— Черт возьми! Скоро нельзя будет слова сказать в прерии так, чтобы о нем сейчас же не узнали.
— Вы затеяли жалкое дело.
— Нужно же на что-нибудь решиться. Итак, вы сказали?..
— Я? Я ровным счетом ничего еще не говорил.
— Ах! В таком случае прошу прощения. Я думал, вы меня спросили. Вероятно, в ваши планы не входит показать мне, что я пропал ни за понюшку табаку.
— В ваших словах есть доля правды — у меня действительно другая цель.
— Какая же?
— Воспользоваться удобным случаем и немного побеседовать с вами.
— Вы очень добры.
— Случайные собеседники попадаются в пустыне очень редко.
— Ха-ха!
— Вы участвуете в набеге?
— Боже мой, да, нужно же чем-нибудь заниматься.
— Вы правы. Будьте так добры сообщить мне кое-какие подробности.
— Насчет чего?
— Насчет этого набега.
— А! Я был бы очень рад удовлетворить ваше любопытство, но, к сожалению, это мне не по силам.
— Вот как! Почему же?
— Я очень мало посвящен в дело.
— А-а!
— Да, ведь я очень люблю противоречить, стоит меня "Только попросить о чем-нибудь, и я уже ни за что этого не сделаю.
Валентин улыбнулся и обнажил свой кинжал, лезвие которого заблестело голубоватым отливом.
— И даже если вам приведут убедительные доводы?
— Право, не знаю, — насмешливо отвечал бандит.
— О! — заметил Валентин. — Но я думаю, что на этот раз вы откажетесь от своей привычки.
— Посмотрим! Однако постойте, пора оставить эту комедию, — добавил он, меняя свой тон. — Я в ваших руках, спастись невозможно, убейте меня, но я не произнесу больше ни одного слова.
Оба собеседника обменялись многозначительными взглядами.
— Вы идиот, — холодно возразил Валентин, — и ровно ничего не понимаете.
— Я отлично понимаю, что вы хотите добыть у меня сведения о набеге.
— Вы глупец, дорогой друг. Разве вы не слыхали, что мне известно все?
Бандит задумался.
— Чего же вы от меня хотите? — спросил он.
— Просто вас подкупить.
— Гм… Это будет стоить довольно дорого.
— Но ведь вы не откажетесь?
— Я никогда не отказываюсь.
— Прекрасно, вы начинаете умнеть.
— Кто знает…
— Во сколько вы оцените свою часть добычи за эту ночь? Эль-Бюитр внимательно посмотрел на охотника, точно желая угадать его намерения.
— Боже мой, это будет очень большая сумма.
— Да, особенно если вас повесят.
— О!
— Нужно предусматривать все, пускаясь на такое дело.
— Благодарю за совет.
— Тем более, что если вы откажетесь заключить сделку, то я вас убью, как собаку.
— Приму во внимание.
— И хорошо сделаете… Но перейдем к деловой части беседы. Говорите вашу цифру.
— Пятнадцать тысяч пиастров! — вскричал бандит. — Ни одного очаво меньше!
— Ну! — сказал Валентин. — Это немного.
— Неужели? — удивленно спросил бандит.
— Я дам вам двадцать тысяч.
Несмотря на крепкие веревки, пленник невольно подскочил на месте.
— Черт возьми! — вскричал он, но сейчас же спохватился и добавил: — А где же деньги?
— Неужели вы считаете меня дураком, способным заплатить их вам вперед?
— Боже мой, мне кажется…
— Вы просто с ума сошли, мой друг. Дайте-ка я вас развяжу, чтобы свобода помогла вам собраться с мыслями.
И охотник развязал веревки. Эль-Бюитр сейчас же вскочил на ноги и стал притопывать, восстанавливая кровообращение, затем он снова повернулся к охотнику, который с усмешкой поглядывал на своего пленника и продолжал стоять на прежнем месте, опершись на винтовку.
— Но ведь вы должны дать мне какие-нибудь гарантии, — заметил бандит.
— Да, вы их получите, и очень хорошие.
— Какие же?
— Слово честного человека.
Бандит скривил гримасу. Валентин сделал вид, что не заметил этого, и спокойно продолжал свою речь:
— Я тот человек, которого белые и индейцы прозвали Искателем Следов, мое имя — Валентин Гилуа.