- От нас мало чего добились. Мы орали и бегали из стороны в сторону, думая лишь о себе. Лауре даже пришлось дать снотворное. А Иван чуть не сошел с ума.
- Но что же полиция… - повторила я.
- Они допросили нас. Осмотрели проволоку. Потом увезли ее в лабораторию. Но так и не выяснили, кто и почему ее натянул.
Слезы катились по моим щекам, а я больше не вытирала их, прислушиваясь к словам подруги. Кажется, она тоже заплакала.
- Я… я… я… ничего не знаю. Все так ужасно. Словно кошмарные сон.
Снова наступила пауза. Потом Адриана продолжала дрожащим голосом:
- Я до сих пор не пришла в себя. С тех пор у меня и началась бессонница. Кошмар не оставлял меня ни на одну ночь. Он повторялся снова и снова.
- Адриана, - начала я.
- Я ни на чем не могу сосредоточиться, - всхлипнула она. - Не слышу, что говорит учитель. Не могу делать уроки. И мои оценки… мои оценки…
Меня затрясло так, что я чуть не выронила трубку. Потом сжала ее покрепче.
- Адриана, - выдавила я. - Уж не думаешь ли ты, что кто-то из нас убил Шона?
- А что же тут еще думать? - крикнула она с неожиданной яростью. - Кроме нас там никого не было. Никого. Кто же тогда мог натянуть проволоку?
Проволоку.
Серебристую проволоку.
Я снова представила ее.
В самом деле, кто же еще мог натянуть проволоку?
Только мы могли убить Шона.
- Пожалуй, я приду к тебе, - сказала вдруг Адриана. - Ведь ты самая несчастная из нас. То потеряла память, то стала рисовать Шона снова и снова.
- Да, но я ничего не понимаю. Мне понадобилось слишком много времени, чтобы все вспомнить.
И тут в моем сознании вспыхнул вопрос, который я боялась себе задавать.
Почему потеряла память именно я? Почему такого не случилось с остальными?
Почему я приняла смерть Шона так близко к сердцу? Почему она произвела на меня столь сильное впечатление?
Может быть, я чувствовала вину из-за того, что мы накануне поссорились? В его последнюю ночь?
Почему? Почему?
Может быть, кто-то поможет мне найти ответ? Хотя бы Адриана.
- Да, пожалуйста, приходи, - попросила я. - Прямо сейчас.
- Бегу, - ответила она негромко и повесила трубку.
А я крепко задумалась. Мои мысли бешено крутились.
У кого были причины убивать Шона?
Кто мог желать ему смерти?
Иван? Он сам привел его к нам, потому что они дружили!.
Аарон? Лаура? Джастина?
Нет, нет. Конечно, нет.
Шон нравился всем. Буквально всем.
Я открыла дверцу шкафа, решив переодеться к приходу подруги, и достала полинявшие джинсы.
Как хорошо, что Адриана придет ко мне. Может быть, теперь мы сможем как следует все обсудить. Расставить по местам.
Для нее это тоже будет полезно. Ведь и ей досталось будь здоров. Родители затеяли мировую войну, а брат, кажется, пустил свою жизнь под откос.
За окном просигналила машина.
Я выронила джинсы и наклонилась поднять их.
Но тут увидела коричневую сумку.
- Ой! - вскрикнула я, вспомнив ее.
Именно эту сумку я брала тогда с собой.
Почему же она сейчас лежит в глубине шкафа? Неужели я забыла ее разобрать? Запихнула сюда, и все?
Я вытащила сумку из шкафа и открыла дрожащими руками.
Да она битком набита. Сверху оказалась мятые свитера и джинсы.
Да, в самом деле не разобрала.
Видимо, мне было не до того.
Я вытащила еще какие-то тряпки. Потом косметичку. И старую расческу.
А после…
- Неееет! - заорала я так, как не орала никогда в жизни. Меня захлестнула волна ужаса.
На самом дне что-то блестело. Это была туго свернутая проволока. Серебристая проволока. А еще - кусачки.
Неужели от нее откушен тот отрезок, что прикончил Шона?
Я уставилась на дно сумки, не в силах пошевелиться или отвести взгляд.
И поняла, кто убил Шона.
Это сделала я.
Именно я.
- Ты рисуешь его потому, что убила, - всплыли в памяти слова, услышанные по телефону.
Глава 22
Я услышала, как отворилась входная дверь и как мама отправила Адриану ко мне.
Но я все глядела и глядела на серебристую проволоку.
В голове вертелся лишь один вопрос: почему, почему, почему?
Он заглушил голоса, доносившиеся из коридора. Заглушал биение сердца, стук крови в висках и мое прерывистое дыхание.
Почему, почему, почему?
Почему я убила Шона?
Я зажмурилась, пытаясь вспомнить, из-за чего мы поссорились, но не смогла.
… Он хотел меня поцеловать, а я с яростью оттолкнула его.
Но что случилось дальше, я все еще не вспомнила.
- Во всем этом есть какой-то смысл, - пробормотала я безжизненным голосом. - Во всем этом есть какой-то смысл.
Память потеряла лишь я одна.
А потом начала рисовать это лицо. Каждый раз, берясь за карандаш, набрасывала портрет Шона. Из-за чувства вины. Из-за того, что где-то в подсознании таились ответы на все вопросы.
Я вскрикнула, выронив сумку.
Я не могла больше выносить все это. Колени начали подгибаться, голова закружилась. Я чувствовала, что вот-вот упаду.
И тут меня обожгла еще одна неожиданная мысль.
А что, если ребята знают обо всем?
Знают, что я его убила?
Или хотя бы подозревают?
И поэтому ведут себя странно? Поэтому относятся ко мне так бережно и заботливо?
Поэтому Аарон и бросил меня?
Вот если бы только вспомнить, почему я убила Шона.
- Марта! - Адриана ворвалась в комнату и попыталась меня обнять, но я отстранилась.
- Мне известна правда, - выдавила я и зашлась слезами.
Подруга все-таки обняла меня:
- Марта, что ты говоришь? Марта, все будет хорошо. Правда. Все будет нормально.
- Нет, не будет! - воскликнула я, оттолкнув ее и лихорадочно вытирая слезы обеими руками. - Теперь, когда мне все известно, хорошо не будет!
На ее лице проступило удивление. Она принялась растерянно теребить свои волосы.
И мне стало ясно, что Адриана не считает меня убийцей.
- Посмотри! - воскликнула я, рухнув на колени рядом с сумкой и распахнув ее. - Посмотри!
Она заглянула туда, все так же дергая себя за волосы, и прошептала:
- Нет! Нет!
- Это проволока, - сказала я, хотя пояснений не требовалось. - И кусачки.
- Но, Марта…
- Я убила Шона. Вот доказательства.
- Но почему? - спросила Адриана, держась за свои волосы, словно за спасительную соломинку.
- Не знаю, - ответила я. - То есть не помню. Но улики налицо. Я его убила и спрятала остатки проволоки в свою сумку.
Адриана поглядела на дно сумки, зажмурилась и задрожала всем телом, потом спросила:
- Что ты собираешься делать дальше?
- Сказать родителям, - ответила я. - А они, наверное, отведут меня в полицию.
Адриана грохнулась на кровать и всплеснула руками:
- Но почему, Марта? Почему ты его убила?
- Не помню, - повторила я, едва сдерживая слезы.
- Я видела, как вы с ним ушли в заднюю комнату, - напомнила Адриана. - Потом, проходя мимо, я видела как вы ссоритесь. Что между вами произошло?
- Хотелось бы мне знать, - пожала я плечами. - Он начал меня целовать. А может, я сама начала. А потом мы поругались. А после… - Мой голос сорвался. Я глубоко вздохнула.
- Больше ничего не помню. Только знаю, что я убийца.
- Нет, это невозможно! - донесся из коридора еще чей-то голос.
Мальчишеский голос.
Обернувшись, я увидела Ивана. Его волосы растрепались, а глаза безумно блестели.
- Иван! - воскликнула Адриана, вскочив на ноги. - Как ты здесь оказался? Что тебе надо?
- Я отправился за тобой, - ответил он. - И родители Марты меня впустили, а сами ушли.
- Но что тебе нужно? - спросила Адриана резко. - Нам с Мартой нужно поговорить без свидетелей.
Иван лишь махнул рукой, приказывая ей заткнуться.
Потом повернулся ко мне, сверкая глазами.
"Может быть, он под мухой? - подумал я. - Зачем ему понадобилось сюда приходить?"
- Я… я слышал твои слова, Марта, - сказал Иван. - Ты ошибаешься. Убийца - кое-кто другой.
- Что?! - воскликнула я изумленно. - О чем ты? Почему так говоришь?
Он сделал глубокий вдох. Его грудь поднялась и опустилась. Не смотря на то что было довольно холодно, на лбу у него выступила испарина.
- Мне точно известно, что не ты убийца, Марта, - сказал Иван. - Потому что это я. Я убил Шона.
Глава 23
- Нет! - дико вскрикнула Адриана и кинулась к брату. Схватила его за плечи и принялась трясти. - Нет! Зачем ты так говоришь? Зачем?
Он легко отпихнул ее в сторону, и она ударилась о шкаф.
- Ты не можешь быть убийцей! - воскликнула Адриана.
- Могу! - ответил Иван. - Я сделал это. Мне пришлось признаться, потому что я не хочу подставлять Марту.
Адриана снова вскрикнула. Потом хотела что-то сказать, но передумала. Ее плечи поникли, кровь отлила от лица.
Иван оперся о край моего стола и, посмотрев на меня, сказал:
- Да, я не хотел тебя подставлять.
У меня просто не находилось слов. Я уставилась на распахнутую сумку, думая, что отныне моя жизнь уже не будет прежней. Как и у остальных ребят.
- А почему ты его убил? - спросила я наконец почти спокойным тоном.
- Он знал, что я угнал машину, - ответил Иван. - Угнал и продал. Меня так и не поймали.
- Ушам своим не верю, - выдавила Адриана, качая головой, и опустилась на колени.