- Хочешь, я дам тебе книгу по истории? - предложила соседка. - Там рассказывается об этом.
- Давай, - кивнула я. Авось зачитаюсь.
Соседка протянула мне тяжеленный том, и я открыла первый лист. Книга была явно не из бумаги. Листы были плотные, зеленоватого оттенка, и пахли рекой. Спросить я не решилась, но позднее узнала, что это листья озерного плавунца, выведенного оборотнями, и что он составляет важную часть их экономики. Но книга была интересной. Странные буквы с легким наклоном влево стали знакомыми и понятными. Я даже улыбнулась им, как старым друзьям. Все-таки рукописные книги гораздо интереснее печатных. И можно многое узнать о их авторе по почерку. "Записи по истории земли, сделанные Верховными колдунами Магического Универа" - краснело заглавие. И в уголке было мЁлко приписано: "копия".
Я открыла первый рукописный лист.
" Я, Элаорн Карием, бывший принц Леса Друидов, а ныне, волей судьбы, директор Магического Универа, начинаю историю земли с первого дня второго года, после уничтожения Храма Рока. Магический Универ, наше детище, еще не открыт, и вряд ли откроется слишком скоро. Нам предстоит сделать многое, очень многое. Ученикам предстоит где-то жить, чем-то питаться, учиться по каким-то книгам, но ничего этого мы предоставить не можем. Мы маги, но даже если мы объединим все силы, мы едва-едва уложимся в десять лет. Какое счастье, что друзья помогают нам, не требуя ничего взамен…."
Книга действительно была интересной, но с семи утра до двенадцати дня не смогу читать даже я. Около девяти часов я поняла, что если не отложу книгу и не выйду на улицу, то получу страшную головную боль. С другой стороны, как я найду дорогу в этом переплете коридоров? Проще найти дорогу в Лабиринте. Интересно, а Минотавры здесь бегают? Проверять не хотелось. Я вернула подруге книгу и заходила кругами по комнате. Наглый солнечный луч в третий раз пощекотал мне нос, я поморщилась, а потом до меня дошло, и я бросилась к окну.
Окна здесь были отличные: широкие, двустворчатые, с настоящим стеклом и со ставнями, вылезти в такое окно могла не только я, но и моя бабушка, милая дама, объема 120-120-120. Я высунула голову и повертела ей в разные стороны. Ага! В двух шагах влево от окна проходит водосточная труба, да какая! Тяжелая, прочная даже на вид, с завитушками и узорами. Лазить по таким трубам - одно удовольствие. Только вот чтобы добраться до трубы, мне придется какое-то время стоять на отвесной стене. А вдруг сорвусь? Ладно, будем надеяться на лучшее. Я сняла сапожки, связала их, и перекинула через плечо.
- Ты с ума сошла? - разгадала мое намерение соседка.
- Так утверждают многие мои знакомые, - огрызнулась я. - Но никто еще не установил дату этого исторического события. Не желаешь попробовать?
- Мне и пробовать не надо. Ты родилась уже сумасшедшей.
- Это понятно. А куда выходит окно?
- На территорию Универа.
- Это хорошо. Еще немного и у меня клаустрофобия начнется!
- Ты понимаешь, что тебя могут выгнать?!
- Что не запрещено, то разрешено, - отрезала я, и распахнула окно. Пару минут просто сидела на подоконнике, привыкая к высоте, потом перевернулась, нащупала пальцами ног какие-то уступы, прочно зацепилась за них и аккуратно поползла по стене. Через пару секунд я уцепилась за водосточную трубу и помахала соседке.
- Не хочешь присоединиться?
- Ни-за-что! - отрезала она.
- Ну и зря. Тогда оставь окно открытым.
- Оставлю. Смотри не разбейся.
Блин, ну и пожелание! А главное - вовремя. Соседка по комнате мне начинала активно не нравиться. Не люблю ни занудства, ни излишней правильности. А из нее эти качества так и били фонтаном. Я кое-как сползла по трубе, отряхнулась, натянула сапожки, и отправилась на поиски приключений. Долго ждать их не пришлось. Уже за вторым поворотом на меня налетел какой-то растрепанный тип.
- Осторожнее! - возмутилась я. - Глаза что ли на столе забыл!?
- Прошу пардону! - фыркнул нахал.
Я похлопала себя по карманам.
- Пардону нет, я его тоже дома забыла.
Шуточка была так себе, третьего сорта, но парень улыбнулся, я подмигнула в ответ, и через пять минут мы уже смеялись, как добрые знакомые.
- Во что ты одета!? - возмутился он, отсмеявшись и разглядывая меня. - Через три часа начнется церемония, а ты выглядишь, как пугало!
- На себя посмотри! - тут же обиделась я. - У тебя умерла любимая теща?
Парень действительно был одет в черные лосины и черную тунику, а на плечах у него развевался короткий черный плащ. Сапоги - и те были черными.
- Погоди, - не понял он, - так с какого ты факультета?!
- Я еще ни с какого, я пока не поступила, - объяснила я.
Глаза у него стали просто квадратными.
- И ты - здесь!?
- А где мне еще быть?
- В своей комнате!
- Мне там стало….
- Ой, мамочки, Ведун! - перебил меня парень. - Все, увидимся потом, на церемонии!
Он поклонился кому-то за моей спиной, и растаял в воздухе, как мороженое в горячем
кофе.
Я обернулась, уже зная, кого я увижу за спиной. Верховный колдун, директор Универа Антел Герлей.
Мне тоже захотелось растаять в воздухе, но я этого еще не умела, и потому осталась на месте.
- Позвольте узнать, юная леди, что вы здесь делаете?
Вопрос был глупым, так что ответ оказался нахальным.
- Мне стало скучно, и я решила пойти погулять, - я невинно захлопала ресницами.
- Нет, вы слышали, ей стало скучно!? - поинтересовался колдун у неба, стен и травы под ногами одновременно. - А мое заклинание?
- Какое заклинание? - Искренне удивилась я.
- Никто не должен был выходить из корпуса без моего разрешения!
- А я и не выходила!
Теперь удивился уже ведун.
- Но как тогда!?
- Я вылезла в окно и спустилась по водосточной трубе.
Ведун покатился со смеху, потом все же попытался выглядеть суровым, но безуспешно.
- Об окнах я не подумал. Ладно, ты прощена. А теперь давай вернем тебя на место.
- Скучно! - пожаловалась я.
- Ничего, повеселишься после полудня. А о чем ты говорила с Каном?
- Ни о чем. Я не успела поговорить с ним. А его зовут Кан? Это имя или прозвище? Он студент Универа? Ну, правда, я же от любопытства помру!
Ведун испытывающе посмотрел на меня, потом решил, что я говорю правду, и кивнул.
- Если помрешь, возьмем тебя штатным привидением.
- А это у него траур или форма? - поинтересовалась я.
- Форма.
- А какого факультета? - за разговорами мы потихоньку направились обратно в корпус.
- Тебе это неважно. На этот факультет женщины все равно не принимаются.
- Почему!? - взыграл во мне феминизм.
- Потому что сами не хотят. Или Определяющий Кристалл их отсеивает.
Я вздохнула.
- Готова поспорить с вами на что угодно, что я поступлю именно на этот факультет.
В глазах директора зажегся азарт. Да, недалеко он ушел от того мальчишки с иллюзии.
- Договорились! Спорим на полстипендии, что ты выберешь другой факультет. Если вообще не поступишь, пари считается недействительным.
- По рукам! - кивнула я.
Мы хлопнулись ладонями, потом повернули за угол, и Ведун распахнул передо мной дверь нашей комнаты.
- До встречи.
- До встречи, - этот тип начинал мне нравиться. Если я не поступлю, мне будет очень грустно. Лишиться ТАКОГО директора института!? Это же в натуре жизненная трагедия!
Остальные два часа я провела, тупо листая книгу и отвечая на все соседкины расспросы невразумительным мычанием. Достала меня эта зануда! Ну, сикока мона!? Я таких еще дома не выносила! Отличники, зубрилки, все правильные до отвращения и своей правильностью всем остальным в нос тычут. Редкостные стервы!
Наконец кто-то постучался в нашу дверь, и я увидела того самого парня, с которым болтала.
- Нам пора идти на площадь.
Я отдала книгу соседке и подошла к зеркалу. Надо же привести себя в порядок! Да, определенно надо. Волосы торчат во все стороны, губная помада размазалась по подбородку. Кан наблюдал за моими действиями с явным интересом.
- Слушай, а что ты такого наболтала директору, что он на меня даже не сердился?
- Ничего. Мы с ним просто поспорили на полстипендии, что я поступлю на единственный факультет, на который женщины до сих пор не принимались.
- Балдеж! - протянул Кан. - Если ты и вправду это сделаешь, это будет круто! Девчонки, давайте, собирайтесь быстрее, а? Вы же ненадолго! Сделаете выбор и обратно домой!
- Типун тебе на язык и еще три на задницу, - огрызнулась я. Соседка поморщилась, но Кан только фыркнул.
- Можешь не трудиться, это сейчас лечится.
Мы шли по каким-то коридорам, спускались и поднимались по лестницам, поворачивали направо и налево. Я подумала, что здесь можно запросто заблудиться, когда наш провожатый свернул налево, и передо мной открылась огромная арена. Вверх от огромного поля, на котором сейчас толпились множество людей, шли скамьи, раскрашенные, в пять цветов. Красный, желтый, зеленый, голубой, черный. И такого же цвета была одежда людей на скамейках. Красные плащи на красном поле, зеленые - на зеленом, черные - на черном. Я подумала, что черный цвет стройнит, и удивилась своим мыслям. Почему именно черный, а не зеленый или желтый? Хотя мне, как подлецу, все к лицу. На арене стояли люди в самой разной одежде.
- Иди туда, к ним, - толкнул меня Кан. - Ни пуха, ни пера.
- К черту!
Сильный толчок вмял меня в толпу вместе с соседкой. Я тут же развернулась, собираясь дать нахалу подзатыльник, но было поздно. Люди зашумели, заволновались. Потом все стихло. На трибуне прямо