Станислав вышел, а я устроился на диване и попытался уснуть. Это удалось мне не сразу. Происшествие с вором взволновало меня. Да и приятно было думать о Лиде… Вдруг я поднялся: ведь Лидин голос я уже слышал прежде! Это, без сомнения, голос женщины, которую я встретил несколько дней назад ночью у моря в сопровождении какого-то мужчины!
Уверенности в этом у меня, конечно, не было, но мысль, что случай свел меня с хозяйкой найденной сумочки, долго не давала мне заснуть… С кем Лида тогда была? Кто этот доктор, о котором упоминал Станислав? Может быть, он автор письма? А может быть, все-таки, то была не Лида? Гм!.. В сумочке лежал платок с инициалами Л. Ш. Да, это, без всякого сомнения, была Лида Шелемеха. Я еще не видел доктора Барабаша, но в глубине души шевельнулась ревность. Одно из двух: или Барабаш - автор письма, или он тот, кто гулял тогда с Лидой у моря и кому она не позволила ехать вместе с ней. Если автор тот, другой… В последнем случае он вряд ли мог рассчитывать на большой успех.
Итак, я нашел Снежную Королеву неведомого мне юноши. Такая могла очаровать и не одного…
Передо мной возник вопрос: вернуть ли Лиде Шелемехе сумочку и письмо? Следовало все-таки убедиться, что моя находка принадлежит действительно ей.
Одолеваемый мыслями, я заснул только на рассвете.
4. Приглашение
На следующий день новый сотрудник "Звезды" проснулся только после полудня.
На стенах кабинета висели портрет Валерия Чкалова и Сигизмунда Леваневского и карта земных полушарий. За стеклами высоких шкафов виднелись корешки книг. Тут же стояли почему-то целых два письменных стола, придвинутых друг к другу, каждый с отдельной лампой и письменным прибором, словно здесь работали два человека. Вчера я не обратил на это внимания.
Пока я одевался, скрипнула дверь, и голос Станислава спросил:
- Не спишь?
- Нет. Кажется, время вставать, а?
- Еще бы! - сказал хозяин, входя в комнату и улыбаясь.
- Ну что, непрошеные гости ночью больше не появлялись?
- С меня и одного посещения хватит. Если бы мы своевременно не подоспели, верно, плакали бы кое-какие вещи. Хотя, что же особенно ценного мог вор отсюда вынести?
- Вероятно, он как раз к твоему письменному столу и добирался, когда мы вошли.
- Там-то ценное есть, но не для него. Денег я в столе не держу, золотых часов тоже. А мои расчеты ему не нужны. Лидины бумаги тоже. - Станислав показал на один из столов: - Это ее. Я дома бываю не часто, так что у нас кабинет на двоих. Пока миримся… Ну, давай умываться и завтракать.
За завтраком Станислав потчевал меня холодными закусками и чаем с вином, уверяя, что это лучший напиток для желудка наутро после банкета.
Я ожидал, что с нами будет завтракать и Лида, но она не показывалась. Я спросил:
- Где же твоя сестра?
- Лида на работе. Не все ведь специальные корреспонденты и свободно распоряжаются своим временем.
- А ты?
- Я в отпуску. Разве я тебе не говорил?
- Да, да. И едешь на дачу, к жене и родителям.
- Хотел бы сегодня, но не знаю. Верно, завтра придется.
- А почему сестру с собой не берешь?
- Она недавно вернулась из отпуска. В Крыму была. Теперь у нее много работы.
- Где она работает?
- У академика Саклатвалы. В лаборатории металлов.
- Она занимается строительством?
- Не совсем так. Она физико-химик. Специализировалась на изучении разных металлов. Ну, а металлы - строительный материал. Она и мне помогла. Мой самолет и мотор построены из новых материалов. Рассказывать тебе о них я не буду, потому что это военная тайна, но они значительный шаг вперед для нашей авиации.
- Интересно!
- Без сомнения. Сейчас я думаю отдохнуть месяца полтора, а там снова займусь своим самолетом. Мне думается, что если инженеры помогут, то будущей весной я перекрою свой рекорд не меньше чем минут на сорок пять.
После завтрака, распрощавшись с Шелемехой, я поехал в редакцию договориться о своих первых заданиях.
Черняка я застал немного не в духе. Он признался, что после вчерашнего вечера не выспался.
- Ты на несколько дней задержись у нас. Подождем, пока выяснится положение с проектом Макаренко. А пока вот тебе интересная тема. Возьми одну из лабораторий научно-исследовательского института строительных материалов и строительной техники.
- Академика Саклатвалы?
- Да. Он руководит этим институтом.
- Я охотно взял бы лабораторию металлов.
- Не возражаю. Приготовь бумажку от редакции, я подпишу, и отправляйся туда.
Я поспешил к пишущей машинке. Тут меня увидел Догадов, приветливо, как со старым знакомым, поздоровался и сообщил, что имеется письмо на мое имя, только что принесенное в редакцию почтальоном. Он сразу же прошел в комнату секретаря и принес оттуда письмо. В конверте было приглашение от профессора Довгалюка заглянуть к нему сегодня вечером, так как именно сегодня у него соберутся на чашку чая несколько друзей.
- Большое спасибо, - поблагодарил я Догадова. - Это приглашение на "вечер фантазии".
- Что это за вечер? - поинтересовался он.
Когда я объяснил, он стал просить меня взять его с собой. Я был бы рад выполнить его просьбу, но не знал, как отнесется к этому профессор.
- Знаете что? - сказал я своему коллеге. - Я сейчас позвоню Шелемехе и спрошу, удобно ли это. Лучше будет, если вас приведет туда он. Я человек совсем новый и профессору Довгалюку, вероятно, мало интересный.
Догадов согласился. Я воспользовался стоящим возле меня телефоном и через минуту уже разговаривал со Станиславом. Летчик ответил, что привести нового гостя к профессору - дело деликатное, он не хочет быть навязчивым. Все же он обещал попросить Аркадия Михайловича, чтобы тот пригласил Догадова на один из следующих вечеров.
- А почему так неожиданно? - спросил я Станислава. - Ведь вчера профессор ничего не говорил…
- Он сегодня, как только ты ушел, звонил мне и просил обязательно навестить его вечером. Это, собственно, ради моей недостойной персоны, потому что завтра я все-таки уезжаю.
- А кто там будет еще?
- Не знаю. Ты, я, Лида, а кто еще, неизвестно. Только не опаздывай, профессор этого не любит.
- Хорошо.
Я повесил трубку.
- Ну что? - спросил Догадов.
Я пересказал ему ответ Шелемехи и его обещание.
- Жаль! - разочарованно проговорил он. - Ну, буду тешить себя надеждой, что летчик замолвит за меня слово и я еще попаду туда.
Мне и самому было жаль коллегу: я видел, что ему очень хотелось попасть на этот вечер.
- А кто там еще будет? - с интересом спросил он.
- Шелемеха не знает. Сестра его будет.
- Лида Шелемеха? - быстро спросил Догадов.
- Да. А вы с нею знакомы?
- Нет. Когда-то видел.
И он отошел от меня.
"Может быть, это он?" - вдруг возникло новое подозрение.
Должен признаться, что вместе с подозрением сразу же во мне шевельнулось и недоброжелательство к молодому человеку. Но я поборол это досадное чувство.
Через час с письмом, подписанным Черняком, я ехал в институт академика Саклатвалы.
5. "Вечер фантазии"
Аркадий Михайлович Довгалюк занимал маленькую квартиру на пятом этаже, под самой крышей. Дверь мне открыл профессор. Он пригласил меня в солярий, где уже были гости.
Очутившись на крыше, я невольно удивился, увидев там сад-цветник. В центре возвышалась клумба, засаженная резедой, левкоями, табаком. Вокруг в кадках стояли пальмы, а рядом с ними - обычные вишни и кусты орешника. Немного дальше пристроилось несколько елочек. Под ними были поставлены стол и несколько стульев. Все это освещала прикрытая темным абажуром электрическая лампочка.
Возле клумбы стояли два человека. Я узнал инженеров Самборского и Макаренко.
- Как вам здесь нравится? - спросил Самборский, подавая мне руку.
- Чрезвычайно нравится. Давно существует этот сад?
- Уже лет десять. Так, Ярослав?
Самборский посмотрел на Макаренко.
- Я в этом дендрарии впервые, - сказал Макаренко. - Профессор устроил его после того, как я уехал отсюда. Когда-то мы собирались на квартире у Аркадия Михайловича или во Дворце пионеров.
- И с тех пор вы на этих вечерах не бывали? - спросил я.
- Нет. Вот уже десять лет… С Аркадием Михайловичем я несколько раз встречался на Кавказе… - Он на мгновение остановился, словно перед ним проплыло какое-то воспоминание. - Да, на Кавказе, в Средней Азии, на Алтае, на Дальнем Востоке. Он ведь каждый год ездит в какую-нибудь экспедицию. А с этим мужем науки, - он кивнул на Самборского, - мы год изучали математику в Томском университете.
- А с Шелемехой вы давно знакомы?
- Нет, - вмешался Самборский. - Шелемеха ведь из Староднепровска. Аркадий Михайлович преподавал там раньше и знает его с тех пор. Я видел его уже несколько раз, а Ярослав вчера встретил его впервые.
- Я приехал сюда месяц назад, побыл здесь недолго, уехал и только позавчера вернулся, - объяснил Макаренко.
- Думаете здесь остаться?
- Наверное еще не знаю.
К нам присоединились несколько гостей. Меня познакомили с ними. Они называли свои фамилии, а Самборский тут же пояснял, кто они.
- Свечка, - сказал длинный, неуклюжий юноша.
- Астроном, - объяснил Самборский.
- Гопп.
- Физик.
- Макуха.
- Географ.
- Барабаш.
- Доктор. Лечит все болезни, кроме сердечных, - пошутил инженер.
Эта фамилия сразу привлекла мое внимание. Как раз в это время кто-то из гостей зажег еще одну лампу, и в дендрарии стало светло как днем.