Екатерина Дружинина - За каменным сердцем стр 13.

Я вступила в лужу и отпрянула, когда поняла, что она красная. Вся палуба была красной, ботинки прилипали к ней, как к сахарному сиропу.

- Мистер Ричман! Кто-нибудь! - снова позвала я.

Из тумана на воде показалось что-то большое, неживое. Я подошла к борту и сквозь обрывки тумана разглядела большое судно, безмолвно скользящее навстречу бригу. Я поднялась на бак, чтобы лучше видеть. Сквозь размытую вату различала только очертания, но помимо этого ещё увидела рваные чёрные паруса, на которых значился выцветший пиратский знак. Сердце замерло… А на том корабле, как и здесь, царила мёртвая тишина. Даже ветер замер вместе со мной, ждал, чтобы увидеть, что скрывает чужой корабль.

Судно приближалось. Вблизи оно оказалось красным, грязные бурые пятна въелись в старую древесину, как болячки, портили прежнее величие. Этот корабль стал призраком, бесцельно бродившим по Обманным водам, что стали для него последним пристанищем. Корабль прошёл вдоль правого борта брига, я слышала, как скрипит его такелаж, и это было единственным признаком прежней жизни. А ещё он принёс запах - гнилой, отвратный. Я зажала рукой рот, и это оказалось вовремя, потому что в неверном свете луны показались дряхлые мумии, раскиданные по палубе корабля-призрака. Он оставался равнодушным к моему ужасу и удалялся дальше, скрывая в тумане свой страшный лик.

Кап… Кап… Ветер ожил, заговорил с туманом скрипучим голосом. Кап… Кап… Всё чаще, всё отчётливей. Туман задвигался, застонал, как живой, превращаясь в красное марево. А чуть ближе я увидела, как его облачное тело пронзают капли, и в местах поражения рождалась бурая рана, которая, расплываясь, проглатывала в своё уродство всё больше ватной пены. Кап! Кап! Кровавый ливень приближался плотной стеной, угрожая проглотить бриг.

- Алиса! - Кто-то схватил меня за руку и дёрнул назад, укрыл от ливня под сводами бака. - Алиса! Вы в порядке? Вы не должны выходить на палубу! Нельзя, чтобы на Вас попал дождь!

Я смотрела на Ричмана и пыталась сообразить, чего он хочет. Я слушала его, но ничего не слышала, потому что думала только о том, что он нашёлся, он рядом со мной. Я бросилась в его объятия и заплакала. Ричман замолчал. Как же это здорово - понимать, что ты не одна. Ричман заглянул мне в глаза:

- Как Вы?

- Я… Я не знаю…

И я снова заплакала, пока не почувствовала облегчение. Тогда я отстранилась от него, постаралась привести мысли в порядок и спросила:

- Где мы?

Филипп изменился. Только сейчас я заметила, что он похудел, на светлых волосах засохла ржавчина, одежда пропиталась размытыми кровавыми пятнами. Только голос был по-прежнему сильным, но почему-то стал тише.

- Что случилось?! - Я пришла в себя. Как будто стена, за которой пряталась реальность, рухнула, предоставив моим мыслям свободу. - Что с людьми? А Шон? Он… Он утонул, да?

Ричман вытирал мои слёзы.

- Не плачьте, Алиса, с графом всё хорошо. Он жив.

- Это Вы, да? - воскликнула я. - Вы спасли его! Нет-нет, не возражайте! Я знаю, кто Вы, Филипп. Знаю! И… И я не боюсь Вас, - прошептала я.

Ричман улыбнулся. Так делают родители, когда их дети говорят о чём-то серьёзном и при этом выглядят смешно.

- Где он, Филипп? Где остальные? Где Миранда? Я не видела её. И сколько прошло времени?

- Алиса, сядьте, - настойчиво предложил Ричман. - Скажите сначала, как Вы? - В его глазах светилось такое беспокойство, что я послушалась.

- Со мной всё хорошо, честно, - это была правда. - Я немного испугалась, когда вышла на палубу, но теперь всё по-другому… Я знаю, что Вы сможете нам помочь.

Ричман долго всматривался в моё лицо, прежде чем ответить.

- Ведь Вы поможете нам вернуться домой, правда? - В моём голосе уже не было прежней уверенности. Филипп снова улыбнулся, но слишком серьёзны были его глаза. Я не хотела, чтобы он обманул. Или хотела? Чтобы надежда оставалась?

- Вы были без сознания четыре дня, Алиса. Знаете, у нас гораздо больше выживших, чем можно было предположить. Это очень хорошо, потому что мы всё ещё в силах организовать раскопки.

- Какие ещё раскопки?! - закричала я. - О чём Вы?! Нужно вернуться в Вогею, пока ещё есть хоть какой-то шанс! К чёрту Герга и его камень! Неужели Вы не понимаете, что Клаус Друк оказался прав! Нам не вернуться с острова живыми!

- Нам и сейчас не вернуться живыми, Алиса, - настойчиво сказал Ричман. - Неужели Вы не понимаете? У нас осталось пять кораблей. Пять из двадцати. Даже если мы найдём дорогу и повернём обратно, корабли превратятся в щепки, как только достигнут головы. Если прежде не сгниют.

- Сгниют? - как эхо, повторила я.

- Да, Алиса. Этот дождь, он опасен тем, что ускоряет процессы износа. Стоит ему попасть на древесину, и судно обречено. Так же и человек. Если на Вас упадёт хоть капля, Вы погибли. Вы сгниёте заживо за несколько дней.

Ужас отразился в моих глазах.

- Но Вы… Ведь Вы можете… Я знаю, так говорится в песне. Ведь Вы любите меня, Филипп?

Ой, мамочки, что ляпнула… Ричман замер, глаза его потемнели.

- Вы уверены, что знаете меня, Алиса? Вдруг Вы ошибаетесь?

- Нет! Я знаю, кто Вы. Мы блуждаем по морю, потому что люди не могут выйти на палубу, чтобы управлять кораблём. Но Вам ливень не причиняет вреда. Мы можем менять друг друга. Если я попаду под дождь, Вы вылечите меня.

- Алиса, я не могу исцелить Вас от самого себя.

- О чём Вы?

- Разве Вы не знаете, почему в этом месте такие дожди?

- Это выходка Обманного моря.

- Да. Только море здесь не при чём.

- Да какая разница?! Главное - мы сможем найти дорогу! Это сейчас важно!

- Мисс Сим, важно сейчас другое! - рявкнул Ричман. - Я не смогу спасти Вас от дождя, понятно?! Только суньтесь на палубу, и Вы погибните! Корабли следуют друг за другом, потому что волшебники связали их. Единственный наш шанс - это остров. Мы вернёмся домой только благодаря камню и его волшебной силе. Другого выхода у нас нет. Поэтому, будьте любезны, идите в лазарет и помогите Шону, там есть люди, поражённые дождём. Если повезёт, я найду остров, и мы не сгинем в этих водах. Что касается Миранды, сами понимаете, драконы не могут нас дальше сопровождать из-за ливня.

Ричман вышел на палубу, сквозь щель между досок я смотрела, как он исчезает в тёмных клочьях тумана. А потом поспешила к Шону, чтобы побыстрее оказаться ближе к людям.

- Шон! - Я обняла графа. - Как я рада!

- Я тоже рад Вас видеть, Алиса, - он сжал мои плечи. - Как Вы себя чувствуете?

- Уже лучше, спасибо. - Я осмотрелась. На полу сидели и лежали люди. Не хватало воздуха. - Вы знаете, что происходит?

Граф отвёл меня в сторону.

- К сожалению, да. Мы блуждаем где-то рядом с островом, но не можем контролировать курс. Разве мистер Ричман не говорил Вам?

Я задумалась. Интересно, граф знает, что Ричман гуляет под дождём?

- Да, я видела его. - Я изучала реакцию Шона. Он был спокоен. - Не знаете, где он сейчас?

Граф тихо заговорил:

- У Ричмана особая сила, нам крупно повезло, что хотя бы один из нас может выходить на палубу. Но не стоит сообщать об этом кому-либо ещё, люди и так напуганы.

Я кивнула, соглашаясь.

- Капитан выжил?

- Насколько мне известно, Ципер на одном из тех кораблей.

- Друк утонул, - сообщила я.

- Вы уверены?

- Да. У нас много припасов?

- Хватит на несколько недель. Но это у нас, не знаю, что на других кораблях.

- А эти люди? - В углу стонали четверо. - Они пострадали от дождя?

Ардисон кивнул.

- Волшебники облегчают их мучения всеми возможными способами, Алиса. Но это всё равно слишком ужасно.

- Вы уверены, что это не заразно? - шёпотом спросила я. Граф нахмурился.

- Думаю, Ричман предупредил бы нас.

Я закусила губу и обернулась. От бедолаг скверно разило.

- Да, наверное, Вы правы. Остаётся надеется, что Ричман выведет нас на остров. Скажите, Шон, Вы связывались с Эммой?

- Она ничего не знает. Уцелел только один шар, я берегу его.

Я испугалась:

- Пожалуйста, Шон, не используйте его сейчас! Я просила Эмму кое о чём, это очень важно! - Граф молчал. - Ей нужно время, чтобы выполнить мою просьбу.

- Не переживайте, Алиса, - успокоил Шон. - Я планирую связаться с ней на острове. Думаю, к тому моменту Эмма будет готова к разговору с Вами.

Я благодарно кивнула:

- Спасибо.

- Не хотите поесть? - предложил он. - За последние несколько дней лёгкий перекус стал единственной радостью в этом аду.

- Если честно, я умираю от голода. - Фраза оказалась неуместной, подчеркнула всю трагичность нашего положения. Но Шон просто улыбнулся и галантно предложил мне пройти к мешку с сухофруктами.

Мы блуждали в Обманном море около месяца. С каждым днём отчаяние набирало силы, запасы еды и вода заканчивались, дожди не прекращались, туман стоял такой же плотной стеной. Когда бочки опустели, перед волшебниками встала сложная задача: было необходимо превратить солёную воду в пресную. Ричману пришлось раскрыть свой секрет: он выходил на палубу и приносил воду, потом очищал её с помощью своих порошков; после за дело принимались волшебники. На процесс первого очищения ушло три дня, и к единственному ведру с пресной водой выстроилась очередь.

Первый глоток сделал Ричман. Затаив дыхание, за ним наблюдали остальные.

- Следует подождать пару дней, - решил он. - Чтобы знать наверняка, что вода безопасна.

На него с сомнением уставились десятки измученных людей.