Кэлен положила локти на плечи Ричарду и обняла его за шею.
— Возможно, сейчас я и убедила их, но происходит нечто большее, чем мы видим.
— Не буду отрицать.
— Что сказала женщина, убившая своих четверых детей?
Ричард вздохнул и убрал руки с ее талии.
— Сказала, что должно случиться нечто ужасное и своих детей она убила, спасая их от этого.
— Что ужасное?
— Я спросил. Она не смогла ответить толком. А потом просто упала замертво, как та, что пыталась убить тебя вчера.
— Она умерла? Точно так же, просто упала замертво?
— Боюсь, что да. Она забилась в судорогах и умерла, как и та женщина, которой ты коснулась. И значит, та смерть вовсе не следствие того, что ты применила силу.
Кэлен отвернулась, погруженная в собственные мысли, а Ричард окинул взглядом просторное помещение. Стены были отделаны изящными белыми панелями, вдоль кофейного потолка шел замысловатый геометрически правильный узор позолоченной лепнины. Стена за спинкой кровати была дополнительно обита мягкой темно-коричневой тканью. Над кроватью устроен балдахин из прозрачной ткани, через него видны столбики по углам, украшенные стилизованными фигурками женщин, более всего похожими на добрых духов, распростерших тончайшие крылья. Резные стулья и кушетка напротив них обтянуты серо-зеленой полосатой атласной тканью.
— Я никогда не бывал в этой комнате раньше.
— Я тоже, — сказала Кэлен. — У меня был тяжелый день, сложные переговоры с представителями земель, я устала и решила прилечь в этой комнате, чтобы немного отдохнуть. У меня не было ощущения, что за мной наблюдают, как в прошлый раз. Возможно, эта комната достаточно далеко от двух наших последних спален, и потому есть шанс, что здесь нас не найдут ничьи любопытные глаза и нам удастся нормально выспаться.
— Этим стоит воспользоваться, — рассеянно сказал Ричард, внимательно осматривая комнату в поисках малейшего намека на то, что кто-то или что-то наблюдает за ними. Однако он не почувствовал ничего необычного.
Комната была заметно больше двух предыдущих, где они останавливались. По обе стороны от кровати стояли высокие платяные шкафы с белым муаром на дверцах. Напротив стульев располагалась удобная с виду кушетка, а между ними — низкий столик, на котором стояла тарелка с насыпанными горкой сушеными фруктами. Ричард взял пару кусочков сушеного яблока и один съел, пока обходил комнату в поисках каких-нибудь признаков чего-то чуждого, намеков на проблемы.
Проблем у них и так было более чем достаточно.
Он твердо верил, что все представители земель захотят знать, почему он не явился на встречу с ними. Кроме того, он не сомневался, что Кэлен сказала им — он занят делами, связанными с возникшими трудностями. Гости, вероятно, решили, что ими пренебрегают, что Ричард игнорирует их. Однако он не в состоянии докладывать всем и каждому обо всех своих мелких делах, иначе у него попросту не останется времени на то, чтобы сделать хоть что-то.
— Как думаешь, почему все это навалилось так внезапно? — спросила Кэлен. — И почему именно сейчас?
— Ну, — сказал Ричард, заглядывая за ширму для переодевания, — вчерашняя попытка убить тебя на приеме была почти бессмысленной.
— А когда в действиях убийцы бывал смысл?
— Это была довольно глупая попытка убийства, тебе не кажется? Я вот о чем: пусть людям на приеме могло показаться, будто ты была на волосок от смерти, мы-то прекрасно знаем, что тебя трудно убить столь примитивным способом. Если бы ее истинная цель состояла в том, чтобы убить тебя, она могла бы придумать что-то более опасное.
— Мы с тобой, может, и знаем, но она, вероятно, не знала.
— Допускаю.
— Она была настроена на решительные действия. В конце концов, она доказала это, убив своих детей. Вероятно, она рассчитывала, что эффект неожиданности достаточно силен и ей удастся спокойно подойти ко мне и нанести смертельный удар.
— Или ни о чем подобном она не думала.
— Что ты имеешь в виду?
Ричард отвел шторы, чтобы выглянуть наружу через двустворчатые остекленные двери. Снаружи все было облеплено снегом, даже парапеты, а небольшие каменные вазоны превратились в сугробы. Снег шел мокрый и тяжелый. Снежинки, падая, кружились в безумных завихрениях, сугробы продолжали расти. Когда резкий порыв ветра сотряс двери, Ричард проверил, надежно ли они заперты.
— Возможно, настоящей целью, — сказал он, — было заставить людей бояться пророчеств, бояться видений вроде тех, которые были у нее, бояться чужих видений… бояться будущего. У нее были внимательные слушатели. Залитая кровью родных детей, убитых ею из-за видения, она произвела впечатление на всех, кто там был. Ее запомнят надолго. Возможно, именно это было настоящей целью всех ее действий.
— По-моему, это натяжка, Ричард. В конце концов, ее нападение и то, что я применю к ней свою силу, предсказала и та женщина, к которой ты ходил, Лоретта, и книга «Заключительные примечания». Оба пророчества сообщили одно, «Королева берет пешку». Мне не кажется, что моя несостоявшаяся убийца хотела что-то внушить людям. Скорее, это попросту подтверждает, что есть настоящие пророчества, которые сбываются, и только.
Отпустив шторы, которые плавно сошлись, скрыв стеклянную дверь, Ричард повернулся к жене и поднял бровь.
— По крайней мере, на первый взгляд и впрямь кажется так. Но, если в пророчестве сказано, что статуя упадет, а кто-то нарочно свалит ее, стремясь убедить окружающих, что пророчество исполнилось, считать ли это истинным исполнением пророчества? Или кто-то просто хочет заставить всех поверить в его истинность?
— Как можно определить, почему на самом деле упала статуя?
— Обычная проблема с пророчествами, да? Но в нашем случае есть нечто, заставляющее меня думать именно так.
Кэлен погасила лампу на туалетном столике, потом подошла к тумбочке и прикрутила фитиль в другой лампе, так, чтобы та едва горела. В комнате воцарился уютный полумрак.
— Ты имеешь в виду, что кто-то продуманно создает видимость исполнения подлинных пророчеств? А на самом деле все не так?
— Меня действительно беспокоит, что происходит больше, чем мы видим, и как раз это и есть настоящее пророчество. Я полагаю, что по сути пророчество предсказывало, что женщину, к которой ты применила силу Исповедницы, использовал кто-то другой. Думаю, об этом и предупреждало нас пророчество.
Кэлен потерла руки, борясь с холодом.
— То есть ты думаешь, что в действительности это пророчество не о том, что я сделала — «королева берег пешку» — а предостережение, что кто-то незримо управляет событиями? Ее использовали как пешку?
Ричард кивнул.
— Именно. Думаю, кто-то чего-то добивается. Думаю, пророчество предупреждает именно об этом. Лоретта записала еще одно предсказание. Оно гласит: «Люди будут гибнуть».
Кэлен вперила в него пристальный взгляд.
— Люди гибнут ежедневно.
— Да, но за последние несколько дней много людей умерло при весьма таинственных обстоятельствах. Двоих солдат, тех, что искали на рынке сбежавшего мальчика, нашли мертвыми. Шестерых детей убили, и их матери тоже мертвы. Один из представителей земель сам бросился в объятия смерти. И еще одного мальчика в бурю растерзали звери.
— Если рассматривать все эти случаи вместе, действительно кажется, будто предсказание охватывает все эти таинственные смерти. — Кэлен, успокаивая, взяла Ричарда за руку. — Другое дело мальчик. Он, скорее всего, остался один, и на него напали волки. Смерть ужасная, но не таинственная, как в остальных случаях.
Ричард поднял бровь.
— Не верю в случайные совпадения.
Кэлен вздохнула.
— Давай не будем видеть в этой смерти часть чего-то большего только из-за нашего беспокойства о том, что за всем этим может что-то скрываться.
Ричард кивнул, хотя в глубине души не был согласен. У него уже раскалывалась голова от мыслей обо всем этом.
— Нам следует хоть немного поспать.
Кэлен осмотрела комнату.
— Я не чувствую, что кто-либо наблюдает за нами, а я здесь уже довольно давно. Почему бы нам не раздеться и не лечь спать, как обычно?
Ричард видел, что она устала. Если уж на то пошло, он тоже. Им не удалось отдохнуть прошлой ночью.
— Одобряю. На мой взгляд, хорошая мысль.
Кэлен повернулась к нему спиной и приподняла волосы, чтобы он помог ей снять платье. Ричард расстегнул застежки и приспустил платье с ее плеч настолько, чтобы можно было поцеловать их. Он был рад наконец-то отвлечься от мрачных мыслей, беспрерывно крутившихся у него в голове.
Кэлен выскользнула из платья и положила его на скамью у стены. Быстро прошла по комнате, забралась на кровать и накрылась одеялом, Ричард же тем временем любовался ее соблазнительными формами. Кэлен казалась ему самой очаровательной и изящной женщиной на свете.