Рен Роинэ немолод. Вернее, он ОЧЕНЬ немолод даже для эльфа. Достаточно сказать, что если бы острота ума определялась лишь количеством прожитых лет, он имел бы полное право смотреть на полуторатысячелетнего Владыку Темного Леса, как на едва оперившегося мальчишку. Его точный возраст, конечно, Тиль не знал, но достаточно и того, что обычно первые седые волоски у эльфов появляются где-то к исходу третьего тысячелетия. Тогда как рен Роинэ имел совершенно седую шевелюру. Как Тиль. Только, в отличие от него, прожил, как минимум, в три раза дольше. И теперь изучал Темного Владыку с его белоснежной гривой со вполне обоснованной тревогой, явно не будучи готовым к такому явлению. Но откуда ему было знать, что Тиль свою седину заработал относительно недавно?
Сам рен Роинэ оказался ожидаемо высок, неплохо сложен и полон скрытого достоинства, положенного по статусу главе Совета Старших Родов и, заодно, главе одного из самых многочисленных и влиятельных Родов. Какой цвет волос он носил до того, как полностью поседел, сказать было сложно, однако Тирриниэль смутно чувствовал, что наверняка он был черен, как ворон: слишком лицо было... подходящим. Волевое, властное, жесткое, украшенное крохотными морщинками в уголках четко очерченного рта и притягивающее взор бездонными озерами серовато-зеленых глаз, в которых проступала мудрость множества эпох.
В одежде Глава Десяти был довольно скромен и предпочитал сдержанные зеленые тона. Наброшенная поверх камзола полупрозрачная золотистая туника лишь оттеняла его своей невесомостью и придавала облику высокопоставленного эльфа некую загадочность и недоговоренность. Из украшений он носил лишь родовой перстень и необычного вида амулет, умело скрытый под одеждой. Существование которого Тиль безошибочно определил по тому, как беспокойно шевельнулось его второе сердце - скрытая мощь в скромном амулетике главы Совета была просто огромной. Хотя, конечно, далеко не такая впечатляющей, как в его собственном Венце. Но зато у нее было другое достоинство - она искусно скрывала ауру своего владельца, позволяя ему до поры до времени прятать истинные возможности своего дара.
По правую руку от рена Роинэ стоял рен Итеко Аберан - глава Рода Аберан. Тоже маг. Тоже немолодой, хотя седые волоски в его роскошной, пепельно-серой шевелюре лишь едва-едва начали появляться. То есть, лет ему примерно две с половиной или три тысячи, не больше. Цвета он носил насыщенные, синие, перекликающиеся с аналогичной окраской его тщательно спрятанной ауры. Правда, Таррэн в свой прошлый приход, легко обойдя охраняющее заклятие, уже успел ее подробно изучить и обнаружил, что местные маги отличались друг от друга не столько по уровню силы, сколько по характеру доминирующей стихии. Огонь, Земля, Воздух, Вода, представителем которой и являлся как раз рен Аберан... четыре стихии настолько прочно поделили Рода алиарцев на Дома и различные ветви, что это не только бросалось в глаза, но еще и четко прослеживалось в цветах одежд, гербах, флагах и даже в аурах.
В свете того, что Род Л'аэртэ, взявший начало от одного из Ушедших Родов (а именно, Рода Ираэль), испокон веков искусно владел Огнем, это было весьма любопытное наблюдение. Потому что на Лиаре такого отчетливого разделения по стихиям у магов не было, и причины данного явления были не совсем ясны. Но, быть может, ответ следовало искать именно здесь? На Алиаре? И, возможно, для Ушедших это было в порядке вещей? Возможно, они только потом, в новом мире, разделились на Темных и Светлых? Темные при этом сохранили приверженность к огненной стихии, а Светлые, напротив, нашли совершенно иной путь?
Следом за реном Аберан выжидательно замер рен Кено Ивенар - сереброволосый, синеглазый, изысканно одетый, но сравнительно молодой эльф, имевший однажды неосторожность продемонстрировать Таррэну искусство управления Воздухом. Его длиннополое летящее одеяние, смутно напоминающее радужные крылья, лишь подчеркивало близость к переменчивой и непостоянной воздушной стихии. А то, что он стоял всего третьим в ряду сильнейших магов Алиары, вообще ставило его в ранг одного из наиболее опасных существ в этом зале.
Затем Тирриниэль плавно обратил взор на двух его соседей - рены Тоир Ритар и Леаль Ровен представляли собой две Ветви некогда единого Дома Ритавэн, которые примерно пять эпох назад разделился надвое. Главы новых Родов, что естественно, имели сродство к одной и той же стихии - Земле, однако, со слов Таррэна, редко терпели присутствие друг друга. Несмотря даже на то, что несомненное родство прослеживалось между ними поразительно четко - в одинаково темных глазах цвета ланнийской вишни, бесподобной форме изящных носов, в обводах скул, уложенных в сложные прически волосах цвета спелого каштана. И, разумеется, в строгих коричневато-бежевых тонах одежд.
В качестве исключения рен Ритар носил на левом плече подвеску из искусно ограненных рубинов, тогда как рен Ровен, судя по всему, больше тяготел к сапфирам. Но это было чуть ли не единственное отличие, просматривающее между ними.
Чуть дальше с непроницаемым лицом стоял светловолосый эльф, которого Таррэн представил как рена Лодэ ал Аверон - главу Рода Аверон и, одновременно, одного из приближенных советников Эланны. Очень рослый и не столь худощавый, как остальные, он довольно сильно выделялся среди своих сородичей - как цветом волос, так и изысканной красотой холеного лица. Но особенно - непривычной глубиной темно-зеленых глаз, в которых светилась вполне оправданная холодность, и ярко алой аурой прирожденного огневика, отчетливо просматривающейся вторым зрением.
С учетом того, что истинный Огонь на Алиаре оказался почти забыт, было странно видеть здесь несомненного приверженца этой стихии, каким-то чудом сумевшего сохранить наследие Рода Ираэль. То есть, по большому счету, рен Аверон был здесь чуть ли не единственным магом, способным овладеть атакующими заклятиями на уровне, вполне приличном, чтобы оказать чужакам достойное сопротивление. Более того, этот факт он даже не думал скрывать. Скорее напротив, намеренно демонстрировал, будто бы в пику всем остальным.
Однако то, что рен Аверон стоял лишь шестым в строю десяти Старейшин, Тирриниэль пока не смог для себя объяснить. Потому что по силе белобрысый маг был сопоставим с "воздушником", а по степени доверия Владычицы, вполне вероятно, даже превосходил его. Уступая, пожалуй, лишь Главе Совета. Но эту странность пришлось отложить на другое время, хотя, конечно, быстрый взгляд рена в сторону Таррэна Тиль все же подметил. И невольно задумался над тем, не перешел ли когда-то сын этому эльфу дорогу.
Следующие двое - рен Таурас и рен Шапирэ - Темного Владыку, если честно, слегка разочаровали. Имея насыщенный черный цвет шевелюр и почти такие же изумрудные глаза, как у него, они, тем не менее, принадлежали к довольно слабым магам, имеющим наиболее выраженную склонность к Воздуху. Правда, и Огонь там тоже был, и Вода, и даже толика Земли, однако в таких скудных количествах, что Тирриниэль едва сдержался, чтобы не фыркнуть. Ведь, казалось бы, мы так похожи, они так близки к потомкам Изиара, а поди же ты - всего лишь универсалы. Сравнительно недавно появившиеся и пока не слишком многочисленные, но уже успевшие выделиться среди остальных Родов Алиары. Правда, имеющие возможность (и, видимо, старательно ее усиливающие) обращаться сразу ко всем стихиям сразу, как это делали Светлые на Лиаре. Однако по сравнению с Элиаром их разноцветные ауры выглядели откровенно жалко. Причем, судя по тревоге, отразившейся в их светлых глазах, они это тоже прекрасно поняли.
Наконец, последними в веренице Старейшин стояли рены Эганарэ и Эвисталле. Неуловимо похожие, одинаково отрешенные, если не сказать - скучающие, русоволосые и черноглазые. Про них Таррэн только и успел выяснить, что они тут есть. А также то, что они, кажется, не слишком принимают участие в дворцовой жизни. Вроде бы заняты какими-то непонятными экспериментами и уделяют непростительно мало времени своим обязанностям в Совете. Чем, разумеется, заслужили сдержанное неодобрение остальных Глав и тонкий упрек Владычицы.
Касательно их способностей Тирриниэль разобрался плохо - мешали какие-то странные защитные амулеты, искажающие ауру. Однако общий фон он все же уловил и даже слегка удивился, потому что данные рены магами, как ни странно, не являлись. Вообще. Зато магические побрякушки на них висели столь высокого уровня, что хотя бы одну из них он не постеснялся бы выпросить для себя - тщательно поизучать и, если понравится, создать такую же. К примеру, чтобы искусно скрыть свою собственную ауру, когда потребуется, или придать ей совсем иную окраску. Или же попытаться использовать, как второй Источник, помимо Венца... да мало ли что еще! Отчего-то ему показалось, что Рода Эганарэ и Эвисталле именно по этой причине занимали столь высокое положение на Алиаре. И, вероятно, обеспечивали здешние Чертоги некими (пока не вполне ясными) артефактами, благодаря которым чужаки весьма смутно могли представить себе истинные размеры Дворца.
Закончив осмотр, Тирриниэль спокойно скрестил взгляд с реном Роинэ, который будто дожидался этого и давал чужакам время составить о себе некое мнение. А теперь слегка обозначил вежливый кивок и мелодичным голосом произнес:
- Рад вас видеть, ллеры. Владычица сейчас будет.
- А где мы сядем? - тут же влезла Белка, шустро пробежав вдоль длинного ряда кресел. - Туда, да? Или тут? Тиль, гляди, какое седалище! И спинка... спинка какая! Правда, они здорово придумали, что сменили скатерть?
- Почему ты думаешь, что сменили? - негромко поинтересовался Тирриниэль, оглядев пышное убранство стола.