И то, что сейчас он вот такой - ошеломленный, словно не понимающий, где находится - это более, чем естественно. Да и гибель Арли, еще и ради него гибель - наверное, рвет душу.
Ильгет как-то спокойнее, она успела привязаться к Арли, но после того, как первый взрыв горя прошел, все же легче. Но она не видела гибели девушки своими глазами.
— Пойдем, - она обняла мужа за плечи. Арнис с благодарностью посмотрел на нее, пошел покорно.
Ничего, мой родной. Я сделаю так, что ты забудешь весь этот кошмар. Ты поживешь теперь на Квирине, в тихом и светлом счастье, и родится малышка, тебе будет хорошо… ты опять станешь прежним.
Ильгет прижалась к Арнису. Стала осторожно гладить его плечи. Он обнял ее в ответ, но лежал неподвижно. Ильгет подумала, что может быть… как-нибудь сделать так, чтобы… ведь мужчины к этому относятся иначе, им это нужнее. Ей вспомнился Пита. Неужели она для Арниса не сделает все, что делала для Питы по требованию? Ласки ее стали смелее. Но Арнис вдруг взял ее руку, остановил, поднес к губам и поцеловал.
— Не надо, Иль, - сказал он, - я сейчас… видишь, вареный совсем.
Ильгет прильнула щекой к его плечу. Арнис погладил ее по голове.
— Хорошо с тобой, - прошептал он, - просто вот так лежать бы и лежать.
Ильгет ощутила, как комок подкатывает к горлу. И ей было очень хорошо.
Но Арнис очень быстро изменился. Уже дня через два он совершенно вошел в ритм нормальной квиринской жизни. Теперь уже не он вызывал жалость Ильгет, нет, он был прежним, и уже казалось, не было никакой разлуки, ничего не изменилось. Он думал теперь только об Ильгет, о маленькой, еще не родившейся Арли.
Они вместе ходили на занятия для будущих родителей, и начали работать с Эо Лисс, педагогом раннего развития.
Дети на Квирине растут в семье. Но родители - не профессионалы, а о том, как правильно растить и развивать младенца, существует целая наука. И чтобы до каждого квиринского ребенка достижения этой науки дошли, принято заниматься воспитанием под руководством профессионального педагога.
Пока что под руководством Эо они оборудовали детскую комнату всем необходимым для правильного развития девочки. И заодно выслушали ее лекции о том, как вести себя с новорожденной.
Ильгет проснулась ночью от резкой тянущей боли в животе. Стиснув зубы, она перетерпела схватку… уже началось?
Да нет, схватки могут идти сутками. Если это начало, то роды могут быть и через неделю. Ой, снова потянуло… Первый раз схватки шли вообще постоянно, каждый день, начиная месяцев с шести. Хотя Ильгет все время почти лежала.
Арниса не стоит будить.
Если бы действительно началось, наноэффекторы уже действовали бы. В организм уже месяц как введена специальная наноматка, которая будет руководить всем процессом родовспоможения. Однако боль почему-то вполне ощущалась. Значит, это еще несерьезно?
Боль возвращалась часто… Ильгет просто сжималась и терпела, не стонала. Пусть Арнис поспит. Но через некоторое время он проснулся, увидел, что Ильгет, свернувшись на боку, тяжело дышит сквозь стиснутые зубы, сразу же вскочил.
— Иль? Уже началось? Ты что молчишь-то?
— Да нет, вряд ли.
Он сидел рядом. Нагнувшись, целовал ее лицо. Держал за руку.
— Ложись, - сказала Ильгет, - вряд ли это уже оно.
— Да какой тут сон!
Он вздрагивал каждый раз, когда начиналась схватка.
— Ты знаешь, я так рада… я рада, что детка скоро уже будет. Я не могу в это даже поверить! - говорила Ильгет.
— Да, - ответил Арнис деревянным голосом, и она поняла, что ему страшно.
— У тебя такой вид, как будто я первая женщина в мире, которой предстоит рожать! Да еще и на Квирине. Слушай, дай мне лимонника! Пить хочу.
Он с облегчением бросился на кухню, забыв о существовании робота-серва.
К утру боль исчезла.