Чарджи смотрит в землю, теребит темляк своей сабли. Кажется, он покраснел. Надеюсь от стыда.
Вдох-выдох. Нельзя так заводиться помру скоро. Лучше бы я про водяную мельницу думал.
Но, факеншит уелбантуренный! Мельницы и без меня построят. Веком раньше, веком позже А душа у мальчишки одна. Навечно. Если её искорёжат её не переделать. Приучать его покорно принимать побои? «Я начальник, ты дурак», «помни своё место», «каждому своё», «мясо на ножках» Зачем я его тащил? Что такое старательный, послушный раб он и так знает.
Нельзя объять необъятное. Но вот этот «волчонок» попал мне в руки. И не сделать хотя бы лучшее из возможного
Я эгоист, я люблю себя больше всех остальных. И очень хорошо знаю: всякое недоделанное барахло обязательно ударит в спину. В самый неподходящий момент. В мою любимую спину.
Не надобно приписывать мне талантов, коих у меня отродясь не было. Вот, говорят ныне: « с малых лет приуготовлял всё к грядущему величию Святой Руси». Глупость сиё есть! В те поры у меня и мыслей про хоть какое величие даже и вовсе не было! Я сподвижников своих ни к каким славам громким не готовил. И «мудростью неизъяснимой» какой не поучал. Что кипчакский «серый волчонок» да торкский «инал-изверг» научилися вместе жить то их труд душевный, не мой. Что от дел ихних через 10 лет вся Степь перевернулась то их удача. А я лишь понять заставил, что они люди, мои, «пердуны». А не «степные тараканы» разного колера.
Ну, и после кое-чего по мелочи.
Ну вот, Чарджи понял. И обиделся. Потому что я прав, а он нет. «Более всего раздражает правда». Надо дать ему выйти из ситуации без «потери лица».
Ладно. Пойдём-ка к Акиму нужен твой совет. Непонятное дело есть.
О, сработало! У Акима за столом сидит Яков, они мирно потягивают бражку, даже и Ивица за стол присела. Аким радостно проповедует, остальные благостно слушают. Торжество демократии, прогресса и миролюбия.
Аким Яныч, посоветоваться хочу. Хорошо и Яков тут, и вот, Чарджи встретился. Нам же надо боярство получать. Вотчина у нас полная. Сотня тягловых наберётся. К осени ещё и с избытком будет. Надо дружину боярскую собирать. Я тут присмотрел пару толковых мальцов у голядин, из беженцев парочка-другая найдётся. Хочу ещё и Ольбега в это дело взять. Ты как думаешь?
Не понял. Чего я такого сказал?
Яков аж поперхнулся. Кашляет, отфыркивается. Аким кружку до рта не донёс, смеяться начал. Так заржал, что вздумал руками по столу колотить от восторга. Больными-то руками Ну, это его быстро успокоило.
Да уж, Ванюша, повеселил старого! Аж до слёз. Вот, Яков, живёшь себе живёшь А тут сыночек заявится. И на полном серьёзе такую шутку удумает Слышь, Яша, а мы в его годы такие же были? Бессмысленные, не разумеющие А?
Яков хмыкает в кружку. Но брызги уже не летят. А мне становится очень стыдно. Я их только что жизни учил. «Старый мудрый Ивашка-попадашка». А тут раз и я полный дурак. Не знаю чего-то общеизвестного, очевидного.
«Нет такой ситуации, из которой нельзя было бы выйти с позором».
Хорошо бы выходя, прихватить что-нибудь. Можно не тяжёлое информацию, например.
Глава 201
Лекция от славного сотника храбрых стрелков смоленских, с дополнениями от Якова «верного» и ханыча-торка, растянулась до самого вечера. Попробую воспроизвести конспективно-систематически.
В 21 веке есть три основных формы формирования вооружённых сил.
Профессиональная армия. Наёмники. Например, армия Соединенных Штатов. Картинка: дело идёт к высадке в Нормандии, все прогрессивное человечество, напрягая последние силы, борется со звериным оскалом германского фашизма. Американский сержант обращается к новобранцам. Добровольцам, идущим ломать, ценой своей жизни, хребет фашистскому зверю:
Профессиональная армия. Наёмники. Например, армия Соединенных Штатов. Картинка: дело идёт к высадке в Нормандии, все прогрессивное человечество, напрягая последние силы, борется со звериным оскалом германского фашизма. Американский сержант обращается к новобранцам. Добровольцам, идущим ломать, ценой своей жизни, хребет фашистскому зверю:
Вы все дерьмо. Вы ни на что не годны. Вы не смогли найти место в жизни. Вы не умеете водить машину, не умеете печатать, не умеете крутить гайки. Вы неудачники, бездельники, дебилы. Только полный дебил может пойти в армию.
Другой вариант: срочники. Общенациональный детский сад для «пострелять за счёт казны».
8 из 10 призывников моей России не годны в солдаты. Одних надо сначала подкормить, дефицит массы. Других надо лечить. По всему спектру из «Медицинской энциклопедии». Третьих вообще нельзя подпускать к оружию и технике. Шизофрения, к примеру, на призывных пунктах устойчиво не ловится. И офицер превращается в няньку-психиатра. С автоматическим оружием в руках компании расшалившихся пациентов.
Армия военного времени. «Партизаны».
Один эпизод из «Холодное лето 53»: персонаж Папанова собирается выстрелить в бандита. Встаёт из-за укрытия, получает пулю и гибнет. Почему? Рано посадили. До войны. Нет боевого опыта. Даже элементарного.
Как-то попалось на глаза телеинтервью с маршалом Жуковым. Речь шла о битве за Москву. Маршал увлечённо, азартно рассказывает о принятых решениях, перечисляет номера участвовавших дивизий и корпусов, количество танков и самолётов, плотность артиллерийских стволов на километр фронта. С гордостью описывает использованные тактические находки разного уровня. Тут корреспондент спрашивает о московском ополчении. И маршал скисает. То есть, он, конечно, знает, что нужно говорить. Но ему это не интересно. Он командующий. Его инструмент соединения, состоящие из квалифицированных солдат и офицеров. Здоровых, обученных, вооружённых, обеспеченных всем необходимом. Способных качественно и в срок выполнить поставленные им, маршалом, задачи. А ополченцы