- Еще была убита Элизабет Эллери, - добавила я. Терпеть не могу говорить о присутствующих в третьем лице. Неловко.
Гаррет разглядывал меня с нескрываемым раздражением. Сталкиваясь с тем, во что невозможно поверить, люди часто злятся. Но, положа руку на сердце, пошел бы этот Своупс к черту.
- Элизабет Эллери? Нет у нас никакой Элизабет Эллери.
Элизабет изучающе посмотрела на Гаррета:
- Похоже, он чем-то расстроен.
Я кивнула:
- Он не верит, что я могу видеть умерших. Его бесит, что я с вами разговариваю.
- Очень жаль. Он… - Элизабет наклонила голову, чтобы рассмотреть его с тыла, - симпатичный.
Я хихикнула, и мы легонько хлопнули друг друга по руке, отчего Гаррет разозлился еще больше.
- Вы знаете, где ваше тело? - поинтересовалась я у Элизабет.
- Да. Я шла в гости к сестре, она живет между Индиан-Скул и Челвуд. Я несла племяннику подарок. Пропустила его день рождения… - с грустью заключила она, словно осознав в эту минуту, что ей предстоит пропустить и все остальное. - Я услышала, что дети играют на заднем дворе, и решила подкрасться незаметно, чтобы застать их врасплох. Это последнее, что я помню.
- Вы тоже не видели, кто стрелял? - уточнила я.
Она покачала головой.
- Быть может, вы что-то слышали? Раз в вас стреляли, значит…
- Не помню.
- У него был глушитель, - пояснил Сассмэн. - Звук был странный, приглушенный, словно дверью хлопнули.
- Нападавший воспользовался глушителем, - сообщила я дяде Бобу. - И ни один из убитых не видел, кто стрелял. Где именно лежит ваше тело? - спросила я Элизабет; она объясняла мне, а я передавала ее слова дяде. - Сбоку от дома. Там растут густые кусты, и поэтому, очевидно, ее до сих пор не обнаружили.
- Как она выглядит? - поинтересовался дядя Боб.
- Хм… Европейской внешности, рост примерно метр семьдесят пять, - проговорила я, на глаз прикинув ее рост минус восьмисантиметровые шпильки.
- Правильно, - похвалила меня Элизабет.
Я польщенно улыбнулась.
- Светлые волосы, голубые глаза, маленькая родинка на правом виске.
Женщина смущенно вытерла висок.
- Наверно, это кровь.
- Ох, извините. Иногда трудно различить цвет. - Я указала дяде Бобу на строчку в записной книжке. - Вычеркни родинку. - Потом подняла на него глаза. - Скорее всего, она окажется единственной покойницей в округе в красной дизайнерской юбке и туфлях на шпильках.
Гаррет едва не зарычал на меня и велел сквозь зубы:
- Садись ко мне в машину. Вместе с убитой, - язвительно добавил он.
Я обернулась к дяде Бобу:
- И ты позволишь ему так со мной разговаривать?
Дядя Боб пожал плечами:
- У него туго с соображалкой.
- Кто бы сомневался, - фыркнула я.
Не то чтобы я не могла поставить Гаррета на место. Просто мне захотелось пожаловаться. Но перед уходом надо было разобраться с Барбером. Пока коронер разговаривал с сержантом Дуайтом, мы с Элизабет и Сассмэном подошли к "скорой". Нос Барбера торчал из похоронного мешка.
- Чувак, я не шучу, давай вылезай из тела. Ты меня достал.
Он чуть приподнялся - так, чтобы я увидела его лицо.
- Черт возьми, это мое тело. Я знаю законы: девять десятых посвящены праву собственности. А что касается вас, - продолжал он, высунув указательный палец из мешка, - то разве вы не должны нам помогать? Поддерживать в трудную минуту? Разве не этим вы занимаетесь?
- Нет, если удается отвертеться.
- Так я вот что вам скажу: из-за своей работы вы потеряли жалость к людям, - упрекнул он меня.
Я со вздохом повернулась к Сассмэну:
- Никто не ценит мою неспособность войти в чужое положение. Быть может, вам удастся его убедить?
Гаррет стоял возле своей машины, раздосадованный тем, что я не побежала за ним, виляя хвостом, как нашкодивший щенок.
- Дэвидсон! - крикнул он из-за капота.
- Своупс! - выпалила я, пародируя старую традицию обращаться к коллегам по фамилии, и обернулась к адвокатам: - Встретимся попозже у меня в офисе.
Сассмэн кивнул и бросил суровый взгляд на своего компаньона, отказывавшегося признать, что от смерти не спрячешься.
Мы с Элизабет пошли к машине Гаррета.
- Можно я сяду рядом с этим красавцем?
Я улыбнулась ей во весь рот:
- Да ради бога.
Глава 3
Не стучитесь в двери смерти.
Позвоните в звонок и убегайте.
Она этого терпеть не может.
Надпись на футболке
- Держи. - Гаррет открыл пузырь со льдом, потряс его и бросил мне, сворачивая на Сентрал. - У тебя вся физиономия перекошена.
- Я надеялась, что никто не заметит. - Я подмигнула Элизабет, которая сидела между нами; Гаррету, разумеется, я об этом не сообщила. Кое о чем лучше умалчивать.
Гаррет раздраженно посмотрел на меня:
- Ты надеялась, что никто не заметит? Да где ты живешь - в мире своих дурацких фантазий?
- Ого, - бросила Элизабет, - он вас распекает явно не по долгу службы.
- Ты меня достал. Отвали, - ответила я. Гаррету, не Элизабет.
Если тебя зовут Чарли Дэвидсон, это обязывает. Такое имя не терпит возражений. Не выносит оскорблений. А новым клиентам кажется, что они его где-то слышали. Как будто мы уже знакомы. Все равно что называться Мартой Вашингтон или Тедом Банди.
Я посмотрела в зеркало заднего вида на черно-белую полицейскую машину, следовавшую за нами к месту, где, по информации, полученной детективом Робертом Дэвидсоном из анонимного источника, лежит тело еще одной жертвы. Дядя Боб частенько получает сведения из анонимных источников. И Гаррет начал догадываться, что к чему.
- Так это ты его загадочный всемогущий информатор?
Я задохнулась от изумления:
- Ты этими губами и маму целуешь? Хотя насчет всемогущего мне понравилось. - Гаррет бросил на меня сердитый взгляд, и я пояснила: - Да. Я его анонимный источник. С пяти лет.
На лице Своупса появилось недоверчивое выражение.
- Дядя брал тебя с собой на место преступления, когда тебе было пять лет?
- Не говори чепухи. Дядя Боб никогда бы себе этого не позволил. Да ему и не нужно было. Меня брал с собой папа. - У Гаррета челюсть упала, и я рассмеялась. - Шучу. Мне не обязательно быть на месте преступления. Жертвы находят дорогу ко мне без моей помощи. Говорят, я очень яркая.
Он отвернулся и уставился на розовые и оранжевые полосы восхода на горизонте.
- Извини, но я в это не верю.
- Не извиню.
- Ладно, - раздраженно отрезал Своупс, - если все это правда, тогда скажи, в чем моя мама была на своих похоронах.
Прекрасно. Еще один.
- Видишь ли, твоя мама, скорее всего, ушла куда-то еще. Ну, к свету, - пояснила я, пошевелив пальцами. - Как большинство умерших. У меня нет волшебного кольца, которое открывало бы двери в иной мир. А пропуск давным-давно просрочен.
Он фыркнул.
- Ловко.
- Своупс, - начала я, собралась с духом и прижала лед к щеке. Когда я склонила голову на компресс, челюсть пронзила боль. - Все в порядке. Ты не виноват в том, что придурок. Я давным-давно поняла: нельзя говорить людям правду. Зря дядя Боб тебе рассказал. - Я замолчала, ожидая ответа. Не получив его, продолжила: - У каждого из нас свое представление о том, как устроен мир. И когда вдруг появляется тот, кто его меняет, мы не знаем, как быть. Это наше слабое место. Тяжело усомниться в том, во что всегда верил. Поэтому я и сказала, что ты не виноват. Хочешь, верь мне, хочешь, нет, но в любом случае отвечать за последствия придется самому. Поэтому хорошенько обдумай все, прежде чем решить, - заключила я и улыбнулась здоровым краешком губ.
Не услышав в ответ фирменных острот Своупса, я открыла глаза и увидела, что он меня рассматривает. Через Элизабет, но все же… Мы стояли на светофоре, и он воспользовался передышкой, чтобы проверить мои слова своим нюхом ищейки. В его серых глазах, поразительно ярких на фоне смуглой кожи, блестело любопытство.
- Зеленый, - заметила я, чтобы рассеять чары.
Он моргнул и нажал на педаль газа.
- Мне кажется, вы ему нравитесь, - поделилась наблюдением Элизабет.
Поскольку я не сказала Гаррету, что она едет с нами, то послала ей сокращенный вариант моего убийственного взгляда. Она хихикнула.
Мы проехали еще несколько кварталов, и наконец Гаррет задал убойный вопрос:
- Так кто же тебя избил?
- А я что говорила! - обрадовалась Элизабет.
Я заскрипела зубами и поморщилась, сдвигая компресс пониже.
- Была у меня одна клиентка.
- Это она тебя так отделала?
От его слов отдаленно повеяло прежним, нормальным Гарретом.
- Нет, меня избил муж клиентки. Я его отвлекала, пока клиентка садилась на самолет до Мехико.
- Только не говори, что ты ввязалась в дело о домашнем насилии.
- Не говорю.
- Ввязалась, значит?
- Ага.
- Черт побери, Дэвидсон, неужели ты ничему у меня не научилась?
Настал мой черед взглянуть на Своупса с недоумением.
- Ты научил меня тому, что узнал от Фрэнка Ахерна: как помочь людям скрыться. Как ты полагаешь, зачем мне это вообще нужно?
- Уж не затем, чтобы вмешиваться в домашние разборки.
- Да все мои дела так или иначе с ними связаны. Чем, по-твоему, занимаются частные детективы?