Меня считали способным, и еще до окончания семестра я должен был на два года поехать учиться в Москву. Первого декабря мне сказали - ну вот, Неэм, четвертого отправляешься. Я побрел пешком в Юлейыэ, сварил себе кофе на плитке, в комнате было холодно, и за окном шел первый снег. Крупные хлопья падали на пустые подмерзшие клумбы, на ветви безлистных яблонь, на крышу сарая; Ветер гудел, стучал в окна, врывался сквозь щели в комнату, завывал в углах, жизнь вдруг показалась мне безотрадной, захотелось что-то сделать, что-нибудь разбить или запеть во все горло. Мне было тогда двадцать лет. Следовало бы собрать учебники, конспекты, тетради, сложить скудные пожитки, но вместо этого я закурил "Аврору", сел за стол, вставил во взятую у хозяина портативную пишущую машинку желтоватый лист из лежавшей на столе пачки скверной шершавой бумаги, снял со стоящей в углу плитки полную эмалированную кружку горячего кофе "Наша марка", выпил несколько глотков - кружка обжигала губы, - положил на стол две пачки сигарет, посмотрел в потолок и начал печатать двумя пальцами. На следующий день я не пошел в город. К вечеру рассказ был готов, я его перечитал, вышел без пальто на крыльцо, сад уже утопал в сугробах, я стоял в дверях до тех пор, пока мороз не загнал меня в дом.
За час до отъезда я отправил Агнесе рукопись бандеролью. В феврале, уже обжившимся москвичом, я вдруг получил толстое отправление в служебном конверте. В нем была рукопись. Редакция молодежного альманаха отклонила "Сказку о Поэте" - так называлось мое произведение. Вот, значит, как поняла Агнеса мои действия.
Мне ни на что не хватало времени, я едва успевал справляться со слишком быстрым темпом этого города и его расстояниями. Лекции, "лабораторки", общественная работа, концерты почти полностью поглотили меня. Это был один из самых напряженных периодов моей жизни. Я мужал.
Судьбе было угодно, чтобы из меня не получился литератор (или же графоман).
Напечатанную на желтоватой шершавой бумаге, полную опечаток рукопись я засунул куда-то на дно чемодана и надолго забыл о ней.
Несколько лет назад, как раз в канун октябрьских праздников, я сидел один в своей новой двухкомнатной квартире. Со времени переезда в нее прошло недели три, и мне нравилось сидеть дома. За окном валил ранний, хотя и не первый снег, быстро темнело, таинственно засветились уличные фонари. Не знаю, как это произошло, но я отрыл в своих старых бумагах затрепанную рукопись (странно, почему истрепываются рукописи, которые никто не читает?) и прочитал ее. Передо мной на столе стояла ваза со светло-зелеными антоновскими яблоками. Немного подумав, я взял карандаш, зачеркнул прежнее название и написал новое: "Зимний комар". Затем вышел на улицу пройтись…
- Я хочу тебе объяснить, как это возникло, - сказал я и рассказал Марге о той далекой осени, о том, как однажды ночью ветер кинул горсть крупы в мое окно, о том, как я варил себе кофе и как сел за пишущую машинку…
Рассказал о "Зимнем комаре". Главными действующими лицами в нем были Комар и Поэт. Комар только и знал, что спал и комнатушке Поэта на чердаке; Поэт, кудрявый молодой человек, из-за моей литературной беспомощности обладавший совершенно неопределенной внешностью, мерз, мучился от насморка, томился по некой Черноволосой Девушке, даже в кафе пойти ему было не на что; и вот однажды он задремал в своей нетопленой комнате.
Недавно он сочинил Стихотворение, которое сам считал удачным. Стихотворение умело говорить. Поэт собирался, что было совершенно естественно, отнести его в редакцию. А Стихотворение оказалось чрезвычайно предприимчивым спутником и предложило начать самостоятельные поиски Черноволосой Девушки. Они обернулись летучими мышами и вылетели на улицу, затерянную в провале между небоскребами, по дну ее текла беспрерывно гудящая и рычащая река автомобилей. Затем нырнули в подвальное кафе, где надрывались саксофоны и молодые снобы вели сумбурные разговоры. Черноволосой Девушки там не было. Поэт и Стихотворение взлетели на крышу, чтобы расспросить неоновую деву, чистящую зубы, и неонового юношу, пьющего неоновое пиво" Коты выли, телеантенны гудели. О разыскиваемой - ни слуху ни духу. Поэт решил спросить совета у месяца, но месяц упал и рассыпался в назойливую рекламную надпись на крыше - РАОРИН. Слетали на рынок, залетели в универмаг, побывали в туннеле, в трамвае, в театре - все это происходило в лиловатом, фиолетовом, синеватом вечернем свете, - и опять, и опять на пути попадались им коты с фосфоресцирующими глазами… Поэт и Стихотворение форсили друг перед другом, как мальчишки, скрывая опасение, что эти блуждания безнадежны. В конце концов Поэт совершенно случайно раздобыл букет цветов, один седоусый водитель мотороллера вывез его из душного каменного города, сказав, что Черноволосую Девушку там искать не стоит…
За время моего рассказа в "Чистоплотном Слоне" стало прохладно. Высокие окна покрылись морозными узорами, Когда я дошел до того места, где водитель мотороллера получает в подарок от Поэта маленькую гвоздику и Поэт, очень удивленный, входит в ярко-зеленый парк, вдруг за столиком неподалеку от нас я заметил некоего молодого человека. Изумление мое было велико.
Молодой человек сидел сгорбившись, втянув руки в коротковатые рукава пиджака. Волосы у него были кудрявые, шея закутана полосатым шарфом. Он меланхолически шмыгал насморочным носом.
- Алло… - нерешительно помахал я.
- Эх-хе-хе… - вздохнул молодой человек.
- Я вижу, вы ничуть не изменились, - сказал я
- А вы здорово растолстели, прошу прощения, - ответил молодой человек.
- Хм, что поделаешь, - сказал я.
- Да, что поделаешь, - согласился молодой человек.
- Могу ли я продолжить рассказ?
- Разве я вправе что бы то ни было вам запрещать или приказывать? Странный вы, право, человек… Закажите-ка мне лучше чашечку кофе, эта история достаточно утомительна, я пока что подкреплюсь кофейком.
На столике молодого человека появилась чашка дымящегося напитка.
- Ну, так-то оно получше, - сказал он, обхватив чашку замерзшими пальцами.
- Это Поэт, - прошептал я Марге. Девушка нетерпеливо кивнула с легкой досадой - она сама уже догадалась. - У него такая ужасно невыразительная внешность… - пробормотал я. - Это моя вина, я понимаю… Почему-то он нисколько не изменился.
Я продолжал рассказ о "Зимнем комаре". В парке Поэт дошел до места пересечения тропинок, пошел в неверном направлении, его схватили и привели в страшный замок ужасного Короля, там ему пришлось пройти через ряд испытаний, прежде чем он сумел бежать. В конце концов он достиг цели. Черноволосая Девушка сидела на скамейке в глубине парка, под кустом сирени, и явно ждала его. Поэт неуклюже уронил цветы к ее ногам и хотел было прочитать ей стихи (Стихотворение само ему велело), но тут появился Комар и укусил Поэта в кончик носа. Весь свет заполнился комариным писком. Черноволосая Девушка захохотала и убежала. Поэт рассердился, прихлопнул Комара, и проснулся. Ему было холодно и грустно, к его ладони, прилипли тощие комариные останки, а на столе лежал чистый лист бумаги. - Да, так оно все и было, - пробормотал Поэт, прихлебывая кофе. - Даже досадно, что и говорить…
…Грустно ему было, за окном мелькали огромные лиловые неоновые буквы, на дворе стоял жутко холодный февральский вечер. Поэт вдруг рассердился, схватил лист бумага и сочинил безумную фантазию, дерзостный вымысел о сказочном городе, где никогда не бывает ни холодно, ни жарко, а всегда приятно умеренная температура, где ни одна неоновая реклама не сверкает слишком ярко, где никто никогда не спешит настолько, чтобы забывать о своих друзьях, где часы всегда показывают XII, где тем, кто любит друг друга, никогда не приходится разлучаться, никогда не приходится стареть, написал стихи о Городе, где одновременно цветут яблони и созревают темно-красные вишни, где живут добрые, веселые, приветливые сказочные люди и замечательные волшебники, где никого не обижают, где никому не пудрят мозги, где деньги ничего не определяют - и меньше всего человеческую ценность, - где нет места несправедливости и обману, лицемерию и комариному убийству…
- Хотя бы и случайному, - буркнул Поэт себе под нос.
- Какова же судьба этого стихотворения? - спросил я наивно.
- Почем я знаю? - ответил Поэт. - Ведь вы же придумали нею эту историю. Если хотите, можете посмотреть эпизоды из "Зимнего комара", и больше ничего. Может быть, девушка желает посмотреть сцену с Королем?
- Я не знаю… Разве это возможно?
- Ну, так, значит, - сказал Поэт, не обращая внимания на вопрос. - Я пошел по неверному пути, из-за кустов выскочили королевские соглядатаи и поволокли меня к Королю.
Перед нами возник большой экран, Поэт вступил в него, экран тут же потерял свои очертания, превратился в королевский кабинет. За обыкновенным письменным столом сидел мужчина средних лет в приличном сером костюме с элегантным галстуком. Только на голове у него сверкала бриллиантами золотая корона. Значит, Король. Король налил себе из графина воды и взглянул на Поэта. У Короля был маленький нежный рот.
- Откуда родом? Как оказался в моих необъятных владениях? Намерения? Должность? Отвечай быстро, быстро, не тяни…
У Короля был тихий, прямо-таки виноватый голос. - Я Поэт, родом из Города, живу в мансарде, в твои владения затащили меня твои соглядатаи…
- Ай-яй-яй… - с огорчением вздохнул Король.
- А теперь отпусти меня, - пробормотал Поэт.
- Я - ищу - Черноволосую - Девушку, - суфлерским шепотом подсказало ему из-за пазухи Стихотворение. К сожалению, слишком громко.
- Повторять не надо, я слышал, - сказал Король. Он поправил галстук, нажал на кнопку звонка, затем сказал тихо: - Повесить, отрубить голову, выставить на колу возле ворот замка.