Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Я остановил воспроизведение архива и некоторое время сидел, закрыв глаза боролся с головокружением и ни на что не похожим чувством размноженного сознания.
Так. А теперь включаем логику.
Стрелок был очень хорош. Значит, совершенно точно прошёл снайперскую подготовку, воевал. Причём в боевых подразделениях. Рост есть, размер ноги тоже. Вкупе получается неплохой фильтр. Я вызвал Пал Палыча. Тот принял вызов не сразу и, судя по покрасневшим дряблым щёчкам, уже успел поддать.
Нашёл чего? подался он вперёд с отчаянной надеждой. Наверняка Палычу уже не раз звонили с самых верхов и требовали голову убийцы, угрожая оторвать его собственную.
Да, кое-что есть. Удалённый доступ к базе, как всегда, работает хреново, поэтому организуй поиск по Московским и областным досье. Мне нужен мужчина, прошедший снайперскую подготовку и воевавший на фронте или в спецподразделениях. Рост сто восемьдесят пять, размер ноги сорок три. Хотя нет. Он мог переобуться. К чёрту размер.
И что ты предлагаешь? набычился Палыч. Чтоб сервера Комитета лопатили пятьдесят миллионов досье? Не жирно будет?
Ну, тогда давай подождём, пока нас поимеет весь ЦК, пожал я плечами.
Начальник зашипел:
Умник хренов. Ладно. Но если из-за тебя сорвётся какая-нибудь операция, то
Ага. Заводите поиск, устало сказал я и отключился. Шёл бы он в задницу. Только орать и умеет. Чует, что чистка уже рядом.
Время шло. Я сидел в машине, поплотнее закутавшись в пальто, грелся и смотрел в окно на то, как ярко горят разноцветные огни Москвы. В тот миг я чувствовал себя обманутым Колей Герасимовым. Да, однажды я очнулся в мире победившего коммунизма. Но тут не было ни космического зоопарка, ни флипов, ни машин времени. Здесь роботы Вертеры легко превращаются из спасателей в убийц, а на космодромах базируются не лайнеры до Марса и Венеры, а орбитальные ядерные бомбардировщики. Девятилетние девочки не играют в волейбол, зато умеют тяжело работать и по житейскому опыту дадут фору взрослым времён моей молодости. А Москва Да, Москва изменилась. И меняется до сих пор, всё ещё восстанавливаясь после первой бомбардировки.
Время шло. Я сидел в машине, поплотнее закутавшись в пальто, грелся и смотрел в окно на то, как ярко горят разноцветные огни Москвы. В тот миг я чувствовал себя обманутым Колей Герасимовым. Да, однажды я очнулся в мире победившего коммунизма. Но тут не было ни космического зоопарка, ни флипов, ни машин времени. Здесь роботы Вертеры легко превращаются из спасателей в убийц, а на космодромах базируются не лайнеры до Марса и Венеры, а орбитальные ядерные бомбардировщики. Девятилетние девочки не играют в волейбол, зато умеют тяжело работать и по житейскому опыту дадут фору взрослым времён моей молодости. А Москва Да, Москва изменилась. И меняется до сих пор, всё ещё восстанавливаясь после первой бомбардировки.
Палыч позвонил в самый разгар воспоминаний о моём последнем лете. Я катался на велосипедах по бульварному кольцу и ел мороженое. Тепло, всё зелёное, красота
Есть зацепки. Одна из них любопытнее остальных.
Что там?
Михаил Вьюнов, снайпер на втором Сибирском фронте.
Каком-каком? я подался вперёд и заёрзал на сиденье.
Ага, заулыбался Палыч. Даже более того, они с Золотарёвым в одном полку служили. И когда тот в отсутствие командира нажрался и приказал идти в атаку, Вьюнов потерял обе ноги и руку.
С ума сойти, я, конечно, обрадовался, но подобное везение мне казалось немыслимым. Слишком гладко и быстро был найден потенциальный убийца. Не может быть такого. Только не у нас.
Держи адрес. Он и живёт-то рядом. И рядом с домом Золотарёва тоже, если ты понимаешь
Я понимал. Трудно, наверное, было ютиться в каком-нибудь панельном клоповнике на тысячу семей и смотреть из окна на сверкающую башню, где обитала партийная элита, в том числе и тот, кто по дурости оставил тебя почти без конечностей.
Высылай подмогу на всякий, а пока они едут, я сам постараюсь его взять.
Добро.
Я дал команду, и навигатор, пискнув, завёл двигатель.
Всё оказалось так, как я и ожидал. Один из восстановленных районов за третьим транспортным кольцом был тёмен и мрачен, но чист и даже немного благоустроен детские площадки, тощие деревца, вынужденные выживать в заражённой почве, ряды серых пластиковых гаражей-капсул. Двадцатиэтажные серые панельные дома стояли параллельно-перпендикулярно друг другу и были похожи, как близнецы, поэтому через пять минут езды по району я в нём окончательно перестал ориентироваться и полагался лишь на навигатор.
А над всем этим возвышался, похожий на яркий сказочный замок, жилой комплекс «Большевик». Шпиль пронзал багровое небо, уходя ввысь, окна светились, как бриллианты там на электричестве явно не экономили, поскольку многие клерки Дворца работали даже дома и Партия заботилась об их зрении.
Машина остановилась, навигатор снова пискнул. Я вышел, захлопнул дверь и направился к подъезду, над которым горела тусклая лампочка, почти не дававшая света.
Несмотря на то что подъезд оказался чист, в лифте пахло мочой и были сожжены все пластиковые кнопки. Пришлось повозиться, стараясь нажать на семнадцатый этаж.