Всего за 299 руб. Купить полную версию
– Значит, все-таки снилась? – удовлетворенно вздохнула Маша. – Прошлой ночью, да?
– Ну да.
– Поэтому ты вчера не стала к окну головой ложиться, ведь так?
– Так.
– Расскажи подробнее. Что она делала?
Аня нехотя в трех словах поведала о том, что ей приснилось.
– Понятно! – с задумчивым видом произнесла Маша.
– Ну а ты то чего так волнуешься? Не тебе ведь приснилась эта дрянь.
– В том-то и дело, что мне тоже приснилась черная свинья.
Аня так и ахнула:
– Тебе тоже? Когда? Тоже вчера?
– Нет, сегодня. Ночью. И я тоже была в доме совершенно одна. Ужас! Я чуть не умерла от страха, когда она сначала топала по крыше, а потом полезла в трубу и показалась из печки.
– А ты не врешь? – не поверила Аня. Уж больно сон сестры был похож на ее собственный, если не по деталям, то по сути.
– Чего мне врать-то?
Потрясенные девочки задумались.
– И что все это значит? – первой спросила Аня.
– Это значит одно из двух, – сказала Маша.
– Что?
– Или у нас у всех очень богатое воображение, или…
– Что или?
– Или тут дело нечисто.
– Как понять, нечисто?
– Ну, Аня! Кто из нас старшая сестра, ты или я?
– Ну, я.
– Чего тогда глупые вопросы задаешь? Раз я сказала, что дело нечисто, то значит не чисто.
– Да, действительно, – вынуждена была согласиться Аня, – слишком много странностей вокруг нас. И главная странность, это конечно же черная свинья. Если бы не она, на все остальное можно было бы махнуть рукой, как на досадную нелепость. А тут целых три фактора говорят в ее пользу.
– Это какие же?
– Первое, ее мы увидели в первый же день, как только сюда приехали. Второе, она нам обоим приснилась во сне. Сначала мне, в следующую ночь тебе. И это было бы ерундой, если бы Дениска не сказал, что в черную свинью превращалась ведьма, которая жила до нас в этом доме. Это три. Но есть и четвертый фактор, который говорит о том, что здесь дело очень темное.
– Что еще?
– Папин сон. Он видел во сне ту самую ведьму. В этом можно не сомневаться.
– Почему?
– Потому что она пыталась на нем ездить верхом. Об этом мы тоже слыхали от Дениски. Помнишь рассказ про дядю Архипа?
– Помню.
– Ведь мы его папе не рассказывали. Так что ему сон приснился сам по себе. Откуда же столько совпадений? Ох, не нравится мне это.
– И мне не нравиться. – Маша широко раскрыла глаза. – А еще странность есть одна.
– Какая?
– Наша машина. Почему она не заводится? Может, ее ведьма заколдовала.
И обе девочки посмотрели на стоящий под навесом жигуленок. Тот был какой-то серый, унылый. Казалось, что он грустит.
– Бедненький! – вздохнула Маша. – Мне его жалко.
– Ты лучше нас пожалей, – проворчала Аня. – Как мы здесь дальше будем жить, если тут каждую ночь кому-нибудь из нас всякая дрянь сниться будет?
– А может это все наши страхи? Наше, как его там, подсознание, – жалобно всхлипнула носом Маша. – Мы ведь как только в дом вошли, так сразу и развопились. Дом Бабы Яги! Дом Бабы Яги! Внушили себе с самого начала, вот теперь нам все это и снится.
– Тоже мне, психолог? – усмехнулась Аня. – ладно, пусть так, как ты говоришь. Но куда женам девать черную свинью? Ведь мы ее обе видели собственными глазами.
– А может, это и не свинья была?
– Кто же тогда?
– Собака! Или теленок. Или еще кто. Мы ведь с тобой в деревне впервые. Увидели животное и решили, что это свинья. А может это вовсе и не свинья?
Маша говорила так горячо убедительно, что Аня засомневалась. Кто знает, может быть так оно и есть?
– Давай тогда, знаешь что?
– Что?
– Давай осмотрим все вокруг. И если увидим черную свинью, то постараемся разглядеть ее как следует.
Маша попятилась.
– Что боишься?
– Боюсь.
– И я боюсь. А страх он самый большой наш враг. Мы сейчас так напугаем друг друга, что спать совсем не сможем, чтобы не увидеть всякую дрянь. Разве не так?
Теперь настала Машина очередь соглашаться.
– Да, ты права. Мы должны все осмотреть. Но когда же мы этим займемся.
– Когда? Да прямо сейчас. Чего тянуть?
И сестры решили отправиться в сад и на огород.
12
На всякий случай они вооружились. Каждая взяла по длинной кривой палке, которые в саду подпирали деревья. Девочки ступали мягко и осторожно, постоянно оглядывались, останавливались и прислушивались. Но ничего странного, подозрительного или страшного не было. Погода была великолепной. Солнце светило, птицы щебетали, в траве стрекотали кузнечики, гудели в небе трудолюбивые пчелы, за деревьями сверкала река. Все это способствовало тому, что страх, который овладел девочками, начал улетучиваться.
– Ты чего-нибудь видишь? – шепотом спросила Маша.
– Ничего не вижу. Все в порядке. Сад, как сад. Очень зеленый и запущенный. Как наверно тут много яблок в августе. И вишни и сливы! Эх, я бы сейчас полакомилась.
– Я тоже!
– Представляешь, Машка, сколько мы наварим в августе варенья и компотов?
При мысли о будущем урожае у сестер потекли слюнки. И страх сам собой исчез окончательно.
Но вот сад закончился, и они подошли к огороду. И сразу замедлили шаги. Ведь именно там они встретили черную свинью. Девочки снова перешли на шепот.
– Ты иди первая, – прошипела Маша.
– Почему это я?
– Потому что ты старшая.
– Я уже один раз пошла первой и в яму свалилась. Давай лучше вместе пойдем.
– Давай!
Сестры крепко взялись за руки, ладони у обоих были влажные от страха и медленно пошли к калитке, которая выходила в огород. Вдруг Маша остановилась, глаза ее были наполнены ужасом.
– Ой, – чуть ли не простонала она, – я не могу идти. Меня что-то не пускает.
– Что тебя не пускает? – Аня почувствовала, как ее сердце укатилось к пяткам.
– Не знаю. Что-то держит! Мама! Я сейчас умру! Аня, спасайся!
Девочки по настоящему испугались и запаниковали. Но Аня все же заглянула за спину сестры и нервно рассмеялась:
– Дурочка! Успокойся. Ты просто зацепилась за ветку.
Действительно, рядом с калиткой стояла высохшая яблоня, наверно та самая, про которую говорила мама, когда шел разговор о дровах. Ее обломившаяся ветка попала Маше под юбочку и зацепила ее, вот почему девочка подумала, что ее кто-то держит.
Аня помогла сестре отцепиться, но не заметила, как другая ветка зацепила ее за воротник и чуть не оцарапала шею.
– Да что же это такое? – возмущенно прошипела она.
Теперь уже Маша помогла ей освободиться. Они хотели пройти дальше, но сухая яблоня вдруг громко заскрипела, застонала и повалилась на бок, закрыв собой дорогу к калитке.
– Неужели это мы ее повалили? – испуганно произнесла Маша.
– Наверно она совсем сгнила, – предположила Аня. – Вот ствол и обломился.
Они осторожно обошли упавшее дерево и чуть ли не протиснулись к калитке.
– А что если мы увидим черную свинью? – прошептала Маша. – Что тогда делать?
– Не знаю, – ответила Аня. – Самое главное, надо ее как следует рассмотреть. Настоящая она или нет.
– Ага, рассмотреть! А если она на нас кинется? Что тогда?
– Тогда будем сражаться, – твердо сказала Аня и покрепче сжала палку, которая была у нее в руках. – В крайнем случае, побежим.
И девочки проникли в огород. Словно попали на вражескую территорию. Сразу все вокруг вдруг как-то заглохло. Пропали все звуки. Словно их выключили. Огород будто был за невидимой стеной, за которой и остался весь остальной мир, живой и шумный. Ни крика птиц, ни петушиных воплей, ни мычания коров. Даже ветер не колыхал листву. В прошлый раз, когда они были здесь, ничего подобного не наблюдалось.
– Аня, мне страшно! – захныкала Маша. – Давай вернемся. Почему так тихо?
Старшая сестра ничего не ответила. Она выставила палку перед собой, крепко взяла Машу за руку и двинулась вперед. Каждую секунду девочки ждали, что появится черная свинья, которая набросится на них. Обе они сильно дрожали от страха, но почему-то назад не убегали. Словно их влекла за собой какая-то невидимая сила, подчиняя себе их волю.
Наконец они приблизились к тому месту, где впервые увидели черную свинью, где возвышались заросли лопухов, и где Аня угодила в яму.
Свиньи не было.
Лопухов тоже. Их словно кто-то аккуратно срезал. Торчали только стебли.
Зато яма была. Наполовину засыпанная и сухая.
Никто на сестер не нападал, и они слегка расслабились.
– Вот видишь, ничего страшного здесь нет, – поучительным тоном сказала Аня.
Они приблизились к яме, обошли ее со всех сторон и внимательно осмотрели. Никаких следов, кроме их же собственных здесь не было.
– Странно, – вслух подумала Маша. – А где же следы копыт? И свиней ведь копыта? Куда они подевались? Аня, ты их видишь?
– Не вижу.
– И я тоже не вижу. Может быть нам на самом деле привиделась эта чертова свинья?
– Не может такого быть, чтобы привиделось сразу обеим. Галлюцинации, это явление одиночное.
– Ну, да в пустынях миражи все видят.
– Но мы же не в пустыне.
– Ну и что? Вон тот сарай, видишь?
– Вижу.
– А ведь в прошлый раз его тут не было. Я точно знаю. Я ведь тут все обегала, когда лестницу искала.
Аня внимательно посмотрела на сестру.
– Ты точно его не видела?
– Точно. Готова поклясться хоть чем.