Она первая взяла мою руку и сжала. Я посмотрел в окно. Было еще слишком светло. Я усиленно пытался пердставить себе, что рядом со мною не Клара, а Оля. И чем отчетливее я чувствовал нарастающее возбуждение Клары, тем недосягаемее становился для моего воображения образ Оли. Самое неприятное место было у меня между ног. Там ощущался какой-то мерзкий кисель. И вдруг Клара застонала. Холодной сыпью брызнуло меня по спине. Что-то в этом полувое, полувопле послышалось мне знакомое. Я обхватил ее лицо руками и приблизил свои губы к ее губам. Она набросилась на меня. Я вспомнил. Такой же зверь бушевал во мне прошлой весной, когда покидала меня первая моя любовь.
- Оля! Олечка! - шептал я, проникая Кларе под платье…
Да…
Хуй неподвластен нашему разуму. Ему плевать на такие понятия, как жалость, сочувствие, справедливость. Ему подавай возбуждение. В общем, хуй не стоял, меня тошнило, потом прошиб понос. Клара впала в истерику, требовала Бога ниспослать ей смерть. Я с испугу вылакал все спиртное и слинял.
Клару я больше не видел. Она уволилась из библиотеки нашей части. А я получил пять суток ареста, за то, что полуголый и пьяный бегал по всему поселку, скрываясь от патруля.
Вот так случилось тогда, при странных и мутных обстоятельствах. Но сейчас все было предельно просто, как и следует при "кромешной ясности". Мы шли в самоволку, в наших фаллосах перекатывались "мотороллеры", нам нужна была Женщина, и со мной был Ключник.
Ключник величайший реалист-практик. Любое его шевеление(будь то телодвижение или полет мысли) что-нибудь да означает. Оно всегда из чего-нибудь да проистекает и уж обязательно во что-нибудь да выльется. И как правило в пользу Ключника.
- Шесть бутылок 33-го, две банки кильки в томате, буханку черного, две пачки "Явы" и коробку спичек, - заказывает Ключник и выбрасывает на прилавок четвертной. - Сдачи не надо.
Пугачиха щелкает костяшками счет.
- А ее и не будет.
- А я знаю.
Пугачиха, фыркнув, склоняется над ящиком с портвейном. Мы обозреваем ее потусторонние ляжки.
- Колени не обтрухайте, - выпрямляется продавщица и выставляет на прилавок батарею бутылок.
- Не волнуйся, у нас трухи на всю Московскую область хватит, - переправляет боеприпасы в холщевую сумку Ключник.
- Сынок, тебе жизни не хватит, чтобы меня только-только взволновать.
Трудно было на это заявление чем-либо возразить. Своим мистическим телом Пугачиха волновала весь Московский военный округ. От рядового Кукурузы до проверяющего генерала из Министерства Обороны. Все из-под спуда помышляли о ней. Каждый на свой манер. Пока помыслы не вызревали в замыслы, которые приводили к одному и тому же действию с идентичным финалом. Никому еще не удавалось насытить ее сверхъестественное чрево. Как гигантская пиявка, окутывало ее космическое вожделение очередную обезумевшую жертву и через мгновение сплевывало жалкий обсосок.
Рассказывали, что однажды, дюжина уязвленных дембелей, каждый из которых в свое время потерпел фиаско на пуховом животе Пугачихи, сбились в артель и решили единым напором вторгнуться в горнило Черной Дыры, чтобы выйти победителями. Пугачиха не возражала, но выдвинула одно условие - дюжина должна была разбиться на пары. И того, значит, выходило шесть подходов дуплетом с круга. "Не умрем на первом, так задолбим на втором!" - рассчитывали дембеля. И первая пара выдвинулась на позиции.
На первом круге дьяволица лишь слегка пошалила с ребятишками. А те размялись и настроились на затяжной победный натиск. Но на втором круге Пугачиха устроила им свой коронный всос. Как она это делала - вопрос праздный! Как вырваться из ее всепоглащающей воронки? Вот вопрос жизни и смерти! Вы, наверное, видели или, по крайней мере, слышали, как змея натягивает себя на яйцо. Вот, примерно, то же самое испытали на себе и возомнившие дембеля.
- Если бы я поставил целью всей своей жизни уебать Пугачиху насмерть, место в книге рекордов Гиннеса было бы мне обеспечено, - заявляет Ключник, когда мы покидаем вино-водочную лавку. - Но встает вопрос, а на хуя мне это надо?
И возражать против этого тоже не имеет никакого смысла. Ключник виртуоз логических обоснований нелогичного поведения.
И вот мы в засаде. Место странное. Под мостиком, что перекинут через захламленный ручей. Здесь сыровато и попахивает болотцем. Но неподалеку автобусная остановка - сюда прибывает и отсюда же отправляется автобус, единственный транспорт, который связывает поселок с другим миром.
- Здесь у нас все карты, как на ладони. И в основном козырные, - поясняет Ключник преимущества избранной им позиции и откупоривает бутылочку, для приобретения куражливого запашка. - В парке или у кинотеатра с бухаловым нас Чуб в момент вычислит, это раз. Во вторых, там только эти мокрощелки тусуются, с которыми до вечера придется анекдоты травить, потом в кустиках за пизду подержишься и на нары в сухую шары гонять. Нам это надо?
Нет, этого нам не надо. Этого уже достаточно. И поэтому я полностью отдаюсь во власть Ключника. Он знает главное - кто дает, а кто не дает.
Ключник раскусил женщин еще в пятнадцатилетнем возрасте. В ту пору он был смазливым пончиком с золотистыми кудряшками. Он так стеснялся своей упитанности, что боялся смотреть на девушек даже исподтишка. Ключник-мальчик увлекался авиамоделизмом. Целыми днями он выпиливал лобзиком нервюры, собирал из них крылья и оклеивал их папиросной бумагой. Вечерами читал журнал "Моделист-конструктор", а ночами воображал полеты на аппарате собственной конструкции.
Но его мечтам не суждено было сбыться. Обеспокоенная нелюдимостью своего сына, мама Ключника решила оторвать его от пагубных журналов и отослала на летние каникулы к своей сестре в Новгород. В древнем городе Ключник познакомился со своим двоюродным братом - призывником Жорой, которому осенью предстояло стать новобранцем. По этому случаю Жора уволися с работы и ударился нагонять упущенное. Он сразу полюбил своего меньшого братишку и не отпускал от себя ни на шаг.
Как-то утром родственники закупили ящик "Изабеллы" в одном из продмагов великого города, и тут появилась эта женщина-вулканолог на своих "Жигулях". Жора уже знал ее с лучшей стороны и держался независимо. Вулканолог сама вызвалась подвезди их до дома. Ключник оказался на переднем сидении. Вулканолог прикурила сигарету и ударила по газам. Никогда в своей жизни не ездил Ключник с такой скоростью. Всю дорогу он не мог оторвать взгляда от красной стрелки спидометра, что подрагивала на цифре 140! А вечером того же дня Жора вытащил Ключника из постели и сообщил, что вулканолога взволновал его взгляд, которым он буравил ее коленки, и теперь она требует доставить ей "…этого пончика на тарелочке с голубой каемочкой".
- Какие коленки?! Какие тарелочки?! - кричал Ключник. - У меня до сих пор живот крутит от такой езды! Я даже не помню, какого цвета у нее волосы!
- Крашенные, - сказал брат и вынул из кармана бутылку "Перцовки". - На, глотни пару раз, она хорошо крепит. И пошли, женщина ждет.
Ключник пробовал улизнуть, но старший брат взвалил его себе на левое плечо и понес.
- Вот вам пончик, - сказал Жора открывшей дверь женщине-вулканологу, - а вот и тарелочка с голубой каемочкой, - и протянул сетку с бутылками портвейна.
Расположились на кухне. На стенах висели фотографии с видами действующих и потухших вулканов, а также портреты суровых бородатых мужчин. По углам торчали булыжники вулканических пород.
Пили стаканами. Брат между дозами пел под гитару песни про дальние странствия. Вулканолог курила.
Когда портвейн вышел, брат встал:
- Ну, я пошел, - сказал он.
- И я, - попробовал подняться Ключник, но пол взметнулся у него из-под ног, и авиамоделист оказался в руках вулканолога.
- Тяжеленький, - сказала женщина мужественной профессии и потащила четырехпудовый пончик в свою спальню.
Там она оголила трепыхающееся тело и сгребла в свои мозолистые ладони невинные яйца.
- Как парное молоко! - воскликнула исследователь каналов и трещин земной коры. Облизнулась и принялась взбивать сливки.
Из журналов Ключник многое знал о реактивной тяге. Своими руками юный конструктор соорудил и отправил в небо несколько реактивных снарядов. И вот теперь он чувствовал, как у него между ног вызревала сверхмощная ракета из живой плоти. Когда тяга возросла до чудовищных размеров, вулканолог скинула с себя платье, отбросила трусики и запустила ту ракету в свой открытый космос…
Ключник вцепился в мощные бедра вулканолога и полетел. Перед его газами раскачивались огромные груди, как колокола благовестные. А скорость все нарастала и нарастала. И вдруг вулканолог выпрыгнула, выгнулась вся, как серп, и опустилась последний раз, словно кузнечный молот.
- Мама! - успел крикнуть Ключник и впал в беспамятство.
Очнулся с ваткой нашатыря под носом.
- Давай, давай, пончик, мы только начали, - подбадривала его голый специалист по геологическим образованиям. Она усадила его на кровати, заботливо подложила под спину подушки и установила перед ним поднос.
- Тебе надо подкрепиться. Сейчас я принесу красного вина и бараньих ребрышек, - и пошла на кухню.
А Ключник смотрел ей всед и видел огромную жопу с вздернутыми ягодицами и дымящимся кратером между ними. В Ключнике проснулся самец. Когда ближе к вечеру нового дня за братом пришел Жора, из спальни вышел совсем другой человек. Смахнув пот со лба и отдышавшись, Ключник-мужчина велел Жоре бежать домой, изъять из его чемодана все деньги, что были укрыты в маленьком потайном карманчике, которые он последние несколько лет копил на мотор для своего будущего дельтаплана, и на всю сумму купить красного вина и бараньих ребрышек.