Всего за 149 руб. Купить полную версию
- Не дрейфь, майор! Сейчас проедем Чинадиево, а в Сваляве повернем налево, километров двенадцать в горы, и там будет эта Поляна. Этот, в шляпе, важный - покажет, куда нам свой грузовик с товаром поставить, так, чтобы его хлопцам было удобно этой ночью поляка чуток догрузить, тонны на две с половиной. Он думает - вернее, это ему ребята соседние в уши надудели - что мы контрабасом хотим в Болгарию запасные части для авиационных двигателей провезти - как мне подполковник Загородний объяснил. Такая у нас с тобой легенда. Я - экспедитор, ты - получатель. В Сливене грузовик разгрузится, и ты, после растаможки, своё железо заберешь. Завтра утром Загородний велел с ним связаться, получить дальнейшие инструкции.
Одиссей молча кивнул.
Через полчаса они были в Поляне - и, следуя за старым "фордом", въехали на территорию паркинга на самой окраине этого села - у Одиссея назвать посёлком этот населенный пункт язык не поворачивался.
"Колоритный гуцул" подошёл к ним, как только они покинули чрево "шкоды" - и, указывая на стоящий в закутке старый тягач "мерседес" с полуприцепом, сказал вполголоса:
- Ось к этому камьону сегодня к часу ночи подгоняй свою лайбу. У тебя сто мест?
Капитан кивнул.
- Сто. Размерами в среднем сто шестьдесят на семьдесят на семьдесят.
Мирон почесал затылок.
- Что, проблемы? - поинтересовался Одиссей.
- Та не, нема никаких проблем. Я просто думаю, два пропила делать, чи три.
- Каких пропила? - не на шутку удивился капитан Фёдоров.
Гуцул махнул рукой в сторону "мерседеса".
- Пойдем, покажу.
Втроём они подошли к полуприцепу. Гуцул, явно принимая Одиссея за старшего, указал ему на тент, по нижнему краю которого во всю длину полуприцепа тянулся ряд небольших круглых отверстий, размером с рублёвую монету, по краям обшитых металлическими кольцами.
- Ось, бачишь?
- Бачу. Дырки. За них тент крепится к бортам. Ну и что? - Одиссей не совсем понимал, что пытался объяснить ему гуцул.
- И тент крепится к бортам, и таможенный трос через них продет. Бачишь?
Только тут Одиссей увидел тоненький стальной тросик, продетый через некоторые из этих отверстий, и обвивающий полуприцеп так же, как шпагат обвивает праздничный торт.
- Ну да, на этот трос на задних дверях вешается замок и таможенная пломба, и машина идёт под ТИРом, без транзитного таможенного досмотра…. Знаю.
Гуцул хитро улыбнулся.
- А сейчас смотри внимательно!
С этими словами он взялся пальцами обеих рук за кольцо, через которое был продет тросик, проделал какую-то неуловимую комбинацию - и, к вящему удивлению Одиссея, тросик вывалился из отверстия вниз и беспомощно повис! Гуцул важно объяснил сей удивительный факт:
- Мы пропиливаем два кольца, трос вываливается, освобождая край тента, и получается ход внутрь прицепа - небольшой, аккурат на ящик сигарет. Пропил, як бачишь, делаем не прямо, а под углом, и его при таможенном досмотре не видно. Но у тебя сто мест и малость негабарит - вот я и думаю, два пропила делать, чи три.
Одиссей почесал затылок.
- А водитель?
Гуцул небрежно махнул рукой.
- А шо водитель? Водитель свою тысячу долларов получает и молчит в тряпочку. За одну ходку мы грузим пятьдесят коробов "ЛМ" или "Кента" - считай, две с половиной тысячи блоков. С каждого блока имеем по четыре доллара, итого - десятка. Штуку платим водиле, три - таможеннику в Польше, который не лезет в глубину фуры, штука уходит на прочие затраты. Чистая прибыль - пять тысяч. Ты, со своих запчастей, куда больше получишь…
Последние слова гуцула Одиссея несколько напрягли. Он отрицательно покачал головой.
- Не особо. Много с кем надо делиться.
Мирон кивнул понимающе.
- Ясное дело, запчасти кому попало не впаришь, не сигареты…. Но десятку зелени иметь будешь?
Одиссей почесал затылок.
- Если всё пройдет нормально - буду.
- А шо может пойти ненормально? Таможня в Сливене куплена с потрохами, водила в курсе, что головой за груз отвечает, машина специально на три тонны недогружена против документов, место оставлено под твои ящики…. Всё будет окей, не боись!
- Договорились. Машину нашу к часу?
- Не раньше. Тут до двенадцати рядом ресторан работает, отдыхающие могут помешать.
Одиссей и капитан пожали руку "колоритному гуцулу" и, сев в "шкоду", направились обратно, в Мукачево.
- Ну, что ты думаешь за этого контрабандиста? - Одиссея мучили некоторые сомнения, и он решил посоветоваться со своим товарищем.
- Контрабас как контрабас…. Ты учти, это люди не наши, они за бабки рубятся; а в этом деле, в контрабандном, ошибок никто никому не прощает, потому что любая ошибка - это потеря денег! Не знаю, какие дела у наших "соседей" с этой публикой, но, раз они нам их выкатили - значит, в надежности этого канала уверены.
Одиссей кивнул.
Капитан, достав из своей сумки бутылку воды - предложил:
- Водички здешней не хочешь? Тут минеральная вода, не поверишь, прямо из криничек бьет! Мы с моим водилой сегодня рано утром недалеко от Верецкого перевала прямо в лесу набрали - и до сих пор холодная, как лёд!
Одиссей глотнул родниковой воды. Ого! С такой водичкой и ангину, пожалуй, можно схватить! Но хороша, свежа немыслимо, и минерализация, по всем признакам, огого! - куда там Баден-Бадену или чешским Карловым Варам! Не умеют здешние гуцулы этаким сокровищем распорядиться - а может, просто и не хотят особо. Сегодня они здесь хозяева, а завтра, когда тут разные фирмы понастроят лечебниц и начнут с болящего западного бюргерства живую копейку выжимать - то и эти парни, пожалуй, могут оказаться чужими на своей же земле…. История известная. Ладно, Господь с ними, с гуцулами, сейчас надо свои проблемы решать.
Одиссей повернулся к своему напарнику.
- Спасибо. Слушай, а у этого Мирона - не появится фантазия пару наших ящиков зажуковать?
Капитан удивился.
- Как это? Я сам буду на перегрузке, все ящики наши пересчитаю…. Да и не в его это интересах, наши железки тырить. Я так понимаю, "соседи" ему за такие штуки живенько автокатастрофу могут устроить…
Одиссей кивнул.
- Ладно, договорились. Номер польской машины и фамилию водителя я у тебя сейчас перепишу, в Мукачево переночую - и завтра, отзвонившись Загороднему, тронусь назад. Когда эта фура должна быть в Сливене?
- По графику - тридцать первого декабря. Но груз растамаживать будут, скорее всего, числа третьего, не раньше - Новый год, как-никак.
- Ясно. Гут, тогда я завтра после обеда выеду в Сливен и буду там свои железки ждать.
Впереди показался посёлок Чинадиево и знаменитый Чинадиевский дворец, построенный бароном Перени. Одиссей вёл "шкоду" по изрядно разбитой тяжёлыми фурами трассе - и одна тревожная мысль никак не давала ему покоя. Он отгонял её от себя, пытался думать о чём-то другом, вспоминал историю замка Паланок в Мукачево, а заодно и историю жизни Ференца Ракоци - не помогало ничего. Скверная мысль пробивалась сквозь все преграды!
Жизнь Герды и детей под угрозой. И пока отвести эту угрозу его командирам и начальникам никак не удаётся …