Екатерина Дружинина - За каменным сердцем стр 14.

- Почему мы должны тебе верить? - с угрозой в голосе поинтересовался один из матросов. - Ты выходишь на палубу, проводишь какие-то эксперименты, пьёшь эту воду! Почему мы не можем сделать хоть глоток?

- Я просто советую, - с давлением заметил Ричман. - Если ты не боишься сгнить заживо, можешь рискнуть.

- А ты, значит, не боишься? Я не собираюсь ждать! - И он уверенно вышел вперёд, чтобы напиться. Смотреть на то, как пустеет ведро с живительной влагой, было невыносимо. Я с мольбой посмотрела на Ричмана, но он отрицательно покачал головой. Ещё несколько человек ринулись к ведру. Завязалась драка, в ходе которой остатки жидкости вылились на пол. Это не помешало обезумевшим от жажды слизывать воду с грязных досок. Я понимала, что пусть даже вода окажется безопасной, потребуется ещё три дня, чтобы очистить морскую воду, и горько заплакала…

Филипп и волшебники колдовали над новыми запасами воды, но старания оказались напрасными, потому что тела выпивших первую экспериментальную порцию густо покрыли язвы, которые без промедления начали гнить. Это был провал. Отчаяние. Это значило, что люди готовы кинуться в бесконтрольный приступ безумия, бесконечный, последний… Даже в глазах графа Ардисона я заметила проблеск тяжёлого смирения.

- Может, нам стоит связаться с Эммой? - спросила я. Но Шон только отрицательно покачал головой, сказав, что использует сферу только на острове. Его лицо исказилось болью, а я не посмела возразить, так как понимала, что для Шона ожидание острова стало спасительной соломинкой, призрачной надеждой, держащей его разум на плаву. Для меня такой соломинкой был Ричман. В очередной раз я поспешила в каюту, чтобы спрятаться в его объятиях.

Это был наш маленький островок надежды, где все проблемы и ужас настоящего положения отступали. Именно в этих стенах Филипп целовал меня и говорил, что всё будет хорошо. Здесь не было приторного запаха смерти, которым пропитался бриг. Здесь я могла потеряться в сильных руках Ричмана и поверить его обещаниям. Это дарило мне новые силы, и я находила в себе мужество вернуться к людям.

Ричман, как всегда, словно по велению волшебной палочки уже ждал меня.

- Люди умирают, - дрожащим голосом прошептала я, уткнувшись в его плечо. - Что теперь будет?

- Всё будет хорошо, - Филипп вытирал мои слёзы, которые упрямо текли из глаз. Я не хотела плакать, пыталась собрать остатки мужества и быть сильной, но ничего не получалось. Я очень хотела пить. В животе жалобно заурчало.

- Они боятся тебя, Филипп. Поговаривают, что ты - причина всех бед.

- Это естественно, - сказал он. - Люди понимают, что я сильнее, хотят, чтобы я тоже сломался. Чтобы был равным им. Никто не хочет стать проигравшим, особенно, если на кону - жизнь. Они завидуют мне, а от зависти, знаешь ли, процветает злоба, а та прибавляет сил. Знаешь, для нас это даже неплохо. - Филипп усмехнулся, а мне стало ещё страшней.

- Вдруг они захотят убить тебя?

- Тогда им придётся выйти на палубу.

Я немного успокоилась, вряд ли кто-то рискнёт высунуться на поверхность. Филипп достал маленькую фляжку и дал её мне.

- Что это?

- Пей.

Я встрепенулась и дрожащими руками поднесла горлышко к губам. Жадно глотнула и поморщилась.

- Это вино! - Я хотела выпить ещё, но Филипп забрал фляжку.

- Нужно экономить.

- А как же ты?

- Потерплю.

- Пей! Ты хоть знаешь, как выглядишь?

Вместо ответа он спрятал фляжку в куртку. Мы сидели у стены, обнявшись. В гнетущей тишине я слышала, как тяжело бьётся его сердце. Мы часто просто сидели и молчали, и в этих немых диалогах было что-то интимное.

- Мы умрём, да? - Не спросить было невозможно. Ровно как и то, чтобы Филипп не ответил или сказал правду. - Я умру. Ты… Ты сможешь вернуть меня?

Говорить об этом было нелегко, страшно. В последнее время страх пропитал всё вокруг. И я не узнавала себя. В маленькой каюте на гниющем бриге пряталась не та Алиса Сим, что жизнерадостно рассказывала подросткам красивые сказки, ничего не зная о них на самом деле. Теперь появилась настоящая Алиса, та, что стала пленницей легенд и возлюбленной демона. От этой мысли стало холодно, хоть объятия Ричмана и были горячи. Демон! Только сейчас я разрешила себе мысленно произнести это слово. Демон. Он обнимает меня. Он находится со мной. Мне хорошо с ним.

Иногда я задумывалась о том, что было бы, если бы корабли не сбились с курса. Произошли бы между нами те откровения, что случились? Я знала, что сейчас Филипп настоящий, он никого не играет, он просто чувствует и живёт. Он страдает, как и все выжившие, он мечтает о том, чтобы найти остров. Теперь не только ради того, чтобы достичь только ему одному известную цель, но и затем, чтобы спасти людей. Я подозревала, что могу спросить у него о чём угодно, и он расскажет все свои тайны. Но никак не могла решиться, ведь правда может оказаться ещё более жестокой, чем я могу себе представлять. А ещё я боялась, что стоит мне услышать ответы, и я умру, ибо Филипп Ричман рационален и осторожен, и его откровения означают только одно - надежды нет. А я всё ещё верила, что выберусь из этой передряги живой…

- Я не смогу воскресить тебя, если ты умрёшь естественной смертью, Алиса.

Я вздрогнула. Я успела забыть о том, что спросила минуту назад. Теперь я знаю, что чувствуют приговорённые на казнь. Душа обнажается, наконец-то можно сказать и подумать о том, чего стеснялся всю жизнь и помечтать так, как мечталось бы, будь ты настоящим, а не тем, кем стремился быть.

Филипп долго изучал моё лицо.

- О чём ты думаешь? - спросил он.

Сейчас важным для меня было одно:

- Ты был бы со мной, как сейчас, если бы мы не заблудились? - Мой голос дрожал. Я боялась его ответа.

- Конечно.

Я знала, что Ричман врёт. Даже в глаза не нужно смотреть.

- Посмотри на меня, - попросил он. Я не хотела. - Алиса, посмотри на меня.

Пришлось подчиниться. Филипп коснулся моего подбородка и пристально посмотрел в глаза. Словно гипнотизируя, произнёс:

- Всё будет хорошо. Ты не умрёшь, слышишь? Никто больше не умрёт. Просто нужно ещё немного подождать. Обещай, что не сдашься.

И я пообещала. Даже больше не ему, а себе. А потом потянулась рукой к его лицу, чтобы вытереть одинокую красную слезинку - единственный признак его слабости.

- Мне больно! - Ричман с силой сжал моё запястье. - Филипп, что ты делаешь?

Ричман поспешно стёр каплю и встал.

- Ты уходишь? - расстроилась я. - Возвращайся поскорее. Пожалуйста.

Он замер. Развернулся и поцеловал меня.

- Я скоро. Остров должен быть где-то совсем близко.

Я провела рукой по его волосам и улыбнулась:

- Не знала, что у демонов - красные слёзы.

Внимательно всматриваясь в моё лицо, Ричман нахмурился.

- Ты должна понимать, что порой гораздо легче стать демоном, чем им родиться. Неужели я так на него похож? - тихо спросил он.

Я задумалась.

- Иногда. Наверное, ты добрый демон и поэтому потерялся на земле.

- Наверное, - расстроенно согласился он, а я не могла понять, чем так ранили его мои слова. Филипп развернулся, чтобы уйти, но на пороге оглянулся:

- Знаешь, Алиса, - задумчиво сказал он, - демоны не умеют плакать.

Жажда осталась единственным ощущением, которое я ещё чувствовала. Не знаю, сколько времени я не выходила из каюты, но, когда решила подняться, поняла, что сил больше нет. Так и осталась лежать на полу, потому что при попытке подняться упала с койки.

Где Ричман? Почему он так долго не приходит? Меня прижало к стене - корабль резко поменял курс. Жалобно застонала обшивка. Рядом со мной на стене вздулся и лопнул шов, обдав меня фонтаном морской воды. Я закричала. Отползла от пробоины и стёрла с лица капли.

- Филипп! - прохрипела я, кое-как выползая из каюты. - Мы тонем!

Ответа не было. Судно выровнялось и пошло ровным ходом. Я задыхалась от страха.

- Филипп!

Вряд ли меня мог кто-то слышать. Мёртвая тишина нарушалась жалобными стонами погибающего брига, и они были громче моих отчаянных хрипов. Я должна найти Ричмана! Если есть хоть один шанс, что кого-то можно спасти, я обязана это сделать!

- Алиса! - Похоже, я не так уж тихо я и звала, потому что меня услышал Шон. Его голос был сухим, лицо обострилось. - Что Вы делаете? Нельзя выходить на палубу!

- Шон, в корабле брешь! Нужно сказать Ричману, он что-нибудь придумает!

- Я пойду на палубу.

- Нет! - я вцепилась в его руку. - Нет. На меня попала вода.

Настала тишина.

- Помогите мне, - попросила я.

Шон помог мне подняться, и я вышла на палубу. Дождя не было. Потеплело. В глаза ударил яркий солнечный свет, лёгкие обжёг свежий воздух. За штурвалом умирающего корабля я увидела Ричмана.

- Филипп! - Сил двигаться дальше не было. - Ричман!

Мне ответила стая чаек.

- Филипп, мы тонем!

Наконец-то он обернулся! Улыбнулся. И отвернулся от меня. Будь ты проклят, Ричман!

- Ричман! Ричман!!! - Я заплакала. - Ричман, мы тонем!!!

За его спиной выросли крылья, и в одно мгновение он оказался рядом со мной.

- Что же Вы не бережёте себя, мисс Сим? - с укором спросил он, усаживая меня на бочку. - Вам надо отдыхать.

- В корабле брешь, - прошептала я. Филипп нахмурился. Его крылья исчезли, и он поспешил в каюту. Вернулся, улыбаясь.

- Не переживайте, Алиса, дотянем.

- Что?

- Мы спасены. Я нашёл остров.

Я закашляла в попытке засмеяться.

- Вы спасены, - устало поправила я. - На меня попали брызги.

- В момент, когда образовалась дыра?

Я кивнула.