Избор представил каким злым будет Муря, если останется в живых и сказал.
- Присоединяюсь.
То что летит обязательно падает.
Мурины причиндалы разлетелись по всему полю, и тут и там из зеленой травы поднялись рыжие дымы. Несколько их упали рядом с прозрачной стеной, а что-то рухнуло прямо в смерч. После этого внутри воронки вспучилось рыжее облако и тут же смерч с тяжелым грохотом осел, прижался к земле. Ветер стих, а сам смерч вдруг стал полосатым, как Марьянин кот. Светло-серые полосы смерча перемешались в нем с рыжими, словно там переплелись две змеи.
- Они схватились! Они борются!
В сверкающем облаке что-то гремело, трещало и рушилось. Что-то вспыхивало ярко, слепяще, словно солнце отражалось в ятагане джина или сверкали гневом глаза остроголового мага.
Они с радостью посмотрели бы на том, чем это все закончится. Мало того, что это было необычно интересно, но это еще напрямую казалось каждого из них. Но Гаврила вовремя вспомнил о двух других джинах, что вылупились из первых бутылок брошенных Мурей. Те уже освоились со своими размерами и оглядывались по сторонам, раздумывая, ради чего это они оказались в этом месте.
Потом они увидели друг друга и на лицах у них появилось одинаково-радостное выражение.
- Может, передерутся? - спросил Исин неизвестно у кого. Но джины драться и не собирались.
- Ясир? - недоуменно спросил синештанный, оглядывая товарища. Его голос прокатился по полю как раскаты отдаленного грома.
- Ибрагим? - с тем же чувством радостного недоумения переспросил обладатель дубины и красных штанов. И оба в голос протянули.
- Дела-а-а-а!
Пока они занимались собой - хлопали друг друга по голым плечам и вспоминали общих знакомых - люди потихоньку отошли к кустам, что маленькой купой выросли посреди поля.
- Бежать надо! - шептал Исин.
- Куда? - спросил Гаврила, не сводивший глаз с парочки. - Они догонят и раздавят. Мы для них, что старички для нас… Наступит и не заметит… Вон ноги какие длинные.
- Да что ноги, - отозвался Избор. - Дубина какая длинная.
- С такими ногами и дубины не нужно… - возразил Гаврила.
- Так что ждать пока сюда придут? - не выдержал хазарин.
- Не ждать. Думать.
Пока люди решали, что делать джины то ли договорились, то ли потеряли друг к другу интерес. Встав спина к спине, они смотрели по сторонам, так же как и люди не зная что предпринять.
- Они же как и мы, ничего тут не понимают! - сказал вдруг Гаврила. - Им десятник нужен!
Мысль, что пришла в голову Гавриле, залетела и к остальным.
- Здоровые больно… Дураки наверное… А? - осторожно сказал Исин.
Гаврила улыбнулся и попросил.
- Ну, богатыри, давайте без обиды. Я этими сам займусь.
Избор ни на минуту не забывал о Гавриловых странностях, а сам Гаврила еще грешил этим, поэтому воевода спросил.
- Ты, что их бить будешь?
- Зачем? Запугаю.
Исин смерил взглядом две громадных фигуры маячившись на фоне терзаемого духами смерча.
- Ты уверен, что ты их пугать будешь, а не они тебя….
- Кто ж тут наперед уверен. Ну, а ежели что поможете… Да, я думаю, обойдется.
Избор попытался быстрым движением хлопнуть богатыря по спине, но только задел по веткам. Гаврила уже выскочил из кустов.
Те несколько мгновений, что он бежал к джинам он думал о том, как вести себя с ними, как начать разговор, но не придумал ничего лучше, простого и доходчивого.
- Здорово, ребята!
Так он обращался к дружинникам младшей дружины. "Ребята" поискали его глазами и, наконец, нашли.
- Ты кто? - спросил Ясир.
Гаврила, еще державший в голове Киевских дружинников ответил.
- Я ваш новый десятник.
- Ты?
- Десятник?
Джины переглянулись, и Гаврила понял, что малость сплоховал.
- Хозяин, - поправился он. - Я ваш новый хозяин.
Джины подтянулись.
- А старый хозяин где?
- Старый хозяин?
Конечно, он отел обмануть джинов, но обмануть их совсем по-другому. Все получалось как-то само собой, неожиданно и дорога на которую он ступил, оказалась довольно скользкой. Отвечать следовало быстро, не раздумывая, а джины смотрели на него все более подозрительно.
- А! Муря! - сказал, наконец, Масленников. - Так он улетел… Мы тут с ним в зернь играли, так он мне вас проиграл.
Уже произнеся это он подумал, что может быть и зря сказал что выиграл их. Кто знает, как джины отнесутся к этому, но все обошлось.
- И ты выиграл?
- Да.
- А что против нас на кон ставил?
Гаврила посмотрел на одного, на другого. Ребята перед ним стояли здоровые - кровь с молоком. Головы вровень с вершинами деревьев. И в росте и в силе Масленников уступал им, но он считал себя намного умнее, и сознание этого толкнуло его к рискованной шутке.
- В Дамаске были? - спросил он.
- Спрашиваешь!
- Городскую стену видели?
Джины переглянулись.
- Ну, видели.
- Вот ее и поставил.
Джины переглянулись. Молчание затянулось, и Гаврила понял, что зарвался. Он хотел уже рассмеяться и обернуть все шуткой, но тут Ясир сказал.
- А чего! Годится. Я стену помню. Длинная. Двенадцать ворот. Такая дорого стоит…
Ибрагим кивнул, положил дубину и присел, чтобы рассмотреть нового хозяина.
- Ну, что делать, хозяин будем? Зачем мы тебе понадобились?
Ответ Гаврилы был предельно честен.
- Да ничего, вообщем-то.
- Как так? - удивился Ясир. - Мы тебе служим. Приказывай, что нужно!
Гаврила покачал головой так, что со стороны можно было подумать, что он сокрушается о своей доброте.
- Да жалко мне вас стало. Муря про вас столько хорошего рассказал, пока играли, так я решил, что отпущу вас. Насиделись, поди, в бутылках-то?
Гаврила говорил и сам начал верить в то, что говорит.
- Так что вы свободны.
Исин и Избор слышали разговор и восхищенные хитростью Гаврилы только качали головами. Исин ждал, что джины побросав все, что держат в руках от радости разбегутся, но те не двинулись с места.
- Нет. Так нехорошо! - сказал Ясир. - Так не делается…
- Конечно, - согласился с ним Ибрагим. - Дай мы тебе хоть какую-то службу отслужим… А то неудобно как-то.
В голосе джина было такое упрямство, что Гаврила понял - чтобы они отвязались нужно сделать все так, как они хотят. Выражая уважение к капризу, он развел руками.
- Ну, коли так…. Вон там за лесом, на лугу, посуда серебряная разбросана. Принесите-ка ее сюда, да побыстрее.
Сложив на груди ладони джины прокричали - "Внимание и повиновение!" и побежали в указанную Гаврилой сторону. Когда они скрылись за деревьями, Избор высунул голову их кустов и спросил.
- Ну что?
- По-моему удалось. Сейчас они притащат что-нибудь, и я их отправлю куда подалее.
- Как бы они еще чего с собой не принесли, - сказал осторожный Исин, наблюдая за смерчем. Он, окруженный огромными фигурами, бесформенным пыльным облаком болтался около виднокрая и уже не был страшен.
Вскоре головы джинов показались над вершинами деревьев.
- Прячьтесь. Идут соколики….
Через несколько мгновений фигуры стали четко видны на фоне деревьев. Ясир с Ибрагимом вышагивали гордо, совсем как свободные люди. Было видно, что в их руках блестит посуда.
- Бегут! - всмотревшись сказал Исин и добавил. - Светлые Боги! Они еще и ковер тащат!
- Уважают, значит, - сказал Масленников подбочениваясь.
Джины подбежали и высыпали перед богатырем все, что принесли.
- Чего еще, хозяин?
Ясир переминался с ноги на ногу и в глазах его горел огонь честного служения.
- Прикажи!
Гаврила улыбнулся, как мог дружелюбно и сказал.
- Все, ребята… Свободны!
Джины повернулись. Ясир сунул ятаган в ножны, а Ибрагим взвалил дубину на плечо. Исин и Избор в кустах облегченно вздохнули и тут-то над ними грянул голос.
- Стойте, дурни! Он же вам голову морочит!
Гаврила вздернул голову. Голос звучал отовсюду. Казалось, что эти слова выговаривали кусты трава и воздух, что окружали их.
Но ни кусты, ни трава и ни воздух не сказали ни слова. Гаврила узнал голос. Он и джинам оказался знаком. При первых же звуках они встали навытяжку.
- У них есть талисман - ожерелье. Принесите его мне.
Голос не просил. Он требовал. Джины переглянулись в нерешительности.
- Послушай, старый хозяин… Наш новый хозяин решил отпустить нас. Мы тебе…
- Я ваш хозяин! И новый, и старый, и вовеки веков!
Мгновение назад на лицах джинов была написана нерешительность, но тон Мури привел их в чувство. Гавриле даже показалось, что на их щеках проступила краска стыда за то, что они едва не стали жертвами такой глупой шутки. Ибрагим посмотрел На Масленникова и сказал.
- То-то я все думаю… Если он нас выиграл, то куда тогда стена подевалась?….
Он потащил ятаган, и тот с сухим свистом рассек воздух. Гаврила понял, что его тут больше не любят.
- Где талисман?
Гаврила показал на кучу серебра.
- Все ценное, что у нас есть, все тут.
- Ожерелье! - заревел Ибрагим
- Ищите его! - вновь прозвучал голос Мури. - Он там!
- А что с серебром делать? - спросил Ясир.
- Какое серебро?
- Чаши…
- О Боги! Мне ожерелье нужно, а не чаши… Есть оно?
- Тут еще и ковер.
- Какой ковер?
- Богатый… С шитьем.
- Ковер еще… Боги, что же это такое? Ожерелье есть?
Уже не надеясь на сообразительность помощников Муря обратился к богатырям.