Прозоров Александр Дмитриевич - Каменное сердце стр 28.

За десять минут он пробил в стене сквозное отверстие, и девушка тут же плеснула туда два ведра воды, принесла еще. Потом уже Олег дотащил до домны почти опустевшую бочку и ливанул ее в пробоину. Во все стороны, словно из жерла вулкана, били струи пара, домна шипела, словно разъяренная кобра - но уже через мгновение внутри вновь засветились раскаленные угли.

- Нет, так не пойдет, - понял ведун. Отодвинув бочку, ткнул в нее пальцем: - Наполняйте!

Сам он продолжил энергично работать кувалдой и примерно через полчаса смог пробить по низу домны щель метра на три длиной. Через нее Олег выгреб кочергой угли, до которых смог дотянуться, а когда они перестали сыпаться - отскочил и опрокинул бочку, направив поток воды в щель. Скала содрогнулась, как от взрыва, во все стороны ударил плотный белый пар.

- Ничего себе, - замахал руками ведун. - От пороха меньше дыма было. Мое сооружение, верно, и вовсе разнесло.

Он ошибся - на домне не появилось даже трещинки. Зато внутри наконец-то не осталось ни единого красного огонька.

- Еще пяток ведер для страховки, - сделал вывод Олег, - и можно спать. Гореть он не горит, но камни и стены внутри такие горячие, что внутрь лучше не соваться. Запечешься, как цыпленок. Пусть немного остынет.

- А золото? Золото там осталось?

- Я знаю, ты не заснешь, пока не узнаешь. Но придется потерпеть. Не видно.

- Может, побольше воды вылить?

- Дело вкуса. Коли не лень, оно, конечно, поможет. Но я - спать.

Второй раз Роксалана растолкала его уже в сумерках. Лицо ее светилось от счастья:

- Есть! Там еще с тонну, верно, осталось! В трещину в камне натекло! Мне его даже не оторвать!

- Щель - это плохо, - сквозь полудрему ответил ведун. - Из нее золото будет не выковырять.

Но утром оказалось, что трещиной девушка назвала обычную выемку на камне, в которой собралась золотая лужа примерно в полтора метра диаметром. И на вес в ней было не тонна, а от силы центнер - Олег даже смог этот драгоценный блин слегка приподнять. Но ведун предпочел спутницу не огорчать:

- Куда? Я его через полмира с собой не потащу.

- Э-э-э… - растерялась девушка. - Ты не знаешь тут надежного тайника?

- Знаю. Прячем туда?

- Да, да, неси!

- Я что, лошадь? Топором края обрубим, потом в несколько ходок отволочем.

- А может, тогда с собой пару кусочков возьмем?

- Не нужно, - покачал головой Середин. - Вспомни, сколько раз за время нашего пути мы успели потерять все свое добро до копейки. А ведь позади чуть больше ста верст из примерно двух тысяч. Проще заныкать. И груза на горбу меньше, и сохраннее будет.

- Ладно, - тяжко вздохнула Роксалана. - Прячь.

Организовать клад никакого труда не составило. Золото он свалил в яму, в которой пережигал уголь, присыпал камнями и мелкой гранитной крошкой, поверх камня накидал веток и коротких обломков от сосновых бревен. После поединка великана с демонами этого добра вокруг хватало.

- Сейчас тут никто клады не ищет. Лет за сто все это перегниет, - пояснил он, - еще через двести тут сосны с останкинскую телебашню вымахают. Ни одна собака ничего не заподозрит. Запоминай приметы. Попадешь домой - прилетишь сюда на вертолете.

- А ты?

- Меня ты позовешь, когда сама найти не сможешь, - рассмеялся Олег. - Ну что, прекрасная леди, кажется, здесь мы сделали все, что хотели. Пора трогаться дальше. Что по этому поводу советует твой пророческий дар?

- Мой дар говорит… - Девушка обняла его за шею и, притянув к себе, заглянула глубоко в глаза. - Он говорит, что на один ма-аленький часик мы можем задержаться.

* * *

Предыдущий опыт подсказывал, что лошади - не самый лучший транспорт в здешних, совсем еще нехоженых землях. А потому еще один день ведун потратил, чтобы построить плот. Это оказалось на удивление просто: топоры из демонической стали срубали самое толстое дерево за два-три удара, ножи - резали его лучше бензопилы. Правда, таскать получившиеся бревна получалось все равно на своем горбу. Но Олег валил лес прямо на берегу, на месте строительства, и много сил на ворочанье хлыстов не потратил. А еще у него имелся запас гвоздей и скоб, что позволило обойтись без долгого и нудного вязания узлов. Шесть метров в длину, три в ширину, крытая кошмой палатка, два весла. Что еще требуется для комфортного путешествия?

- Вот и все, - кивнул Середин, когда, поддавшись давлению слеги, плот сполз на воду и под бревнышками зажурчала вода. - Тария, твои сородичи догадаются, что юрту, коней и ковры можно забрать обратно, или их нужно предупредить?

- Когда лошади вернутся в табун, в стойбище поймут, что ты ушел, господин.

- Это хорошо, - бросил слегу ведун. - После встреченного там гостеприимства меня совсем не тянет с ними прощаться. Тогда можно отчаливать. Ты поедешь с нами или останешься?

- Как я могу остаться, господин. Ведь я твоя жена.

- Что-о? - высунулась из палатки уже забравшаяся на плот Роксалана.

- Кто? - растерялся и сам ведун.

- Но ведь я уже много дней живу в твоем доме, господин, - забеспокоилась девочка. - Мы спим под одной крышей, я готовлю тебе еду, пою твоих коней и стелю твою постель. Все кочевье знает, что я твоя жена. Как же они примут меня обратно? Разве я покрыла себя позором, чтобы прогонять меня прочь? Ты хочешь меня прогнать? Я не пойду в кочевье, они побьют меня камнями! Я побегу следом за тобой и буду молить тебя о прощении!

- Олежка, да ты, оказывается, женат! - громко хмыкнула Роксалана и опять скрылась в походном домике.

- Гальку мелкую собери и на углу плота насыпь, - указал Олег. - Для кострища. Чтобы бревна не занялись.

- Да, господин! - обрадовалась Тария. - Сейчас, господин. Ты не пожалеешь, господин. Я буду хорошей женой, господин. Я понимаю все, господин. И твою старшую жену я тоже буду слушаться.

- Что?! - вновь высунулась из палатки Роксалана. - Ну-ка, ну-ка, с этого момента поподробнее. У него есть еще и старшая жена?

- Конечно, госпожа. Ты, госпожа.

- Что? - икнула та.

- Кто? - фыркнул ведун.

- Ты ведь старшая жена, госпожа? - Тария почувствовала, что сказала что-то не то, и вдруг с надеждой переспросила: - Или младшая?

Середин свалился с берега на край плота и затрясся от смеха.

- Я ему не жена!

- Господин тебя прогнал?

Олег застонал.

- Я просто его знакомая, поняла?

- Сестра?.. Родственница?..

- Ну, что ты ржешь, как лошадь?! Объясни ей.

- Ты лучше молчи, малышка, - сквозь приступы хохота посоветовал ведун. - Ты лучше молчи.

- Как это "молчи"? А вдруг она это при ком-нибудь постороннем ляпнет?!

- Вот потому и молчи два раза, мисс дочка подгорного князя. Помалкивай.

- Не хами. А то я тебе сама рот закрою!

- Ты не в Швейцарии, милая, - наконец справился со смехом Олег. - И не у тебя дома. В этом мире женщина может быть или женой, или рабыней. Либо, до того момента, пребывать под покровительством кого-то из родственников. Ты не можешь быть "просто так". Если ты ничья, то любой имеет право забрать тебя себе. Кто нашел, того и вещь.

- Я не вещь!

- Замучишься объяснять. Так ведь не поймет кто-нибудь, да и приберет для хозяйства. И назад ведь не потребуешь, коли сама признаешься, что ничейной оказалась.

- Ты… Ты тупой мужлан!

- Я знаю. Но давай это останется нашей маленькой тайной.

- Господин, плот отплывает!

- Пускай.

- Я не успела собрать камни!

- Ничего, река длинная. Найдется еще, где пособирать. Ложись, отдыхай.

Тария опустилась на колени на краю плота, настороженно глядя то на Олега, то на Роксалану.

- Не беспокойся, она не станет возражать. А ты иди сюда.

К удивлению Олега, Роксалана послушалась и села рядом.

- Чего тебе, ненормальный?

- Скажи, тебе сильно понравится, если тобой начнет командовать водитель твоего папы?

- С какой стати?! - моментально вскинулась спутница.

- Я так и думал, - кивнул Середин. - Так вот, для Тарии тоже есть только два варианта отношений. Или ты старшая жена, и тебя надлежит слушаться, или… Или даже разговоры только через меня. Ибо я единственный владыка и защитник. Ты же умная девочка. Что скажешь?

- Ладно, - неожиданно легко согласилась Роксалана и поднялась. - Но только старшей женой. И спать я буду между нею и тобой. Знаю я, чего у тебя на уме!

- Да, дорогая, - кивнул Олег. Он тоже встал и взялся за весло, выводя плот на середину неширокой, всего метров десять, реки. - Как скажешь, дорогая.

Хоть от одной проблемы он избавился. Еще ему не хватало испорченным телефоном несколько месяцев работать! И всем подряд объяснять, что за забавные отношения у него со своими дамами.

- Течение тут километра три, - на глазок прикинул он. - Плыть, коли все спокойно будет, тысячи две. Значит… по двенадцать часов в сутки… Где-то два месяца выходит.

Двенадцать часов в сутки - это предел. Совсем без остановок не получится. В темноте не поплывешь. К тому же дрова нужно регулярно набирать, о еде как-то заботиться. Ну, и естественные надобности.

- Ладно, два так два. Лишь бы Ворона никуда от Мурома не унесло.

Роксалана вышла из палатки, сунула в воду кусок глины, пополоскала. Покрутила перед собой:

- Олег, а чего это с ним?

- Что там?

- Оно все в пятнах и разводах!

Ведун бросил весло, взял у нее что-то тонкое и ажурное, но все в коричневых пятнах и щербинах. Он потер металл пальцем, до изначального желтого цвета:

- Золото, что ли?