- Это Богиня прошла мимо нас, - наспех придумала она. - Это был край ее одежды.
- Да, - заговорили все. - Это была Богиня. Она. Так и есть.
Люди застыли как вкопанные, ожидая - не вернется ли
Богиня. Но ничего больше не случилось.
Тут Ведунья закричала:
- Да, это была Богиня, и она взяла Меченого Небесным Огнем!
- Что?
- Он шел здесь, сразу за мной, когда появился свет. А теперь он пропал.
- Как пропал? Куда? Почему?
- Ищите! - завопил кто-то. - Ищите все! Меченый! Меченый!
Поднялась невообразимая суматоха. Люди бросались туда-сюда, не зная зачем - лишь бы не стоять на месте. Серебристое Облако призывал к тишине и спокойствию. Больше всех всполошились матери: их пронзительные крики перекрывали общий шум, и они с плачем метались вокруг, простирая руки.
Жрица не сразу вспомнила, которая из них мать Меченого - ну да, это Алая Дымка Восхода четыре лета назад родила мальчика с родимым пятном. Но матери племени растили детей сообща, и они не слишком заботились о том, кого которая родила: Источник Молока, Белый Снег и Замерзшее Озеро были так же потрясены загадочным исчезновением мальчика, как и Алая Дымка Восхода.
- Должно быть, он сбился с тропы, - сказал Расколотая Гора. - Я поищу его.
- Он был здесь, - отрезала Ведунья. - Это свет поглотил его.
- Ты сама видела?
- Он был позади меня, когда это случилось. Но не настолько позади, чтобы потеряться. Это свет его взял. Свет.
Расколотая Гора все же настоял на том, чтобы вернуться и поискать, - но поиски ни к чему не привели. Они не нашли ни единого следа, и уже становилось совсем темно.
- Надо идти, - сказал Серебристое Облако. - Здесь не место для ночлега.
- Но Меченый...
- Он ушел от нас, - безжалостно отрезал Серебристое Облако. - Ушел со светом Богини.
- Свет Богини! Свет Богини!
Все тронулись в путь. Жрица была поражена до глубины души. Она смотрела в тот слепящий свет, и глаза еще болели, а когда она закрывала их, перед ней плавали багровые пятна. Но вправду ли это была Богиня? Жрица не знала. Раньше она никогда не видела такого света - и надеялась, что больше не увидит.
- Значит, Богиня все же захотела взять одного из наших детей, - сказала Ведунья. - Так, так, так.
- Ты ничего не понимаешь в таких вещах! - обрушилась на нее жрица. - Ровно ничего!
Но что, если та права? А ведь это вполне возможно. И даже очень вероятно. Такой ослепительный свет мог быть только знамением Богини.
Богине потребовалось дитя? Зачем? Какой в этом смысл?
Нам никогда не понять ее, решила жрица глубокой ночью, размышляя на все лады о странном событии. Она Богиня, а мы лишь ее создания. И Меченый Небесным Огнем исчез. Это выше всякого понимания, но да будет так. Ей вспомнились слухи о том, что Серебристое Облако собирается принести в жертву дитя, когда они придут к Слиянию Трех Рек. Теперь хотя бы перестанут говорить об этом. Они почти у цели, и Богиня взяла к себе дитя без их участия. Жрица надеялась, что Богиня удовлетворится этим. В племени не так много детей, чтобы они могли пожертвовать ей еще одного.
Глава 3
УЗНАВАНИЕ
12
Неандерталец? Получеловек? Мисс Феллоуз не верила своим ушам, ее обуревал гнев, и она все яснее сознавала, что ее предали. Неужели ребенок в самом деле неандерталец? Если Девени сказал правду, то ее худшие опасения осуществились.
Она свирепо, но пока еще сдерживаясь, обратилась к Хоскинсу;
- Вы могли бы сказать мне об этом заранее, доктор.
- Зачем? Не все ли вам равно?
- Вы говорили, что это будет ребенок, а не маленькое животное.
- Это и есть ребенок, мисс Феллоуз. Разве вы думаете иначе?
- Это неандерталец.
- Ну конечно, - не понял Хоскинс. - Вы ведь знаете, в каком направлении работает "Стасис текнолоджиз". Не хотите же вы сказать, будто не знали, что ребенка возьмут из доисторической эры. Мы с вами это обговаривали.
- Про доисторическую эру я знала. Но неандерталец? Я ожидала, что мой питомец будет человеком.
- Неандертальцы и были людьми, - начал раздражаться Хоскинс. - Более или менее.
- Так ли это? - спросила мисс Феллоуз у Девени.
- Что ж - большинство палеоантропологов в последние шестьдесят-семьдесят лет соглашаются с тем, что неандертальцев безусловно можно считать разновидностью гомо сапиенс, мисс Феллоуз. То ли это архаическая ветвь нашего вида, то ли подвид - так сказать, провинциальные кузены, но определенно близкая родня, определенные люди...
- Оставим это пока, Девени, - нетерпеливо вмешался Хоскинс. - Подойдем к делу с другой стороны. Мисс Феллоуз, у Вас когда-нибудь был щенок или котенок?
- В детстве - да, но какое это имеет отношение...
- Когда у вас был щенок или котенок, вы заботились о нем? Вы любили его?
- Конечно. Но...
- А он был человек, мисс Феллоуз?
- Это было домашнее животное, доктор. А сейчас речь не о них. Я говорю с профессиональной точки зрения. Вы нанимаете квалифицированную медсестру с большим опытом в современной педиатрии ухаживать за...
- Ну а если бы это был детеныш шимпанзе? Разве вас бы это оттолкнуло? Если бы я попросил вас заняться им, неужели бы вы с отвращением отказались? А этот ребенок - не шимпанзе. Он вообще не относится к человекообразным обезьянам. Он маленький человек.
- Маленький неандерталец.
- Я и говорю - человек. Странного вида и дикий, как я вас и предупреждал. Трудный случай. Вы опытная медсестра, мисс
Феллоуз, с превосходным послужным списком. Вас как будто не должны смущать трудные случаи? Разве вы когда-нибудь отказывались ухаживать за ребенком-уродом?
Мисс Феллоуз, не находя больше аргументов в свою защиту, сказала с гораздо меньшим пылом:
- Вы могли бы сказать мне заранее.
- И вы бы отказались от места - так?
- Ну-у...
- Вы же знали, что речь идет о тысячелетиях.
- "Тысячелетия" могут означать и три тысячи лет. Только сегодня вечером, когда вы с мистером Девени обсуждали проект и прозвучала фраза "сорок тысяч лет", я начала отдавать себе отчет, что же тут готовится на самом деле. И даже тогда не осознавала, что речь идет о неандертальце. Я не специалист по... палеоантропологии - я правильно произношу, мистер Девени? И не так хорошо ориентируюсь в хронологической таблице эволюции человека, как вы.
- Вы не ответили на мой вопрос, - сказал Хоскинс. - Если бы вы знали это заранее, отказались бы вы от места или нет?
- Не могу сказать точно.
- Хотите отказаться сейчас? У нас, знаете ли, есть и другие квалифицированные кандидатки. Так как же?
Хоскинс не сводил с нее холодного взгляда, Девени наблюдал за ней из дальнего угла комнаты, а маленький неандерталец, вылизав блюдечко досуха, с мокрой мордочкой, так и ел ее своими глазищами.
Мисс Феллоуз, в свою очередь, смотрела на безобразного мальчика, и в ушах у нее звучали собственные слова: "Неандерталец? Я ожидала, что мой питомец будет человеком".
Мальчик показал на молоко, потом на блюдце - и вдруг разразился сериями отрывистых резких звуков, повторяющихся снова и снова. Звуки, странно сдавленные, гортанные, перемежались прищелкиванием языка.
- Да он говорит! - удивилась мисс Феллоуз.
- Как будто да, - согласился Хоскинс. - Или просит, чтобы ему дали еще поесть - на это и кошка способна.
- Нет-нет, он говорит.
- В этом еще надо разобраться. Это весьма дискуссионный вопрос - владели ли неандертальцы настоящей речью. Мы надеемся выяснить и это, в том числе, во время эксперимента.
Ребенок снова защелкал и заработал горлом, переводя взгляд с мисс Феллоуз то на молоко, то на пустое блюдце.
- Вот вам и ответ, - сказала она. - Он безусловно говорит.
- Если так, то он человек - что скажете, мисс Феллоуз?
Она оставила вопрос без ответа - слишком сложная тема, чтобы заниматься ею сейчас. К ней обращался голодный ребенок, и она пошла налить ему молока.
Хоскинс поймал ее за руку и повернул к себе,
- Минутку, мисс Феллоуз. Прежде чем продолжать, я должен знать - остаетесь вы у нас или нет.
Она раздраженно освободилась.
- А если нет, вы его голодом уморите? Он просит еще молока, а вы мне мешаете его покормить.
- Действуйте, но мне нужен ваш ответ.
- Останусь до поры до времени.
Она подлила молока в блюдце. Мальчик стал на четвереньки, сунулся в свою плошку и начал так лакать и чавкать, словно несколько дней не пил и не ел. При этом он издавал горлом воркующие звуки.
Звереныш, и больше ничего, подумала мисс Феллоуз. Звереныш!
Ее пробрала дрожь, которую она подавила только усилием воли.