В утренней дымке лежала долина, окруженная черными скалами, похожими на клыки каких–то чудовищ. Вид был непривычным, но в нем чувствовалось дыхание незыблемости, вечности. Наверное, здесь ничего не менялось на протяжении долгих лет.
Посмотрев вверх, Шазаль удивилась. Небо имело совсем другой цвет, чем над Северными Горами. Небосвод казался выше, больше, имел не бледно–лиловый, а, скорее, зеленоватый оттенок.
В голову ей пришла мысль, показавшаяся восхитительной.
А что, если окно будет больше? В комнате станет светлее и обзор расширится?
Окно послушно поползло во все стороны одновременно, и, не выдержав соседства с настоящим чудом, Шазаль соскочила с подоконника. Да, оконный проем увеличился, но форма осталась прежней.
Девушка вздохнула. Скудная фантазия ничего больше не подсказывала.
Зато указания Хэргал в памяти держались отлично. Тетка сказала, что следует выйти из комнаты, предварительно переодевшись.
Задачка оказалась сложной.
Девушка нерешительно приподняла подол платья, изрядно загрязнившегося за время путешествия.
Куда девать его? И вообще, КАК можно представить новую одежду?
И вдруг, безо всяких просьб с ее стороны, на одной из стен появилось темное пятно. Шазаль сморгнула, и пятно приняло форму большого прямоугольника с зеркальной поверхностью.
Девушка осторожно приблизилась.
О, да! Она слышала о таких предметах, называемых "зеркалами", с помощью которых можно увидеть себя. Разумеется, в деревне их не было. Кому и когда там было любоваться собой? Но за время путешествия с Хэргал Шазаль слышала о них и, кажется, даже разок видела похожий предмет мельком в одном из домов, где они останавливались на ночлег.
Теперь у нее есть свое собственное. Правда, подумать о зеркале Шазаль не успела…
Неужели комната сделала его САМА?
На миг вернулось ощущение страха. Но любопытство пересилило.
Приблизившись, Шазаль с некоторым недоумением посмотрела на девушку, отразившуюся в зеркале. Разглядывать саму себя было непривычно и, надо заметить, волнительно.
Она подождала, пока успокоится заколотившееся было сердце, и присмотрелась более внимательно.
Оказывается, волосы за время путешествия заметно отросли, а выгорели они еще летом, в деревне. Глаза были зелеными, и, что больше всего изумило девушку, от зрачка, как и у Хэргал, расходились тонкие лучики.
Опустив взгляд ниже, Шазаль вдруг поняла, что платье действительно какое–то… Старое, во всяком случае. Сидит как–то криво, узко в груди и коротковато. Шазаль стащила его через голову и бросила на пол. Осмотрела все тело, задержавшись взглядом на многочисленных белых шрамах. Особенно их хватало на ногах, колени так и пестрели ими.
Это было не страшно, главное - жива осталась!..
Теперь следовало напрячься и придумать какую–то новую одежду.
Разумеется, в последнее время Шазаль достаточно насмотрелась на людей, одетых в самые причудливые платья, самых разных расцветок. Но только представить что–то конкретное на себе оказалось невероятно сложно.
Вообще–то, привычнее всего ей было в штанах. Значит, пусть будут штаны. Только не из грубой, мешковатой ткани, а тонкие, облегающие ноги, черные.
И, едва увидев эти самые штаны на себе, едва почувствовав прикосновение эластичной ткани, Шазаль вспомнила! В тот, невероятно далекий день в Северных Горах ее, чудом выжившую, корчившуюся от боли и жара, все–таки поразил наряд Хэргал!
И она пожелала себе нечто подобное: одеяние до колен, с разрезами на бедрах, перетянутое в талии черным поясом, с длинными рукавами.
Не веря своим глазам, она ладонями провела по чудесной ткани изумрудного оттенка. Получилось!
И в зеркале отражалась уже не Абеша - сирота из далекой деревни.
- Меня зовут Шазаль, - произнесла девушка, глядя в глаза своему отражению. - Шазаль.
И ощутила удовлетворение оттого, что в точности выполнила теткин совет. Правда, ноги оставались босыми. Она–то привыкла ходить и так, но в этом замке подобное, вероятно, не принято.
Сделав последнее усилие, Шазаль представила мягкие невысокие ботиночки из черной кожи.
Голова начала болеть. Слишком много для одного раза.
А ведь еще предстоит выйти из комнаты, которая - странно! - за утро уже стала знакомой и почти перестала пугать.
Еще раз взглянув на свое отражение в зеркале, Шазаль решила, что этот предмет очень удобен. Затем, повернувшись лицом к тому месту, где появлялась и исчезала дверь, она громко произнесла:
- Я хочу выйти.
И дверь появилась! С простой деревянной ручкой, с маленьким порожком - обыкновенная, привычная дверь.
Приблизившись, девушка осторожно потянула за ручку, и дверь легко подалась. Переступая порог, Шазаль вдруг испугалась того, что по возвращении не сможет отыскать свою комнату. И проговорила:
- Не исчезай, пожалуйста, а то я потеряюсь.
Аккуратно притворив за собой дверь, Шазаль посмотрела направо. Там просматривался каменный коридор, абсолютно пустой. Никаких проходов, других дверей. Только узкое окно в торце. Слева было то же самое.
Не понимая, что происходит, Шазаль прошла из конца в конец коридора, выглянула в окно, но выхода так и не нашла.
Что ж это такое? Ловушка? Она ведь помнила, что накануне вечером они с Китарлисом поднимались по широкой лестнице. И где она?
Уверенность, появившаяся в душе после разговора с Хэргал, мигом испарилась. Поднял голову прежний страх, а с ним - бесчисленные вопросы, сомнения…
Что делать? Звать на помощь? Но кто услышит ее в этой каменной гробнице?
Шазаль с надеждой посмотрела на дверь своей комнаты. Та осталась на месте, можно было юркнуть обратно, отсидеться, дождаться, пока кто–нибудь придет…
Но она не успела ничего предпринять.
За спиной послышался шорох ткани, повеяло терпким ароматом каких–то цветов.
Девушка лихорадочно развернулась и остолбенела.
Тупикового коридора больше не было. Там, где только что была стена, появилась анфилада залов с распахнутыми дверями, совершенно бесконечная, устеленная красными коврами. И по ним прямо на Шазаль шла женщина.
Это была не Хэргал.
Незнакомка казалась выше, несколько старше, у нее было удлиненное, по–своему красивое и какое то отрешенное лицо. Очень длинные белые волосы в беспорядке спадали на плечи, и в них - непостижимым для Шазаль образом - держались живые цветы. Цветы украшали и платье этой женщины. Их, пожалуй, было слишком много…
Остановившись перед девушкой, незнакомка тряхнула головой. Длинные пряди, закрывавшие ее лицо, отлетели назад. На Шазаль уставились два абсолютно белых глаза с черными бусинками зрачков.
Она почувствовала, как к горлу подкатывается тошнота. Глаза этой женщины казались жуткими, ненормальными.
- Что я вижу? - низким, хрипловатым голосом произнесла женщина, широко разводя в стороны обнаженные руки, словно пытаясь обнять девушку. - Еще одна птичка попалась в сети? Лапочка моя, беги отсюда, пока не поздно! Пока ты не привыкла к тому, что мир меняется по мановению твоего пальчика!
- Почему? - пролепетала Шазаль.
- Потому что ты привыкнешь очень быстро. И перестанешь быть человеком… - незнакомка почему–то хихикнула. - Тебе нравится этот дом? О, сколько тайн хранят его стены! Хочешь, я тебе кое–что расскажу?
- Она не хочет! - произнес над ухом Шазаль мужской голос.
Его обладатель, неизвестно откуда возникший у девушки за спиной, приблизился и обнял женщину с белыми глазами:
- Эй, сестренка! С чего это ты сегодня в таком настроении? Какой сон тебе приснился?
- Вещий.
- Я не сомневаюсь, что вещий… - почти весело сказал мужчина, незаметно разворачивая женщину лицом к бесконечной анфиладе комнат, устланных красным ковром. - Но Кит ОЧЕНЬ просил ПОКА не пересказывать сны племяннице. Знаешь, Индарса, я редко на тебя сержусь, но сегодня - как раз такой случай. Девочке пока НЕ ИНТЕРЕСНО.
- Когда ей станет интересно, будет поздно, - со вздохом произнесла женщина.
- Никогда не поздно и никому не рано. Кит сам скажет, когда тебе можно будет с ней разговаривать. Все! До свидания, милая, у нас с племянницей полно дел! - с этими словами он втолкнул женщину в комнату, закрыл за ней створки дверей и прислонился к ним спиной.
Шазаль, как ни была поражена происшедшим, все–таки заметила, что очертания дверей стали понемногу бледнеть…
- Это, между прочим, была твоя САМАЯ СТАРШАЯ тетушка по имени Индарса, - произнес мужчина так, словно они с Шазаль были давно и хорошо знакомы. - А я - твой САМЫЙ СТАРШИЙ дядюшка, Тибор.
- Что с ней? - спросила девушка, не в силах оторвать взгляд от голой каменной стены за спиной мужчины.
- Она сошла с ума.
- А-а?
- Ты раньше видела сумасшедших?
- Нет.
- Ну, еще насмотришься. Индарса - милое, добрейшее существо, на которое не стоит обращать внимания. Если она почувствует твой интерес к ней, то очень быстро затянет в свою паутину. Ей там скучно одной.
Шазаль с трудом перевела дыхание.
Она как–то успела смириться с мыслью о том, что внимательный Китарлис - ее дед, Хэргал - тетка и что были еще отец по имени Райван и мать Лода. А теперь вдруг появилась сумасшедшая тетка Индарса и этот… дядюшка Тибор.
Он не выглядел старым, но был совершенно лысым, с темными глазами, взгляд которых девушке оказалось сложно выдержать. Из одежды на Тиборе были только кожаные штаны, высокие сапоги и короткая жилетка. При малейшем жесте рельефно проступающие мышцы приходили в движение. Так, словно под кожей мужчины жили какие–то маленькие, самостоятельные существа.