- Угу, - Хэргал кивнула. - Я так и думала. Теперь подумай ты! То, что ты знала о себе, основывалось на чем? На словах той женщины, которую ты называла матерью. Я надеюсь, ты не будешь спорить с тем, что не можешь помнить того, что происходило в первые месяцы после твоего рождения? Она тебе просто не сказала, что нашла тебя где–то. И все. И ты теперь уперлась в эту свою куцую историю только потому, что БОИШЬСЯ И НЕ ХОЧЕШЬ поверить в другое.
Девушка помолчала, потом произнесла:
- Но почему это все случилось?
- Очень хороший вопрос, - женщина энергично кивнула. - Замечательный! Но об этом я скажу попозже. Пока я хочу, чтобы у тебя не осталось никаких сомнений относительно твоей принадлежности к нашей семье. Я перечислю тебе основные признаки. Ну, о купании в горящей драконьей крови тебе еще вчера сказал Кит. Это главное. Когда–нибудь попозже, чтобы увидеть все собственными глазами, свари какого–нибудь врага. Когда они у тебя будут… Еще! Ты УВИДЕЛА замок. Ты ведь помнишь мою реакцию?
- Да. И я не поняла…
- Конечно! Ни один человек, не принадлежащий к нашей семье, замок видеть не может. Так уж он устроен. Замок, я имею в виду. И даже если некий путник все–таки забредет в долину, то мост перед ним не опустится. Поэтому я и послала тебя вперед. Ну и самое главное: тебя признало наше генеалогическое древо. Тот круглый зал… Когда ты оказалась в середине, высветился ТВОЙ символ. Залом управляют такие могущественные силы, о природе которых даже я имею весьма смутное представление. Они спаяны с нашей семьей, они дают нам силу и возможности. И тебе, кстати, тоже.
- Мне?
- Тебе. Ты - Шазаль, дочь Райвана, внучка Китарлиса. Ты - наша плоть и кровь… Нет, похоже, кровь уже драконья. Но сути это не меняет. Пока ты еще ничего в себе не ощущаешь, но это пройдет. С тебя обязательно слезет эта непробиваемая корка, которой ты покрылась от жуткой, невыносимо тяжелой жизни в деревне! Ты всему научишься.
- Я не уверена, - вздохнула девушка.
- А! - Хэргал махнула рукой. - И это пройдет… Хотя, поверь, мне невыносимо больно сознавать, что дочь моего любимого брата… представляет собой столь жалкое зрелище! Зато, что они сделали с тобой, я… отплачу. И за брата тоже.
- Значит, мне не надо больше говорить "госпожа"?
- Ага, я тебе - о высоком, а тебя волнует только это? Тебе нельзя меня так называть. Я - твоя тетка. Можешь называть по имени, можешь говорить "тетя". Но, если я услышу "госпожа", буду кричать и ругаться. Тебя ведь это пугает?
Абеша–Шазаль кивнула и вдруг заметила на губах Хэргал улыбку.
- Ну–ну, племяшка, не обижайся на меня. У меня такой характер, ты привыкнешь. И я, между прочим, еще не самая паршивая овца в семейном стаде!.. Я наговорила достаточно слов, чтобы пробудить мысли в твоей голове?
- Да.
- Тогда я перейду к главному. К тому, что важнее всех твоих страхов и волнений. Видишь ли, до вчерашнего дня, до нашего с тобой возвращения в родные стены, даже Кит был уверен в том, что ничего странного в семье не происходит. Теперь вырисовывается весьма мрачная и загадочная картина. Что именно случилось со мной, я пока не понимаю, но я разберусь. Факт остается фактом: некто, обладающий силой и коварством, исхитрился засунуть меня в камень, причем в самом отдаленном уголке нашего мира. В Северных Горах. И там я провела более шестнадцати лет, не ощущая себя, не чувствуя времени. Если бы не ты, я бы там и осталась. Никому бы в голову не пришло искать меня в той дыре.
Абеша–Шазаль затаила дыхание. Раньше Хэргал никогда не разговаривала с ней как с равной. И теперь, слушая напористую, гладко льющуюся речь женщины, она, сама не замечая, увлекалась. Мысли Хэргал, выражением которых были слова, заставляли работать рассудок девушки все напряженнее.
Выяснилось, что слушать Хэргал ей нравится! И никакого страха в душе не возникает…
- Поэтому, моя наивная племянница, я и хочу, чтобы ты как можно быстрее перестала быть неодушевленным предметом, умеющим лишь вырывать у мира жалкие крохи для того, чтобы не сдохнуть с голода! Иначе тебе, по моим предположениям, подстроят ловушку. Гораздо более страшную, чем ту, в которой ты находилась все твои шестнадцать лет. Я считаю, что кто–то начал войну против нашей семьи. Войну неявную, тихую, коварную и очень жестокую. Кто и почему - это еще предстоит выяснить. Понимаешь, даже хитроумный Кит продолжал бы оставаться в неведении относительно истинного положения дел, если бы не мы с тобой. Точнее - если бы не ты. Ты освободила меня, сама того не желая и не понимая, что делаешь. Ты была моими глазами на протяжении всего пути. Ты, которую считали пропавшей исключительно по вине твоей матери.
- А… что с ней?
- Кит уже упоминал об этом: ее убили. Но есть предыстория, которую тебе уже можно узнать. Имей в виду: я не буду сейчас излагать полную историю нашей семьи. В данный момент для тебя это останется пустым звуком. Со временем сама узнаешь… А сейчас мы кое–что пропустим. Итак, от второй жены, которую звали Джэрита, у Китариса родилась дочь - я, Хэргал. Потом на свет появился мальчик, получивший имя Райван. Мой младший, любимый братик. Он вырос и встретил девушку по имени Лода. Обыкновенную девушку из маленького городка, которая имела всего один, но существенный "плюс" - она искренне любила Райвана. Я помню, что Райван долго колебался, жениться ли на ней… И видимо, после того, как я очутилась в Северных Горах, он все–таки женился, ввел ее в дом. Ну, а поскольку братец мой был отчаянным воякой, то на месте сидеть не мог, и даже в тот момент, когда появилась на свет ты, его здесь не было. Райван что–то разыскивал в Южных Пастях, а попутно очищал берег от диких кочевников. Лода родила девочку, получившую имя Шазаль. И, по словам отца, находилась в расстройстве от того, что любимый муж не мог пока увидеть малышку. Тебе не исполнилось еще и месяца, когда Лода отправилась навестить мужа. Но до Райвана она не добралась. Где–то в дебрях Мдаш с ней случилось несчастье. Лода погибла, поскольку была простой женщиной, а ты пропала. Конечно, Китарлис тогда учинил детальное расследование, но ничего не смог выяснить. Теперь мне представляется это весьма и весьма показательным… Что интересно: от Райвана все эти годы не было ни слуху ни духу. И я уверена в том, что мой братец тоже угодил в западню. Поняла?
- Не совсем, - призналась девушка. - А что… я теперь должна делать?
- Осваиваться, - сразу же ответила Хэргал. - Помнить об этой истории. Все время отдавать себе отчет в том, что ты слишком наивна для нашей жизни, и быть настороже.
- Но… чего или кого я должна бояться?
- Пока не знаю. Полагайся на свое чутье. Оно должно проснуться, должно! Иначе все это бессмысленно.
- Что?
Хэргал тяжело вздохнула, поерзала на жесткой лавке:
- Ох, эти твои вопросы… Послушай, обещай, что, если тебе что–то понадобится, ты спросишь у меня. Я‑то понимаю, почему ты задаешь дурацкие, бесконечные "что" и "почему". А что касается твоего вопроса, то… - она на миг задумалась, - понимаешь, все в жизни, любые, самые мелкие, незначительные бытовые события имеют глубокий смысл. Должен быть смысл и в том, что ты СЛУЧАЙНО освободила меня и мы вернулись сюда. Что–то в тебе обязательно изменится, иначе, как я уже говорила, ты моментально станешь жертвой.
Хэргал поднялась с лавки, направилась было к выходу, но остановилась на половине пути:
- Послушай, ШАЗАЛЬ! За руку я тебя водить не могу. Ты осваиваться будешь самостоятельно. Ну, в замке, с… родственничками. Но послушай свою тетку, которая кое–что смыслит в жизни: начни с комнаты. Пойми, девочка моя: комната - твое самое надежное убежище. Никто не сможет войти сюда, если ты не захочешь. Комната накормит тебя, оденет… Начни прямо сейчас. Как бы тебе ни было страшно или непривычно. И пожалуйста, убери это страшилище, - она указала на лавку. - Это делается просто. Подумай или скажи: не хочу этого. Или, допустим, "убери!". Или представь вместо лавки любой другой предмет… Но я тебя прошу: не начинай с плохого или безвкусного. - Хэргал запнулась, звонко хлопнула себя по лбу: - Дура я! Тебе, пожалуй, для начала надо растолковать, что такое "безвкусное", не так ли? Короче, сделай себе обстановку - самую красивую и удобную, которую только сможешь. Все потом можно будет изменить. Не скромничай. Для комнаты невозможного нет, она для того и существует, чтобы служить тебе… Да! И если надумаешь сегодня выйти отсюда (что я тебе ОЧЕНЬ рекомендую сделать!), то переоденься! Дочери Райвана стыдно ходить в платье кухарки из Бей–Сагата! Выпусти меня…
- Выходи, - произнесла девушка первое, что пришло в голову.
Появилась дверь, и Хэргал, удовлетворенно кивнув, вышла.
Оставшись в одиночестве, девушка некоторое время сидела неподвижно. Голова гудела от обилия слов, произнесенных теткой, но, странное дело, от колебаний не осталось и следа. Казалось, Хэргал заразила ее своей энергией, уверенностью…
Значит, комнату можно изменить?
Шазаль шевельнулась, готовая к действиям, спустила ноги вниз.
Каменный пол холодил ступни.
Вот! Нужен коврик, такой, как был возле кровати в доме Асумая.
Она чуть приподняла ноги, а когда вновь опустила, маленький квадратный коврик уже лежал на полу.
Но ведь Хэргал наказывала представлять все самое красивое и удобное?
Так, может, коврик должен быть больше? На всю комнату?
Увидев мгновенный результат, девушка вскочила, пробежалась из угла в угол, при каждом шаге с замиранием сердца чувствуя под ногами шероховатый ворс.
Потом подошла к окну, присела на подоконник. Оно было похоже на бойницу, прорубленную в толстой стене. А за ним…