стеллажами и компьютерными столами, куда приходили помощники адвокатов, чтобы заниматься сетевым поиском по запросам клиентов их фирм. Но сейчас его сослуживцев и там не было видно.
— Майкл!
Он повернулся к Шейле, которая оторвалась от компьютера, чтобы привлечь его внимание, улыбнувшись, она указала в сторону длинной открытой стойки в передней части офиса.
— К тебе клиентка.