Глотнув теперь уже еле-еле теплого мокко латте (а даже такой все равно лучше, чем вообще никакого), я спросила:
- А на зарплату ты рассчитываешь?
- Думаю, прибыль будем делить пополам.
- Думаешь? - усмехнулась я.
- Ой, и нам, наверное, понадобятся кодовые имена.
Я чуть не подавилась следующим глотком и, закашлявшись, выдавила:
- Кодовые имена?
- И кодовые фразы. Вроде "Солнце на востоке не садится". Это может означать "Переходим к плану Б". Или "Давай перекусим, пока не явились мужики".
- Мужики? - Бабуля Лил явно готовилась к разговору.
- А еще у нас может быть фраза вроде "Как выжать кровь из шелка?". Сама понимаешь, как частным детективам нам просто необходимы такие штуки.
- Ты права, ба, права. - Я снова покосилась на папку, а потом уставилась на дом Фостеров. - Кровь может быть упрямой.
Наверное, надо было просто постучать в дверь. Сказать, что я помогаю другу в расследовании старого дела. Спросить, не было ли новостей, о которых нам не доложили. Можно было бы даже поинтересоваться, не знают ли они, что человек, которого недавно выпустили из тюрьмы, где он провел десять лет за преступление, которого не совершал, их сын. Не догадываются ли, через какой кошмар ему пришлось пройти в руках чудовища, которое его вырастило. Но зачем усугублять чувство вины, которое и так наверняка не дает Фостерам спать по ночам?
- Что с тобой, сладкая тыковка?
Я тряхнула головой, избавляясь от мыслей.
- Ничего. Только… два часа коту под хвост, а все ради чего? - Я махнула на дом. - Ради ноги в благоразумной туфле, вылезшей из такой же благоразумной машины.
Бабушка Лиллиан глянула через дорогу:
- А что ты хотела увидеть?
Вопрос застал меня врасплох. Я сама не знала, почему здесь торчу. Хотелось ли мне всего-навсего увидеть женщину, которая могла оказаться матерью мужчины моей мечты? Или взглянуть на человека, который мог быть его отцом? Рейес сын Сатаны, выкованный в адском пламени. Но он родился на Земле, чтобы быть со мной. Чтобы вырасти вместе со мной. Тщательно подготовился, выбрал в родители надежную умную пару. Планировал для нас общее будущее. Как мы будем ходить в одну школу, по одним и тем же магазинам, кушать в одних и тех же кафешках. К сожалению, даже самые тщательно продуманные планы иногда идут наперекосяк.
- Ой, бабуля Лил, толком и не знаю.
Что же я хотела увидеть? Частичку прошлого Рейеса? Или кусочек его будущего? Посмотреть, как он будет выглядеть через много-много лет?
Прошло всего несколько дней, с тех пор как один псих пытался меня убить, поэтому я не спешила бежать впереди паровоза и старалась не загадывать на будущее, даже если ситуация казалась совершенно безвредной на первый взгляд. Мало того, я взяла отпуск на недельку. С опрометчивыми поступками придется подождать, пока я не сделаю еще хоть один шажок к цели - окончательно прийти в себя.
- Ну нет, так не пойдет. Нельзя тебе называть меня бабулей Лил направо и налево. Нам срочно нужны кодовые имена. Как тебе Клеопатра?
Я тихонько рассмеялась:
- Идеально!
- Ах да! Плащи! Нам нужны плащи!
- Плащи?
- И шляпы!
Не успела я опять переспросить, как бабушки Лиллиан и след простыл. Она исчезла. Испарилась. Господи, я ее обожаю! Только благодаря ей я поняла истинное значение слова "эксцентричный". Однако меня ждала работа. Часами вести наблюдение за домом Фостеров с самого начала было идиотской затеей. Я завела Развалюху и сунула в рот пригоршню крекеров. Конечно же, именно в этот момент зазвонил телефон. Когда же еще ему звонить?
Перед тем как ответить на звонок лучшей подружки, я стала торопливо пережевывать крекеры. Куки работает задешево. А это, на мой скромный взгляд, делает ее лучшей секретаршей во всем Альбукерке. К тому же в своем деле она настоящий профи. В общем, я поручила ей выяснить о Фостерах все, что только можно. Заинтригована она была не меньше меня.
Протолкнув по пищеводу остатки крекеров глотком холодного кофе, я наконец ответила:
- Как думаешь, если я буду жить на одних крекерах и кофе, то помру голодной смертью или нет?
- У них еще один сын! - с трепетом воскликнула Куки.
И как, простите, это связано с моим вопросом?
- Он ест сырные крекеры?
- У Фостеров.
Я тут же выпрямилась:
- Можешь повторить?
- У Фостеров есть еще один сын.
- Ни фига себе!
- Фига-фига. - Я услышала, как стучат ее ногти по клавиатуре. Значит, Куки продолжала колдовать. - Очень даже фига.
- После Рейеса?
- Через три года после его похищения.
- Ты понимаешь, что это значит? - спросила я, теперь испытывая такой же трепет, что и она.
- Еще как понимаю.
- Это значит, что у Рейеса Фэрроу…
- …есть брат.
#Охренеть.
Глава 2
Записка самой себе: "Спасибо, что ты всегда рядом!".
Надпись на футболке
Меня словно громом поразило. Куки тоже. Несколько напряженных секунд мы сидели в полной тишине, прерывающейся только хрустом оставшихся между зубами крекеров.
- Все еще ведешь наблюдение? - наконец спросила Куки.
Я глотнула печеньки:
- Ага. Кажется, миссис Фостер вернулась домой, но гараж закрылся, и я ничего не успела разглядеть. Зато сблизилась с голым мертвым дядечкой, которого катаю на пассажирском сиденье.
- Ну круто, конечно.
- А то. У него татушка есть. Сейчас перешлю тебе фотку.
- Фотку татуировки? - изумилась Куки.
- Фотку рисунка татуировки в моем исполнении. Не вешай трубку. - Я отправила ей снимок с заголовком "Не суди строго". - Готово. Как дела в нашей крепости?
- Заходил мистер Джойс. Настаивал на встрече именно сегодня. Его как будто и правда что-то очень беспокоит. Ни номера, ни других контактов не оставил. Я ему сказала, что ты вернешься после обеда. Это какой-то новый тест Роршаха? - Видимо, речь шла о моих художествах.
- Боком поверни.
- Ага! Андрулис, значит.
- Ты с ним знакома? - спросила я, окрыленная надеждой.
- Прости, но нет. Хотя знавала как-то одного Андруса. Волосатый был тип.
Я глянула на мистера А.
- Ну-у, этот не так чтобы очень волосатый, зато инструмент что надо.
- Чарли! - обалдела Куки. - Завязывай уже с грязными мыслями.
- Чувиха, но оно же прямо перед глазами. Не заметить невозможно.
- Бедненький! Тебе бы понравилось провести вечность голой?
- Ты только что описала мой худший ночной кошмар.
- А я думала, твой худший кошмар - это в котором ты ешь горячий соленый огурец и обжигаешь губы, а потом они выглядят так, будто тебе их обкололи.
- Ага, точно, есть такой. Спасибо, что напомнила. Сегодня буду спать как убитая.
- Ты дяде звонила?
Мой дядя, он же дядя Боб, служит детективом в управлении полиции Альбукерке. Он без ума от Куки, а Куки - от него. Но никому из них не хватает храбрости сделать первый шаг. Мне осточертело смотреть, как они друг по другу тоскуют, поэтому я решила что-нибудь предпринять. И устроила Куки свидание с одним своим другом, чтобы дядя Боб, он же Диби (как я называю его на сеансах психотерапии, пока пытаюсь объяснить мозгоправу, почему зверски боюсь усов), приревновал. Может быть, намек на конкуренцию наконец-то выпишет ему необходимый пинок под зад. Под тот самый зад, от которого у Куки слюнки текут.
- Звонила, конечно. Как поживает наш план?
- То есть твой план?
- Ла-а-адно, как поживает мой план?
- Даже не знаю, Чарли. Если бы Роберт хотел пригласить меня на свидание, то наверняка бы уже пригласил, разве нет? Не уверена, что провоцировать его на ревность - хорошая идея.
Вечно я не меньше минуты соображаю, кто такой Роберт.
- Шутишь, что ли? Идея супер! Мы же не о ком-то там говорим, а о дяде Бобе. Ему мотивация нужна.
Глянув напоследок на дом Фостеров, я поехала вперед.
- А если я ему разонравлюсь?
- Кук, тебе когда-нибудь разонравливались туфли, на которые положил глаз кто-то еще?
- Наверное, нет.
- А тебе от этого не хотелось их купить еще сильнее?
- Я бы так не сказала.
Я свернула на проспект Хуана Табо и двинулась к офису.
- Ладно, я уже еду. Пообедаем?
- Я за. Встретимся внизу.
Мой офис занимает второй этаж лучшего бара в столице роллер-дерби. На днях заведение пережило смену владельца - Рейес купил бар у моего отца. Мысль о том, что у Рейеса свой бизнес, согревала мне сердце. Что бы это ни значило.
- У него есть брат, - проговорила я, до сих пор ошеломленная новостью.
- У него есть брат, - согласилась Куки.
Такое однозначно надо увидеть собственными глазами.