Прозоров Александр Дмитриевич - Тёмное пророчество стр 13.

Но сейчас Битали только-только перешагнул половину пути и, находясь во власти мира энергий, не мог наблюдать всего, происходившего вокруг. Пронизывавший его и палочку вихрь, скручиваясь в тугую нить, становился всё тоньше и тоньше, разлохмачивался на отдельные, убегающие прочь струйки, делался всё более блеклым и прозрачным. Одновременно у юного мага успокаивалось, восстанавливалось дыхание. Он начал различать вечернее небо с редкими округлыми облачками, макушки ближних акаций, ощутил сладковатый запах цветущих роз. Тело снова начало слушаться его желаний - и Кро, не дожидаясь, пока нити текущей силы исчезнут совсем, приподнялся, опёрся на край ямы, перекатился на траву. Поднялся на ноги. Задумчиво почесал в затылке.

На поляне было тихо и покойно. Между ивами тянулась белая полоса скатерти, заставленной мисками. На некоторых ещё оставались кусочки рыбы и мяса, белые кубики запеканки, ровно порезанные бананы и яблоки, желтели дольки апельсинов. От корзинки, стоявшей на уголке этого импровизированного стола, приятно пахло горячим жареным бифштексом. Рядом, положив голову на живот мерно посапывающего Комби, дремал довольно улыбающийся Ларак. Под щекой у Комби подрагивала ёмкость, очень напоминающая большую резиновую грелку. Цивик и Дубус спали на ивовой постели по обе стороны от раскинувшегося недоморфа. Анита и Генриетта почивали в широких удобных креслах, одинаково уронив головы на плечо. Похоже, два долгих трудных дня и бессонная ночь, подкреплённые плотным ужином, оказались для членов братства Башни буквально убийственными.

- Тоже мне, проводники, - усмехнулся Битали.

Как обычно, после корсовинга состояние его было благостным и даже счастливым. Этот обряд настолько очищал энергетику человека, настолько омывал его душу и переполнял любовью, что после первого корсовинга маг всегда влюблялся в своего проводника. Для Битали это был уже шестой сеанс, поэтому эмоции были куда слабее, но он всё равно испытывал сейчас беспредельную радость и нежность - а потому ничуть не обиделся на друзей, оставивших его одного в довольно опасный момент.

- Думаю, это для меня… - Он приоткрыл крышку корзинки, достал стопку порезанного сыра и два крупных куска жареной форели. - Надо же. А пахло, пахло!

Битали пристроился на краю скатерти, неспешно поел, закусив рыбу апельсинами и яблоками, запил соком. Не торопясь обошёл поляну, осторожно ведя ладонью по крохотным розовым бутонам. Наклонился к одному, втянул нежный запах.

- Как тут хорошо! Умеет, что ни говори, Надодух с удобствами устроиться. Так бы до утра тут и остался.

Однако солнце неумолимо двигалось к закату, и парк с садом вот-вот должны были перейти во власть метаморфов, многие из которых совсем не умели владеть своим ночным разумом. Членам братства следовало как можно быстрее убираться за крепкие стены замка - но Битали было до боли жаль будить своих друзей.

Пару минут он постоял возле ивы-постели и даже поднял руку, намереваясь дёрнуть недоморфа за ногу, но всё же не решился, вздохнул, перешёл к креслу, в котором нашла покой Анита - беззащитная, словно ребёнок. Его рука невесомо коснулась пышных распущенных кудрей, скользнула вниз, над её густыми соболиными бровями, точёным носиком, жаркими губами. Отличница вздрогнула, что-то забормотала, её щёки заметно порозовели. Но она так и не проснулась, и Кро двинулся дальше, остановился перед Генриеттой, стройное тело которой, заострённое лицо, тёмные, стянутые на затылок волосы даже сейчас, во сне, выражали стремительность, словно девушка мчалась куда-то через сновидения и грёзы. Губы, что подарили ему первый в жизни поцелуй, длинные ресницы, взмах которых всего месяц назад сводил его с ума. Почему же сейчас он не испытывает такого трепета от её прикосновений? Разве что-то изменилось? Она всё такая же, как при первой их встрече, она так же близка и доброжелательна. Она так же готова отозваться на его чувства…

Но почему он больше не рвётся к ней всем своим существом?

- Что же ты не осталась проводником рядом со мной, Генриетта? - шёпотом спросил он. - Вдруг это вернуло бы всё на свои места?

Девушка приоткрыла карие глаза, в них мелькнуло что-то неведомое, она вскинула руки, обняла его за голову, притянула к себе, крепко поцеловала в губы - но вдруг резко отпихнула, испуганно вскрикнув:

- Так это не сон?!!

От неожиданности Кро потерял равновесие и, отступив на пару шагов, плюхнулся на траву, выпачкав ладони зелёным соком, мотнул головой:

- Нет, это корсовинг! И кто-то обещал быть моим проводником!

- Так я… - Вантенуа глянула в сторону ямы и запнулась.

- Ты чего, ты же меня раздавишь! - внезапно возмутился Комби, пытаясь спихнуть с себя Ларака.

- Ой, я, кажется, задремал… - честно признался Ирри.

- Болотные тролли! - раздался голос Надодуха. - Скоро стемнеет!

- Что случилось? - открыв глаза, сладко зевнула Анита.

- Как что?! - спрыгнул на траву недоморф. - Бежать нужно! Со всех ног. А то опять с оборотнями драться придётся. Трунио!

Взмахом палочки он превратил скатерть в полотенце и бросил на ветку ивы. Прошёл по траве, собирая миски, фантики, салфетки и раскидывая объедки под корни акации, бормоча себе под нос: "Гуля, гуля, гуля".

- Гномам у Тихого лагеря угощение оставить нужно, - напомнила Горамник. - Успеем?

- Молоко я принёс, - поднял грелку Ирри Ларак. - Натуральное, ничего не уменьшал и не увеличивал.

Недоморф, завернув мусор в салфетку, подбросил комок, вскинул палочку:

- Вьюр! - Свёрток полыхнул огнём, и обратно на траву опал лишь невесомый пепел. - Остальное мураши подберут. Идём?

- Вы хлеб брали? - спросил Кро.

- Да-да, он здесь! - Цивик полез обратно в крону ивы. - Я убрал подальше, чтобы не съели случайно… Ой, где он?

У Битали ёкнуло в груди, но на этот раз невезение Цивика сжалилось над ним: паренёк радостно вскрикнул:

- А-а, вот! - И выбрался обратно с аккуратно увязанным узелком.

- Идём, идём, ребята! - поторопил всех недоморф. - Не успеем.

Ирри сложил в корзинку миски, сверху водрузил грелку с молоком и первым стал выбираться через лаз. Следом, естественно, пригнулся Комби, потом Дубус. Битали ощутил прикосновение к ладони.

- Извини, я спросонок… - шепнула Генриетта и нырнула следом.

Выбравшись в парк, члены братства повернули влево вдоль кустов и вскоре вышли к Тихому лагерю. Среди земляных и каменных нагромождений перемещались синие, но почему-то хорошо видные на фоне неба огоньки, доносились мерные стуки, попискивание. В древних магических развалинах происходило какое-то действо. Юные маги на всякий случай достали палочки, вспоминая ударные заклинания, но к ним пока никто не приближался. Так, в напряжении, но без происшествий, они пробрались до грядок, что тянулись от дверей перед колодцем замка.

- Здесь, - решил Битали. - Расставляй миски.

- Сколько нужно? - снял грелку с корзины Ларак.

- А сколько есть?

- Десять.

- Тогда ставь все.

Кивнув, Ирри передал грелку своему соседу и принялся быстро расставлять миски. Комби, после короткой борьбы открыв грелку, тут же взялся наполнять их молоком, а Цивик, развязав узел, клал на краешек каждой ёмкости по паре ломтей белого хлеба. Полминуты - и оконечность поля превратилась в аппетитный обеденный стол: жёлтые миски, белое молоко, пышный хлеб с коричневой корочкой. Битали окинул эту красоту взглядом, потёр руки:

- Прям самому есть захотелось.

- Молока могу дать, ещё много осталось, - предложил Ирри.

- Нет, вы пока идите, - отмахнулся Кро. - Я позову гномов, потом вас догоню.

- Темнеет уже, сосед, - предупредил его недоморф. - Может, мы рядом подождём? На всякий случай.

- Боюсь, при вас могут не выйти. Кто их знает, этих… - Кро хотел сказать "низших духов", но вовремя спохватился и поправился: - Гномов.

- Тогда мы подождём тебя на той стороне грядок, - указал в сторону замка Надодух. - Не задерживайся, солнце почти село.

- Хорошо… - Битали дождался, пока его друзья отойдут, и поднял руки над землёй, словно выманивая из неё ростки. Слов для призыва огородных гномов юноша не знал, но решил, что он должен походить на призыв домовых: - Вызываю вас, маленькие хозяева земли, придите ко мне, примите моё угощение, выкажите уважение.

Юный чародей расфокусировал взгляд, покрутил головой. Грядки оставались пустыми. Он сосредоточился, повторил ещё раз:

- Вызываю вас, маленькие хозяева земли, придите ко мне, примите моё угощение, выкажите уважение!

И опять без всякого эффекта. Не принесла результата и третья попытка, и четвёртая. На поле стремительно смеркалось, со стороны Тихого лагеря поползли неприятные шорохи. Прямо над головой внезапно каркнула какая-то крылатая мелочь, заставив Битали вздрогнуть от неожиданности.

- Да что же это такое?! - разозлился он. - Вас призываю я, потомок Тёмного Лорда, его плоть и кровь! Почему вы не выходите?!

И вот тут вдруг у самых ног юноша заметил некое шевеление. Битали попятился: справа и слева невесть откуда выросли ещё несколько фигурок. Ростом и сложением существа походили на домовых, но одеты были в кожаные штаны и курточки, а на головах красовались плотные стёганые шапочки с длинными наушами, которые заканчивались разноцветными плетёными шнурками.

- Это вы гномы здешнего поля? - ещё не успев успокоиться, спросил Кро.

- Прости, повелитель, - сдёрнул шапчонку один из них. - Мы твои верные рабы. Мы чтим клятвы отцов. Нам не верилось, что ты и вправду вернулся.

- Я не ищу рабов, гном, - покачал головой Битали. - Мне нужны друзья. Я хочу, чтобы вы приняли угощение и по совести исполняли свою работу. Я уверен в вашей честности и полагаюсь на вашу совесть.