Всего за 89.9 руб. Купить полную версию
И Рахмангул, о чудо! В пьяном виде не испытал неприятных ощущений от упоминания о своем зяте. Более того, сейчас почему-то вспомнил, что не желал ему смерти и тогда, когда давал добро на его личное участие в рискованной операции.
- Я знал, что делал, Плиний. А вот ты зря всеми силами в лоб полез!
- Не скажи! - оспорил генерал, - Я просто не знал о твоих Великих магистрах. Кстати, а где они? - ему не ответили. Он, вспомнив свое скользкое положение, не обиделся и продолжил. - Я всегда утверждал, что боевые возможности Хранящих недооценивают… - спор и не думал стихать.
Рус не слушал пьяную болтовню двух командующих, слабо до него доносившуюся. Он почтил память павших, выпил за победу и сейчас скучал, изредка перекидываясь фразами со знакомыми командирами его части. Они, страшно довольные и изрядно захмелевшие, все же заметили грустное настроение своего начальника и старались к нему не лезть. Вдруг Рус почувствовал чей-то пристальный цепкий взгляд. Быстро вычислил среди "гостей" пожилого седого месхитинца, только что отвернувшего взор. Можно сказать, незаметно, будто вовсе не изучал Пиренгуловского зятя. Скука резко пропала и появилась заинтересованность. Чувство опасности молчало, поэтому особо не тревожился и спокойно вышел на улицу. Незнакомец не заставил себя долго ждать.
- Ой, - ёкнул Борис, когда сильная рука потащила его подальше от скучающей охраны шатра.
- Да хранят тебя боги! - с заметной издевкой поприветствовал Рус незнакомца, развернув его к себе лицом, - мы знакомы? - спросил уже серьезней.
Вообще-то, заимев внутреннюю "библиотеку", он мог тщательно пролистать знания всех своих "героев" и, наверное, нашел бы там ответ. Но… ленился прикладывать усилия и еще более не хотел трезветь и читать память месхитинца. Опасностью от него не веяло, а чем неизвестный может пригодиться, пока не представлял. И так чужих воспоминаний накопилось так много, что можно запутаться.
Нет, если акцентировать внимание, то еще ничего, но оно надо? Напрягаться почем зря бывший землянин не желал. Это в экстремальных ситуациях все получалось само собой: сознание будто расщеплялось. Буквально сегодня, без помощи Духов, Рус легко держал одновременно две структуры, на ходу подправив "пыльную стену", чтобы "пропустила" неизменённый "пулемет". Это состояние неприятно напомнило "псевдобожественность", а любые воспоминания о том состоянии, когда не стало Вовчика-Руса - человека, он воспринимал с содроганием.
А куда деть эмоции? Память снимается вместе с ними. Испытывать чужие переживания? Увольте. Только по необходимости.
- Исключительно заочно! - поторопился ответить Борис и замялся. Встретил героя своего повествования и решительно не знал с чего начать, как объяснить. Остановился на правде. - Я - Следящий из Месхитополя…
- Дай угадаю, - перебил его Рус, - ты расследуешь убийство Марка с грабежом его виллы. Прибыл в Тир, чтобы допросить основного подозреваемого. Угадал?
- Все правильно! Я расследовал то дело…
- А разве оно закрыто? - Рус снова перебил Бориса, - какой маленький срок давности! Всего пара лет… даже, поменьше чуток. Я рад. Тогда какие вопросы? - он явно издевался.
- Ты не так все понимаешь, Рус! - воскликнул Борис. Куда делся его опыт? На допросах сто лавок протер, а тут! Вот и сейчас забыл добывать "уважаемый" или "господин", словно они давние знакомцы.
"Точно! Я с ним словно сроднился… не доверяет он мне и на просто "Рус" обидится…", - чуть не прикусил губу от досады и поправился:
- Уважаемый Рус, я хочу объяснить…
- Да ладно тебе! Можно просто Рус. Кстати, ты не представился и сразу напомни, чем закончилось следствие?
"Он! Точно, он! Таким нагловатым я его и представлял… куда до него тому же Кагану, пусть его вечно жарят дарки…"
- Я - Борис Агрипин, Главный Следящий за Порядком Месхитинского царства. Следствие завершилось ничем, преступников не нашли… - закончил фразу, растерянно замедляясь, потому что Рус, прыснув, не сдержался и захохотал в голос.
- В чем дело? - спросил Борис, невольно раздражаясь: "Если он тронутый умом, то… жаль, но придется сочинять, а хотел ограничиться только правдой. Все равно закончу "Приключения"!".
- Не обращай внимания, Борис Агрипин, - произнес с ударением на второй слог вместо последнего, - просто твое имя кое-что мне напомнило. Фу-ух, всё. Я в порядке.
- Род Агрипинов, - сделал акцент на слоге "пин", ненавязчиво поправляя этруска и облегченно вздыхая: "Точно! Он же этруск, а они все эмоциональные и наглые…". - Известен в Месхитии и Кафарии, старый архейский род. Возможно, ты слышал.
- Возможно, - согласился Рус, - ты меня заинтересовал. Ого! - до него словно только сейчас дошло, - сам Главный Следящий царства? А что ты делал в ставке коалиции? Раз ты здесь, - сказал, кивая на шатер, - значит, тебя посчитали важным господином.
- Я и есть важный господин, - иронично усмехнулся Борис. - Я - личный представитель царя Месхитии Ипполита Второго! По работе с шаманами, - добавил, как бы "между прочим".
- С кем?! - удивился Рус, - а как ты с ними собрался "работать"? Ты не склонный к Силе, не Говорящий…
- Кхм! - серьезно кашлянул Следящий, вдруг став загадочным, будто приобщенным к великой тайне, и при этом готовым поделиться страшным секретом. - Хитростью и обманом… - сказал торжественным тоном, словно открывая сакральное знание.
- Слушай… - Рус поразился перевоплощению "следака", - выпить хочешь? Там - скукотища, не могу терпеть, - человек с "русскими" именем и фамилией интриговал его все больше и больше.
- Хочу! - сразу согласился Борис, превратившись в обычного уставшего пожилого человека, - только мне выходить из лагеря нельзя…
- Мой шатер рядом, не переживай! Идем, - развернулся и пошел, на ходу спросив у начинающего литератора, - огневичку пробовал? Вещь, скажу я тебя…
"Раз русское имя, то может и пьет не по-детски? Интересно проверить, - мысленно иронизировал Рус, совершенно не опасаясь какого-то дурацкого закрытого дела, - а ничего вроде старикан, должен быть умным при такой должности. Хотя не факт, он же начальник. Поначалу растерялся… ну да бог с ним. Выпьем - уточню. А какая разница?.. По-моему, я ни разу с ментами не пил… Максад не в счет, он кэгэбэшник…", - грустного настроения как не бывало! На время забыл и о где-то застрявших или, не допустите боги, утонувших этрусках и тем более о смутном предчувствии чего-то там непонятного. Победа, в конце концов!
Глава 11
Хвала богам, вызывать воина-этруска не пришлось. Адыгей "позвонил" вечером, когда Рус и Леон, полностью восстановившийся всего пару четвертей назад, уже шли в русовский шатер. Хотели поужинать, обсудить вчерашнюю неоднозначную победу, разобрать, насколько возможно, сложнейшую структуру голема (Леон до сих пор пребывал в восхищении) и далее Рус планировал приступить к вызову безымянного воина-этруска без склонности к Призыву из экспедиционной тысячи. Друг останется охранять его беззащитное тело.
Рус протерпел свербящий где-то в груди "звонок" до захода в шатер и, предупредив Леона, лег и "ответил" Адыгею. То есть вызвал его "отражение".
- На горизонте паруса кушингов! - орал "степной волк", восхищенно озираясь. Кричал больше от восторга из-за великолепного каурого единорога под ним и бескрайней вольной степи вокруг. Да и надоело каждый день торчать на маяке, надеялся "получить свободу".
- Во-первых, здравствуй, Адыгей, во-вторых, сколько судов? - хозяин мини-вселенной сидел на черном скакуне, один в один - Воронок.
- Да хранят тебя Боги и Предки, Рус! - поправился "волк". Говорил, уже взяв себя в руки, - у нас закат, ветер гонит приличные волны - точно не разглядел, но это кушинги. Их корабли не спутаешь.
- Примерно…
- С десяток… И это, Рус, мне, конечно, приятно бывать здесь у тебя, но место на маяке неспокойное, вот-вот смотритель поднимется зажигать фонарь, а я там сижу на скамье, за сердце держусь… неудобно перед стариком, - сказал, хитро подмигивая. - Он еще тот паук, денег с меня вытянул за пять дней считай гекту.
- Понял. Ответь на один вопрос: как думаешь, когда в порт зайдут?
- Не знаю. Если сильно торопятся и маги на борту хорошие, то могут и ночью. Но все же риск - волна большая. Знавал я пару купцов-кушингов - не любили они рисковать. Ну, я пошел?
- Иди, Адыгей и жди меня. Я к тебе загляну в течение месяца, - хотел уже развеять его образ, как тот остановил:
- Подожди, Рус! Совсем забыл! Как там с войной? Разбили супостата? Местные волнуются, на двух повозках сидят. И купцы не идут, все наши стонут.
- Вчера разбили, должен голубь наместнику прилететь. Может, уже прилетел, - ответил "бывший ночной князь", усмехнувшись: "Вспомнил о войне, надо же!". - До встречи, Адыгей! - и сразу отпустил его отражение.
"А неплохо он себя вел. Не дергался, терпел…", - подумал Рус и вышел из себя. В буквальном смысле, не в значении "разозлиться".
С каждым погружением и общением, он все уверенней определял расход сил и стал чувствовать "напряжение" чужой Воли при попытке вернуть "отражение". Адыгей практически "не напрягался".
- Так, Леон, ужинаем и идем к Рахмангулу, - сразу озадачил он друга, - потом в Далор. Этруски пришли. Хвала богам! - произнес с явным облегчением.
Командующий не удержался от ворчания:
- Прибыли на всё готовое! Они случаем нас не завоюют? Что скажешь, зять? - говорил язвительно, по привычке глядя в сторону и удовлетворенно отмечая, что дикого страха больше не испытывает. Так, опаску.