- Определенно… Неужели вы не счастливы! Все-таки она - одна из богатейших женщин на Сантани и вдова к тому же. Полагаю, мундир их околдовывает. Какая жалость, что я женат!
Физиономия капитана Дрейка исказилась испуганной гримасой.
- Чтоб на неё люстра обрушилась!
Тут он повернулся, и выражение его лица претерпело мгновенную метаморфозу, сменившись глубочайшим восхищением.
- О, мадам Сурат, я уже потерял надежду увидеть вас сегодня ночью!
Плен Сурат, шестидесятилетие которой осталось в далеком прошлом, хихикнула, как девица:
- Ох, оставьте, старый соблазнитель, не заставляйте меня забыть, что я пришла сюда вас выбранить.
- Ничего особо скверного, надеюсь?
Дрейк почувствовал, как волосы на голове медленно встают дыбом. Он уже имел дело с жалобами мадам Сурат. Обычно дела обстояли очень скверно.
- Скверного очень и очень много. Я только что узнала, что через пятьдесят часов мы совершим посадку на Землю… если только я правильно произнесла название.
- Совершенно верно, - ответил капитан Дрейк с некоторым облегчением.
- Но она не была указана в нашем маршруте?
- Нет, не была. Но это, видите ли, вполне обычное дело. Через десять часов мы уже покинем планету.
- Но это же невыносимо. Ведь я потеряю целый день! А мне необходимо, оказаться на Сантани на этой неделе, и каждый день для меня дорог. К тому же я никогда о Земле не слышала. Мой путеводитель… - она извлекла из сумочки переплетенный в кожу томик и раздраженно зашелестела страницами, даже не упоминает о таком месте. И я совершенно уверена, что никто не испытывает ни малейшего желания там побывать. Если вы будете упорствовать в намерении тратить время пассажиров на абсолютно бессмысленные остановки, то мне придется объясниться по этому поводу с президентом компании. Должна вам напомнить, что у себя дома я пользуюсь некоторым влиянием.
Капитан Дрейк неслышно вздохнул. Это был уже не первый случай, когда Илен Сурат напоминала ему о своем "некотором влиянии".
- Дорогая мадам Сурат, вы правы, вы совершенно правы, вы абсолютно правы, но я ничего не могу поделать. Все корабли с линий Сириуса, альфы Центавра и шестьдесят первой Лебедя обязаны останавливаться на Земле. Это предусмотрено межзвездным соглашением, и даже сам президент компании, какие бы убедительные аргументы вы ему ни привели, в данном случае окажется бессилен.
- К тому же, - заметил Маронни, решив, что пришло время выручать взятого в осаду капитана, - я полагаю, что двое из пассажиров направляются именно на Землю.
- Вот именно. Я и забыл. - Лицо капитана Дрейка несколько просветлело. - Да-да! Мы имеем вполне конкретную причину для остановки.
- Два пассажира из более чем пяти сотен! Вот так логика!
- Вы несправедливы, - беззаботно произнес Маронни. - В конце концов, именно на Земле зародилась человеческая раса. Надеюсь, вы об этом знаете?
Патентованные накладные брови Илен Сурат взлетели вверх.
- Да неужели? - Растерянная улыбка на её лице тут же сменилась презрением. - Ах да-а, но ведь это было много тысяч лет назад. Теперь это не имеет никакого значения.
- Для лоаристов имеет, а те двое, что собираются высадиться, лоаристы.
- Вы хотите сказать, - ухмыльнулась вдова, - что даже в наш просвещенный век сохранились люди, занятые изучением "нашей древней культуры"? Ведь именно так они о себе говорят?
- По крайней мере, Филип Санат говорит именно так, - улыбнулся Маронни, - Несколько дней назад он прочитал мне длиннейшую проповедь и как раз на эту тему. Кстати, было довольно интересно. Что-то в этом есть. - Он добродушно покивал и продолжил: - А голова у него хорошая, у этого Филипа Саната. Из него вышел бы неплохой бизнесмен.
- Помянешь метеорит - услышишь его свист, - неожиданно заметил капитан и показал головой направо.
- Хм! - изумленно выдохнул Маронни. - Это он. Но… клянусь пространством, что он здесь делает?
Филип Санат производил странное впечатление, когда стоял вот так, прислонившись к косяку двери. Его длинная темно-пурпурная туника - знак лоариста - мрачным пятном выделялась на фоне собравшихся. Его тяжелый взгляд остановился на Маронни, и тот помахал рукой в знак приветствия.
Танцующие машинально расступились перед Санатом, когда он пошел вперед, а потом бросали ему вслед долгие удивленные и растерянные взгляды. Любой услышал бы возбужденный шепоток, вызванный собственным появлением. Любой, но не Филип Санат. Глаза его каменно смотрели перед собой, выражение неподвижного лица было бесстрастным.
Филип Санат приветливо поздоровался с обоими мужчинами и после официального представления сухо поклонился вдове, которая взирала на него с открытым пренебрежением.
- Прошу прощения, капитал Дрейк, за то, что потревожил вас, - произнес он низким голосом. - Я лишь хотел узнать, когда мы покинем гиперпространство.
Капитан извлек массивный карманный хронометр.
- Через час. Не более.
- И тогда мы окажемся?..
- За орбитой девятой планеты. - Плутона. Очутившись в пространстве, мы увидим Солнце?
- Если знаете точное направление, то увидите.
- Благодарю вас.
Филип Санат сделал движение, словно намеревался уйти, но Маронни остановил его.
- Побудьте с нами, Филип. Я уверен, что мадам Сурат умирает от желания задать вам несколько вопросов. Она проявила величайший интерес к лоаризму.
Глаза лактонца забегали более чем подозрительно. Филип Санат с готовностью повернулся к вдове: на мгновение захваченная врасплох, она, казалось, потеряла дар речи.
- Скажите, молодой человек, - ринулась она вперед, вновь обретя его, неужели до сих пор живут люди вроде вас? Я имею в виду лоаристов.
Филип Санат так долго смотрел на мадам Сурат, сохраняя при этом полное молчание, что это могло показаться невежливым. Наконец он произнес с мягкой настойчивостью:.
- До сих пор существуют люди, которые стремятся сохранить культуру и образ жизни древней Земли. Капитан Дрейк не смог удержаться от иронии:
- Даже под грузом культуры хозяев с Ласинука?
- Вы хотите сказать, что Земля - ласинукский мир? - воскликнула Илен Сурат. - Так? - Ее голос поднялся до испуганного визга.
- Ну да, разумеется, - недоуменно ответил капитан, сожалея, что заговорил об этом. - Разве вы не знали?
- Капитан, - уже истерически кричала женщина, - вы не имеете права садиться! Если вы это сделаете, я вам такие неприятности устрою, такую массу неприятностей! Я не желаю выставлять себя напоказ перед мордами этих ужасных ласинуков - этих омерзительных рептилий с Веги.
- Вам нечего бояться, мадам Сурат, - холодно заметил Филип Санат. Подавляющее большинство земного населения - люди. И только один процент правители-ласинуки.
- Ох. - Помедлив, вдова оскорбление заявила: - Нет уж, я и думать не хочу, что Земля - такое важное место, если ею управляют не люди. И лоаризм не лучше! Только напрасная трата времени, вот что я вам скажу!
К лицу Саната внезапно прилила кровь: казалось, какой-то момент он был не в состоянии вымолвить слово. Но справился с собой и сказал тоном проповедника:
- Ваша точка зрения весьма поверхностна. Тот факт, что Ласинук контролирует Землю, ничего не значит для фундаментальных проблем самого лоаризма… - Затем он резко повернулся и ушел.
Саммел Маронни тяжело вздохнул, глядя вслед удаляющейся фигуре.
- Вы сразили его наповал, мадам Сурат. Мне никогда не приходилось видеть, чтобы он увиливал от спора подобным образом.
- Он производит впечатление неплохого парня, - заметил капитан Дрейк. Маронни хмыкнул:
- Мы с ним с одной планеты. Он - типичный лактонец, ничуть не лучше меня.
Вдова сердито откашлялась:
- Ах, давайте же сменим тему разговора, умоляю. Этот тип словно тень навел на всех нас. И зачем они рядятся в эти омерзительные пурпурные одеяния? Никакого стиля!
Лоара Броос Порин поднял глаза навстречу юному священнослужителю.
- Итак?
- Меньше чем через сорок пять минут, Лоара Броос.
Бросившись в кресло, Сенат наклонился вперед и оперся подбородком о стиснутый кулак. Его нахмуренное лицо раскраснелось.
Порин поглядел на своего спутника с любящей улыбкой.
- Опять поспорил с Саммелом Маронни, Филип?
- Нет, не совсем. - Резким движением юноша выпрямился. - Но какая в этом польза, лоара Броос? Там, на верхнем этаже, сотни человеческих существ, бездумных, ярко разодетых, веселящихся - и полное равнодушие к Земле. Из всех пассажиров корабля только мы двое останавливаемся, чтобы посетить мир наших предков. - Его глаза избегали взгляда пожилого спутника, голос приобрел оттенок горечи. - А раньше тысячи людей из всех уголков Галактики ежедневно прибывали на Землю; Великие дни лоаризма прошли.
Лоара Броос рассмеялся. Никто бы не подумал, что в его длинном и тощем теле может таиться такой душевный смех.
- Я уже, наверное, в сотый раз все это от тебя выслушиваю. Глупости! Придет день, когда о Земле вспомнят все. Начнется массовое паломничество сюда.
- Нет! Все это в прошлом!
- Ха! Пророки гибели каркают, но им ещё предстоит доказать свою правоту.
- Им это удастся. - Глаза Саната неожиданно вспыхнули. - И знаете почему? Потому что Земля осквернена захватчиками-рептилиями. Женщина мерзкая, пустая женщина - только что мне заявила: "Не думаю, что Земля может быть такой уж значительной, если на ней правят ласинуки". Она произнесла то, что миллиарды говорят про себя бессознательно, и я не нашел слов, чтобы опровергнуть её.
- И какое же ты сам предлагаешь решение, Филип?