- Ну… потому что я не могу. Если бы даже хотел. Он достался мне не для продажи, еще до того, как я появился на свет… еще до моей матери. Вот в чем дело. - Джонни строго посмотрел на мать. - Мама, я не понимаю, к чему ты клонишь?
- Хватит об этом, - тихо сказала она, - Мама знает, что лучше для тебя.
Джон Томас помрачнел, и мистер Перкинс ловко сменил тему разговора:
- Во всяком случае, раз уже я проделал такой путь, не мог бы я познакомиться с вашим питомцем? Мне очень интересно…
- Почему же нельзя, - Джон Томас медленно поднялся на ноги и пошел к выходу.
Увидев Луммокса, мистер Перкинс сделал глубокий вздох и с шумом выпустил воздух:
- Восхитительно! - Он обошел вокруг Луммокса, изумляясь на каждом шагу. - Просто потрясающе! Уникально! Это самое большое внеземное существо, которое я когда-либо видел! Ума не приложу, как его доставили на Землю!
- Ну, с тех пор он немного подрос, - признал Джон Томас.
- Понимаю. Я слышал, он немного подражает человеческой речи. Не могли бы вы попросить его произнести несколько звуков?
- Чего? Он не подражает… он говорит.
- В самом деле?
- Конечно. Эй, Лумми, мальчик мой, как ты поживаешь?
- Отлично, - пискнул Луммокс. - А что ему надо?
- Да ничего особенного. Он просто хочет посмотреть на тебя.
- Он говорит!
- Мистер Перкинс в изумлении вылупил глаза. - Мистер Стюарт, лаборатория просто обязана получить этот образец!
- Я уже сказал - с этим покончено.
- Я с самого начала был готов выложить приличную сумму, а теперь, когда я увидел… и услышал его…
Джон Томас почувствовал, что сейчас взорвется, но сдержался и сказал:
- Мистер Перкинс, вы женаты?
- Да. А что?
- И дети есть?
- Девочка. Ей всего пять лет. - Лицо Перкинса смягчилось.
- Я предлагаю вам сделку. Давайте обменяемся. И без всяких вопросов. И пусть каждый делает со своим "образцом" все, что захочет.
Перкинс залился румянцем, а затем улыбнулся.
- Туше! Я сражен наповал. Но, - продолжал он, - давайте не будем торопиться. Вы не представляете, какое искушение представляет это существо для человека науки. В самом деле. - Он с тоской посмотрел на Луммокса и спросил:
- Не вернуться ли нам?
Когда они вошли, миссис Стюарт взглянула на них. Мистер Перкинс отрицательно качнул головой. Они расположились в креслах и мистер Перкинс сложил кончики пальцев.
- Миссис Стюарт, вы предупреждали меня, что разговор будет нелегким, но если я скажу директору Лаборатории, что мы даже не смогли договориться, я буду выглядеть просто глупо. Могу ли я рассказать вам конкретнее о предложениях музея… просто ради информации?
- Ну что ж… - Джон Томас нахмурился. - Я думаю, беды в этом не будет.
- Спасибо. Я должен сделать хоть что-нибудь, чтобы оправдать расходы на дорогу. Разрешите мне проанализировать ситуацию. Это создание… ваш друг Луммокс… или лучше "наш друг Луммокс", ибо я влюбился в него, как только увидел… наш друг Луммокс под угрозой смертного приговора, не так ли? Таково было решение суда.
- Да, - вынужден был признать Джон Томас. - Но приговор еще не утвержден Межзвездным Департаментом.
- Я знаю. Но полиция уже готовится привести его в исполнение, не дожидаясь формального утверждения. Так?
Взглянув на мать, Джон Томас удержал ругательства, готовые сорваться с языка:
- Тупые идиоты! Но как бы там ни было, им не удастся убить Луммокса, они слишком глупы.
- Я согласен с вашей оценкой… в частном порядке. Этот буйвол, шеф полиции. Но ведь они все же могут уничтожить совершенно уникальное создание! Непостижимо!
Откашлявшись, миссис Стюарт сказала:
- Шериф Дрейзер - прекрасный джентльмен.
Мистер Перкинс повернулся к ней:
- Миссис Стюарт, я не собирался порочить вашего приятеля. Но я должен сказать прямо: у шерифа нет прав самолично решать эту проблему. Такое отношение нетерпимо со стороны любого гражданина, тем более - представителя закона.
- Он должен думать о безопасности общества, - настойчиво сказала миссис Стюарт.
- Совершенно верно. Возможно, у него есть какие-то смягчающие обстоятельства. Я беру обратно свои слова. В данном случае я не настаиваю на своей точке зрения.
- Я рада слышать, что вы не собираетесь продолжать эту тему. Но можем ли мы вернуться к предмету разговора?
Джон Томас почувствовал, что в нем начинает просыпаться теплое чувство к ученому - мать обошлась с Перкинсом точно так, как не раз поступала с ним. И кроме того, Перкинсу нравился Луммокс.
- В любую минуту, завтра или даже еще сегодня, Межзвездный Департамент санкционирует уничтожение Луммокса и…
- А вдруг они откажутся…
- Можете ли вы класть на чашу весов жизнь Луммокса, а на другую - столь слабую надежду? Шеф полиции снова возьмется за дело - и на этот раз он обязательно доберется до Луммокса.
- Нет! Он не знает, как это сделать! И мы посмеемся над ним!
Мистер Перкинс печально покачал головой:
- Это голос не разума, а сердца. Шериф не будет терять времени даром. Он только выглядит тупым; во второй раз он не попадется впросак. Если он сам не догадается, то обратится к экспертам, специалистам. Мистер Стюарт, любой биолог, лишь посмотрев на Луммокса, сможет прикинуть два или три верных способа, как покончить с ним быстро и эффектно. Даже я, лишь увидев его, подумал об одном.
Джон Томас с тревогой посмотрел на ученого:
- Но ведь вы не станете подсказывать шерифу Дрейзеру?
- Конечно, нет! Я скорее себе язык откушу. Но есть тысячи других, которые с удовольствием придут ему на помощь. Или он может нащупать путь сам. И будьте уверены: если вы будете ждать утверждения или отмены смертного приговора, будет слишком поздно.
Джон Томас не нашелся, что ответить. Миссис Стюарт тихо добавила:
- Ты не можешь в одиночку выступать против всех. И ты должен понять: твое упрямство приведет к гибели Луммокса.
Джон Томас вцепился зубами в костяшки сжатого кулака.
- Что же я могу сделать? - еле слышно сказал он.
- Многое, если вы позволите мне помочь вам. Прежде всего, давайте внесем ясность. Если вы доверите нам своего питомца, никто не сможет причинить ему вред. Вы, наверное, слышали разговоры о вивисекциях и всем прочем… так вот - забудьте их. Наша цель - создать для животного среду, как нельзя больше похожую на ту, в которой он жил на своей родной планете, и изучать его. Мы хотим, чтобы животные были здоровы и счастливы, и прилагаем немало усилий, чтобы достичь этого. И когда в конце концов Луммокс умрет естественной смертью, его скелет и шкура займут свое место на нашей постоянной выставке.
- А вы бы хотели, чтобы вас выпотрошили и выставили? - резко спросил Джон Томас.
- Что?
- Перкинс сначала удивился, а потом рассмеялся. - Меня лично это не волнует; я уже завещал свой скелет медицинскому колледжу моей альма матер. Да и Луммокса это не будет волновать. Суть дела в том, чтобы вырвать его из лап полиции… и чтобы он мог в спокойствии дожить до своих преклонных лет.
- Подождите. Ведь если вы его купите, он никуда не денется отсюда. Так и так они доберутся до него и убьют. Разве не так?
- И да, и нет. Скорее, нет. Продажа его Музею не означает отмену приговора, но, верьте мне, он никогда не будет приведен в исполнение. Я консультировался с нашим юридическим отделом. Во-первых, вы дадите мне расписку в получении денег, и это сразу же обеспечит Музею легальное положение. Должен сказать, что сегодня вечером я уже беседовал с вашим судьей и получил временное распоряжение, откладывающее приведение приговора в исполнение на несколько дней. Это решение он принял сам, дабы наконец выяснилась ситуация с окончательным владельцем. Теперь, если в этом возникает необходимость, мы можем прямиком отправиться к Секретарю Межзвездного Департамента… и я обещаю вам, что как только права Музея будут обеспечены, Луммокс будет в полной безопасности.
- Вы уверены в этом?
- Достаточно, чтобы рисковать деньгами Музея. Если я ошибаюсь, меня просто выгонят с работы. - Перкинс улыбнулся. - Но я не ошибаюсь. Как только я получил временное распоряжение, я позвонил в Музей, чтобы сделать его постоянным. Следующим моим шагом будет устранение всех опасностей. Средств для этого хватит… и они произведут соответствующий эффект. Как только это будет сделано, против нас останется один шериф полиции… и если в вас он еще видит препятствие, с которым может справиться, он никогда не сможет противостоять той силе, которую в случае необходимости выдвинет против него наш Музей. И все будет в порядке, все будут счастливы! - Перкинс снова улыбнулся. - Все продумано!
Джон Томас прошелся по комнате, сел и уставился в потолок:
- Видите ли, мистер Перкинс, я понимаю, что должен что-то делать для спасения Луммокса. Но сегодня я не вижу никакого пути… и, наверное, у меня не хватает смелости посмотреть фактам в лицо.
- Значит, вы согласны?
- Прошу вас, не торопитесь! Во всем этом нет ничего хорошего. Лумми будет тосковать в одиночестве. Он никогда не привыкнет к нему. Ему лучше умереть, чем быть пожизненно заключенным. Не знаю… но ему в самом деле лучше умереть, чем мучиться от одиночества, в окружении чужих существ, которые будут тыкать и тормошить его и приставать с тестами. Но я не могу спросить его, чего он хочет, потому что он просто не понимает, что такое смерть. Но он знает, что такое чужаки.
Мистер Перкинс закусил губу и подумал, что с этим молодым человеком очень трудно сговориться:
- Мистер Стюарт! А устроит ли вас, если вы отправитесь к нам вместе с Луммоксом?
- Что? Как?