Дяченко Марина и Сергей - Электрик стр 6.

* * *

Свет в особняке отключился полностью.

Нине хватило мужества найти свой мобильник и воспользоваться им как фонариком, кое-как одеться и прикрыть Егора его халатом.

Только потом она вышла на лестницу и закричала, призывая охрану, беспокойно бродившую с фонариками по первому этажу.

Через полчаса перезапустили генератор, и гостиная озарилась электрическим светом. Нина сидела в кресле и вертела в пальцах пустую коньячную рюмку.

Приехала "скорая". Врач и медсестра были незнакомые. Они констатировали смерть и уехали, не задерживаясь.

Еще через час явилась милиция - и среди прочих давешний следователь, умевший говорить пластмассовым голосом. Он поднялся в гостевую комнату и вышел оттуда спустя пятнадцать минут.

- Все ясно, - он опустился в кресло рядом с Ниной. - Там провод лежал прямо на ковре. Изоляция повреждена. Провод от лампы, понимаете?

- Нет, - сказала Нина.

Следователь пытливо посмотрел на нее:

- Егор Денисович…

- Не было на ковре никакого провода, я его не помню!

- Пойдите и посмотрите, будьте любезны. Он весь обуглился… провод, в смысле. Хорошо, что пожара не случилось.

- Очень хорошо, - желчно подтвердила Нина.

- Дело будет громкое, - будто извиняясь, сказал следователь. - Для города Егор Денисович - фигура номер один. Даже мэр не настолько популярен.

- Я собираюсь уехать домой.

- Извините, в ближайшие дни не получится, - голос следователя обрел твердость. - Несчастный случай с директором фабрики - это не случай с вашей, простите, коллегой. Вам придется остаться. Будет заведено дело.

- Какое дело?!

- О неосторожном обращении с электропроводкой, например. Привлекут, может быть, монтажников… или кто там отвечал за этот кабель.

- Я должна вернуться домой! Срок моей командировки истек!

- Он ведь не получал счета? - вдруг пробормотал следователь, глядя мимо Нины и делая вид, что болтает сам с собой.

- Нет, - отозвалась она медленно.

- Странно… Что он делал, когда наступил на провод?

Нина молчала.

- Вы замужем?

- Нет.

- Тогда в чем проблема? Вы взрослый человек, свободный, с кем хотите, с тем и…

- А с кем не хочу?

Следователь наконец-то на нее взглянул:

- То есть вы не хотели?

- Идите к лешему!

- Егор Денисович, - подумав, сказал следователь, - несколько раз попадал в щекотливую, м-м, ситуацию… и откупался. Ничего такого, никаких малолеток… Просто… любит он это дело. Любил.

"Асы против турсов. Здравствуй, Фрея, я твой Тор…" Нина скорчилась в кресле, обхватив колени руками.

- Так что он делал, когда его… убило?

- Шел, - нехотя отозвалась Нина.

- К вам?

- Нет, пописать!

Следователь долго смотрел на Нину - и вдруг побледнел. Позеленел, будто увидев перед собой в кресле смерть с косой.

- Я сделаю все, чтобы вы уехали из города как можно скорее, - сказал он, еле разлепляя губы.

* * *

Ночью по узкой, но отлично отремонтированной дороге Нина возвращалась в Загоровск все в том же такси - "копейке", и за рулем сидел все тот же пожилой водитель. Фары выхватывали из темноты асфальтовую полосу на сотню метров вперед.

"И слишком устали, и слишком мы стары для этого вальса и этой гитары…" - назойливо крутилось в голове у Нины.

- Вот оно, гляньте, - сказал вдруг водитель сквозь зубы.

В стороне от дороги угадывалась темная груда развалин.

- Здесь жил отец Филипп со своей матушкой. Строгий. Бывало, в пост пройдется по базару, увидит прилавок, где мясо этак выложено, да и плюнет на него… Не постесняется.

- Ого, - пробормотала Нина.

- Починял церковь чуть ли не сам, во все вникал. Электрика выгнал за маты. Сам монтировал проводку. И ударило его током, уж не знаю как. Занялся пожар… Все сгорело: церковь, дом. Тело вытащить рабочие не успели. Поставили крест на кладбище над пустой могилой… А матушка его уехала.

Машина разогналась на трассе, и развалины остались позади.

- И что? - тихо спросила Нина.

- А и то! - веско сказал водитель. - В позапрошлом октябре это было. С тех пор стали счета приходить, иной раз грешникам, а иной раз вроде и не поймешь за что. А бывает, что и без счета кого-то… Вот как Егора Денисовича, земля ему пухом.

- Он наступил на провод, - сказала Нина. - Это короткое замыкание!

- И всегда так, - шепотом согласился водитель. - Короткое. Короче некуда.

- Почему же никто не говорит об этом? Почему все молчат?!

- А и ты молчи, - посоветовал водитель, пожевав губами. - Целее будешь, вот что.

В полной тишине они снова, как и вчера вечером, проехали мимо большого щита: "Добро пожаловать в Загоровск!".

* * *

Молодая администраторша не спала. Появлению Нины не удивилась, взяла паспорт, повертела в руках:

- Значит, будем вас заново селить.

- Селите, - меланхолично согласилась Нина.

Большие круглые часы над администраторской показывали половину пятого утра.

- Мне скоро сменяться, - сказала девушка.

- Сменяйтесь.

- Я вообще сутки через двое, просто попросили выйти подменить…

- Сколько угодно.

- Это правда про Чукотского?.. Он умер?

Нина не сразу сообразила, что Чукотский - фамилия Егора.

- Да. Наступил на провод.

Девушка вытащила учетную карточку:

- Я тут за вас сама заполню. Вы потом просто подпишитесь, ладно?

- Ладно.

- Он был неплохой человек, - девушка, кажется, просто не могла заставить себя замолчать. - Много делал для города. Только когда он пришел на эту должность, уже было ясно… Два года назад, в октябре.

- Да? - Нина насторожилась. - И что было ясно?

Девушка сообразила, что сказала слишком много.

- Мне потом счет придет, - проговорила жалобно.

- За что?

- За язык, - она писала, не поднимая глаз, выписывала печатными буквами паспортные данные.

- Кто присылает счета?

Девушка вздохнула:

- Прежний начальник фабрики был, вообще, золотой человек. И у него была дочка, мы в одном классе учились. Светка. На медаль шла. Такая девчонка, ну чудо…

- И что случилась? - Нина сглотнула, чувствуя, как подступает холодок к горлу.

- Банда каких-то приезжих гопников ее убила, - администраторша снова и снова выводила цифру "8" в учетной карточке. - У нас вообще спокойно, никогда не было, чтобы… А он, прежний директор, Степан Ильич, пошел на фабрику, открыл трансформаторную будку и… Говорят, кучка пепла от него осталась. И в тот же день, минута в минуту, на машину этих ублюдков рухнула опора с проводами, и машина всмятку, а в машине - горелые кости… Это правда, - она наконец-то подняла глаза. - Я была на похоронах Светки, тогда все и случилось. А потом стали приходить счета.

- А как же священник? - в замешательстве спросила Нина. - Отец Филипп?

- А это сказки, - твердо сказала администраторша. - Тот пожар был раньше. И, говорят, просто рабочие напились и подожгли случайно.

- Это ты написала записку Лене? - спросила Нина. - "Елена Викторовна, можете не верить…"

Девушка чуть заметно кивнула:

- Мне вчера тоже счет пришел. Я на фотоаппарат хороший откладывала: все пришлось выгрести из заначки и оплатить.

- За что? - медленно спросила Нина. - Что вовремя не растолковала правила?

- Да.

- Но ты же не могла!

- Все равно.

- Ничего себе, - пробормотала Нина, - ни хрена себе понятие о справедливости…

- Зато, - девушка вдруг вскинула подбородок, - у нас больницы лучшие в районе. И детская, и взрослая. Все есть: лекарства, аппаратура, все. Не осталось нищих. Пенсионеры хорошо живут.

- За счет оплаты счетов?

- А что?

- Ленка-то не знала, - пробормотала Нина.

Девушка снова сникла. Нина взяла из ее рук свой паспорт, карточку-ключ и хотела уже уйти, но вернулась от лестницы:

- Городское управление электрических сетей - это настоящая организация? Кто у вас тут занимается столбами, проводами, трансформаторами - ну, всем?

- Горэнерго.

- То есть обыкновенные счета тоже приходят? За свет?

- Как везде.

- А "городское управление сетей"…

- Это справедливо, - тихо проговорила девушка.

Нина удержалась от грубости и молча поднялась по знакомой лестнице.