- Да нет вроде бы… По крайней мере, пока я была с ним рядом - ничего. Ну, разве только что ему было очень холодно, и всё.
Дорс, вконец расстроенная, кивнула и, глядя в одну точку, проговорила:
- Раз никто не видел, как он спустился, значит, он может быть до сих пор там, наверху. Надо бы подняться и поискать его.
- Но… - Клозия занервничала. - Говорю же тебе, мы посмотрели. Было ещё светло, и никого там не было.
- Всё равно надо посмотреть, поискать его.
- Да, но… я… это не в моей компетенции. Я же всего-навсего практикантка и не знаю кода на выходе из купола. Лучше тебе обратиться к доктору Леггену.
26
Дорс понимала, что Леггена, мягко говоря, будет нелегко уговорить сейчас подняться наверх. Что ж, придётся заставить.
Она ещё раз обошла все места, где могла бы найти Селдона, - библиотеку, столовую, позвонила в комнату Селдона, поднялась, позвонила в дверь. Никто не открыл. Тогда Дорс уговорила дежурного по этажу открыть дверь своим ключом. Комната была пуста. Дорс спрашивала о Селдоне у всех, кто познакомился с ним за последние недели. Никто его не видел.
Делать нечего, нужно убедить Леггена подняться с ней наверх. Теперь поздно, уже ночь. Легген наверняка будет упираться. Сколько времени уйдёт на уговоры? А Гэри там, наверху, замерзнет под снегом.
Тут у Дорс мелькнула новая мысль, и она поспешила к небольшому университетскому компьютеру, в память которого были заложены данные о работе студентов, преподавателей и обслуживающего персонала.
Быстро пробежавшись пальцами по клавишам, Дорс нашла то, что искала.
Трое. Далеко, правда, совсем в другой части кампуса. Но это ничего.
Дорс взяла напрокат маленькую машину и скоро уже звонила у двери, которую искала. Хотя бы один из тех, кто ей нужен, должен быть дома.
Ей повезло. В ответ на звонок сразу загорелась лампочка. Дорс набрала свой идентификационный код, говоривший о том, кто она такая и где работает. Дверь открылась. На пороге стоял пожилой полный мужчина. Он, видимо, мылся перед обедом. Волосы у него были мокрые, растрепанные, одет он был по-домашнему.
- Прошу прощения, - смущенно поклонился он, - вы застали меня врасплох. Чем могу быть полезен, доктор Венабили?
Переведя дыхание, Дорс спросила:
- Вы - Роджен Бенастра, сейсмолог?
- Он самый.
- У меня к вам срочное дело. Мне нужно просмотреть данные о сейсмической обстановке наверху за последние несколько часов.
- Но к чему вам это? - удивился Бенастра. - Там всё в полном порядке. Сейсмограф ничего экстраординарного не показывает.
- Я имею в виду не падение метеорита.
- Я тоже. Для этого сейсмограф не нужен. Мы регистрируем трещины в обшивке, дырочки всякие. Но ничего такого сегодня не случилось.
- Не в этом дело. Прошу вас, отведите меня к сейсмографу и расшифруйте его показания. Это вопрос жизни и смерти.
- Но… я приглашен на обед…
- Я серьёзно. Это действительно вопрос жизни и смерти.
- Ничего не понимаю… - пробормотал Бенастра, но Дорс так смотрела на него, что он не выдержал, сдался, вытер лицо, быстро влез в рубашку.
Дорс так торопилась, что они почти бегом добрались до маленького приземистого здания, где располагалась сейсмолаборатория. Дорс, ничего не понимавшая в сейсмологии, спросила:
- Вниз? Мы спустимся вниз?
- Конечно. Ниже жилой зоны. Сейсмограф установлен глубоко: чтобы не испытывать вибрации.
- Но, простите, как же вы можете судить снизу о том, что происходит наверху?
- К сейсмографу подключена целая сеть датчиков, установленных на поверхности куполов и в их толще. Стоит там камушку упасть, и у нас всё регистрируется. Ветер подует сильнее, и это мы тоже видим. Еще…
- Ясно, ясно, - Дорс нетерпеливо кивнула. У неё вовсе не было желания выслушивать лекцию о том, как точно сейсмологическое оборудование. - Скажите, а если кто-то ходит по поверхности, это вы можете зарегистрировать?
- Ходит? - удивился Бенастра. - Кто может ходить по поверхности?
- Как кто? Ну, к примеру, сегодня там работала бригада метеорологов.
- А, вот вы о чём. Да нет, вряд ли их шаги можно зарегистрировать.
- А мне кажется, можно, если приглядеться повнимательнее. Именно этого я от вас и хочу.
Бенастре не очень-то понравились приказные нотки в голосе Дорс, но он промолчал. Нажал кнопку на пульте, и экран ожил.
В правом углу загорелась яркая точка, от которой протянулась горизонтальная линия в левый угол. Линия слегка подрагивала, время от времени взлетала вверх. Дорс смотрела на неё как загипнотизированная.
- На самом деле всё спокойно, - объяснил Бенастра. - То, что вы видите, - это результат изменений атмосферного давления, небольшой дождик, отдаленный шум двигателей. Всё спокойно.
- Это сейчас. А несколько часов назад? Прошу вас, просмотрите записи, сделанные в 15.00. Наверняка у вас есть такие записи.
Бенастра отдал компьютеру соответствующие распоряжения, и пару секунд на экране творилось нечто неописуемое - настоящий хаос. Потом всё успокоилось, и снова возникла горизонтальная линия.
- Я вывел чувствительность на максимум, - пробормотал Бенастра.
Теперь гребни волн стали значительно выше и заметнее.
- Что это значит? - спросила Дорс. - Объясните мне, прошу вас.
- Ну, мисс Венабили, раз вы говорите, что в это время там были люди, стало быть, это зарегистрированы их шаги, вызвавшие изменение давления на поверхность. Честно говоря, не знаю, интерпретировал ли бы я эту картину так, если бы не знал, что в это время там кто-то ходил. Обычно мы такие колебания называем малыми вибрациями и никогда не связываем их с чем-либо опасным.
- А можете определить, сколько там было людей?
- На глаз? Нет. Здесь перед нами результат их общего воздействия.
- На глаз нельзя? А нельзя ли проанализировать эту информацию с помощью компьютера? Разложить на компоненты?
- Сомневаюсь. Воздействие минимально, да и посторонних шумов полно. Результаты могут получиться далекими от достоверности.
- Ну, хорошо. Промотайте… не знаю, как лучше сказать… словом, можете вы добраться до того момента, когда шаги прекратились? Можно сделать быструю перемотку?
- Если я сделаю, как вы говорите, быструю перемотку, получится просто прямая линия, а по обе стороны от неё - дымка, туман. Лучше двигаться вперёд пятнадцатиминутными интервалами, просматривать ленту и мотать дальше.
- Отлично. Давайте!
Дорс и Бенастра внимательно смотрели на экран. Наконец Бенастра изрек:
- Вот. Видите? Всё, вот здесь всё закончилось.
По экрану снова ползла горизонтальная линия, лишь изредка слегка подрагивая.
- И когда это произошло?
- Два часа назад. Или чуть раньше.
- Хорошо. И больше там никого не осталось?
Бенастра начал нервничать.
- Как я могу сказать? Я думаю, самый тончайший анализ не позволил бы дать ответа на такой вопрос.
Дорс упрямо поджала губы.
- Скажите, у вас установлен датчик, или как там это называется, около базы метеорологов? Вы сейчас с него информацию считывали?
- Да. Оттуда, где стоят их приборы и где они работали. Хотите, - спросил он раздражённо, - чтобы я проверил данные с других датчиков неподалеку от этого места? С каждого по отдельности?
- Нет. Давайте посмотрим, может быть, этот датчик нам ещё что-то скажет. Двигайтесь вперёд, как и раньше, с пятнадцатиминутными интервалами. Не исключено, что один человек там остался, а потом вернулся к базе.
Бенастра покачал головой и пробурчал под нос какое-то ругательство.
Экран снова ожил. Вскоре Дорс резко спросила, тыча пальцем в линию:
- А это что такое?
- Не знаю. Шум какой-то.
- Нет, не шум. Смотрите, тут явная закономерность. Может, это шаги одного человека?
- Почему бы и нет? Может быть. Очень может быть. Но может быть, и нет. Возможно всякое.
- И всё-таки очень похоже на шаги. По скорости, ну, смотрите же!
Прошло немного времени, и Дорс попросила:
- А ну-ка, ещё немножко вперёд.
Бенастра выполнил её просьбу.
- Вам не кажется, что колебания возросли?
- Может быть. Можно замерить.
- Не надо. И так видно. Шаги приближаются к датчику. Давайте-ка ещё немножко вперёд. Посмотрим, когда они прекратятся.
Через некоторое время Бенастра сообщил:
- Прекратились. Двадцать - двадцать пять минут назад. Шаги там или что другое, не знаю, - добавил он.
- Шаги. Конечно, шаги, - убеждённо мотнула головой Дорс. - Там, наверху, - человек. И пока мы с вами тут ерундой занимаемся, он замерзает. Так что давайте не будем препираться. Позвоните-ка на факультет метеорологии и добудьте мне Дженнара Леггена. И скажите ему, что речь идёт о спасении жизни человека. Так и скажите!
У Бенастры задрожали губы, но он уже давно понял, что сопротивляться и спорить с этой упрямой дамочкой совершенно бесполезно.
Примерно через три минуты на панели голоприёмника возникло изображение Леггена. Он явно выскочил из-за обеденного стола. За воротником красовалась салфетка, которую он, очевидно, не успел приложить к перепачканным едой губам.
На его вытянутой физиономии было написано искреннее возмущение.
- Какой жизни? Что это значит? Кто вы такой, чёрт подери?
Тут его взгляд упал на Дорс - она подошла поближе к Бенастре, чтобы её изображение тоже было видно на экране голоприёмника Леггена.
- А-а-а! Это снова вы! - рявкнул Легген. - Нет, от вас положительно можно с ума сойти.